Глава 5
Люди вокруг словно чувствовали, что Митридан занимается чем-то важным, и не беспокоили его сегодня. Следующий после князя в этот день гость пришел только тогда, когда Солнце уже успело подняться над крышей княжеского терема.
По куриному заклекотав, спиной вперед он взошел на ступени, остановился на короткое мгновение и боком ушел из освещенного солнцем проема. Быстро окинув взглядом жилье колдуна, увидел светильник и, повернувшись к нему лицом, сделал несколько шагов назад, туда где потемнее. Митридан посмотрел на него, пожал плечами, словно примирялся со странностями гостя, а потом вернулся к своим занятиям. Гость не сразу заметил его, только после того, как в горшках у колдуна забулькало и разноцветное зарево окутало угол радужными переливами.
- Ох, колдун, беда у меня!
Не отрываясь от своего занятия, Митридан негромко сказал.
- Называй меня "господин колдун", или еще лучше "милостивый господин колдун".
Не выходя из тени, гость отозвался.
- Ты, колдун, не ерепенься. Я порядки знаю… Не с пустыми руками пришел.
Из-за пазухи он достал курицу и остановился, не зная куда ее девать. Митридан, предусмотрительно убрав руки за спину, внимательно смотрел на гостя. Тот взгляда не выдержал - потупился.
- Чего тебе, селянин? - наконец спросил колдун недовольно. - Не ко времени ты…
Он вновь вернулся к горшкам.
- Мне бы, - засопел гость. - Вот бы мне…
Гость сопел, но ничего вымолвить не мог. Глаза его уже привыкли к полутьме и он увидел, как из-под рук колдуна выплывают разноцветные облака дыма, сворачиваются в жгуты, в кольца и из-за них сверкают чужие, жгучие глаза. Курица и та не выдержала такого ужаса - заорала, затрепыхалась, попыталась вырваться. Открыв рот, детина смотрел, как облака пожирали друг друга, словно живые. Одним глазом глядя на облака, другим - на гостя колдун поинтересовался:
- Да чего тебе, гость непрошеный? Не видно разве, что от дела отрываешь?
Гость молчал потеряв голос, не то от страха, не то от смущения.
- Денег тебе? - дернул его Митридан. - Или есть хочешь? Ты вообще кто?
С усилием разлепив губы, гость просипел:
- Я есть Гаврила Масленников.
- А-а-а-а-а! Ну так, что тебе, Гаврила Масленников. Денег? Хлеба?
Гаврила не расслышал. Прямо на его глазах оранжевое облако втянуло в себя зеленое и со скрежетом, какой бывает, когда соха наезжает на большой камень, растворило в себе. Колдун не дремал. Дождавшись этого момента, он взмахнул рукой и оранжевый дым, скрутившись в жгут, канул в одном из кувшинов. Что-то пришептывая, хозяин накинул на горловину цветную тряпочку, которая тут же вспучилась, словно тот, кто сидел внутри, рванулся наружу. Гаврила отшатнулся, а колдун, словно только этого и ждал, брызнул на крышку чем-то пахучим.
- Или, может быть зрелищ тебе?
- Мне бы тень…
Колдун прекратил движения рук и внимательно посмотрел на гостя.
- Что?
Набрав в грудь побольше воздуху Гаврила повторил.
- Тень моя пропала…
Колдун бросил плескаться, отставил укрощенный кувшин в сторону.
- Совсем?
Гость приободрился, почувствовав живой интерес хозяина. Не каждый день приходили к нему, наверное, с такими вот просьбами.
- Сам глянь.
Митридан за рукав потащил его во двор. Солнце окатило их светом, и Гаврила сам собой развернулся к нему лицом.
- Прыгай! - раздалось за спиной.
Гаврила прыгнул. Митридан обошел его со всех сторон. Гость не соврал. Тени действительно не было.
- Чистая работа, - пробормотал колдун оглядываясь. - Вот так вот…
Гаврила смотрел на него преданно и с испугом. Наверняка ведь колдун понимал в таких делах куда больше, чем он.
- Когда пропала?
- Не знаю. Вчера еще вроде была…
Колдун ткнул его пальцем в живот, обрывая рассказ. Гаврила умолк, поперхнувшись.
- Вроде или была?
- Вроде была, - потирая брюхо, упрямо повторил Гаврила. - Откуда мне знать? Я ведь на нее не смотрю. У меня зарок - на свою тень не смотреть.
- Зарок? - недоверчиво переспросил колдун. - Это с какого же перепою такие зароки дают? А?
Масленников насупился.
- В нашем роду через тень все мужчины одни неприятности имели, ну я и поклялся, что никогда в жизни смотреть на нее не буду.
Колдун покачал головой, удивляясь простоте решения, которое нашел для себя селянин, усмехнулся от неожиданной мысли.
- А теперь, значит, одни приятности у тебя?
Гаврила подначку почувствовал, на мгновение задумался - ответить грубияну или нет, но все же ответил.
- Ну, не одни, а, однако князь мне друг!
Колдун не поверил. А может быть, не гостю не поверил, а в княжескую дружбу Он повернулся и пошел обратно.
- Таких друзей у князя как собак не резаных.
Гаврила хотел обидеться и возразить, но колдун грозно сказал:
- Рот открой.
Гаврила открыл рот.
- Язык высуни.
Гаврила сделал как просили.
Колдун тут же отвернулся от него и начал переставлять горшки, что стояли на лавке перед входом в дом, встряхивая некоторые и прислушиваясь к тому, что творилось внутри. Глядя колдуну в спину, какое-то время Гаврила мотал головой, пытаясь мычанием привлечь к себе внимание Митридана.
- Ну, что тебе еще? - обернулся тот.
- Ы осил, обы а аык эбе оказал, - прогундосил селянин.
- Я? - удивился колдун. - Чтобы язык показал?
Он держал в руках кувшин и прислушивался к тому, что происходит за глиняными стенками.
- Это еще зачем?
- Ты просил, - повторил Гаврила уже внятно.
- Нужно больно…Я хотел тебя занять чем-нибудь. Говоришь много. Мешаешь.
Взвесив кувшин в руке, он вдруг грохнул его об угол дома и отряхнул ладонь о ладонь. Увидев, что руки колдуна освободились, Гаврила быстро сунул в них курицу.
- Помоги, колдун! Поможешь? А?
Митридан посмотрел на него, подумал о чем-то о своем и покачал головой.
- Помочь тебе может либо тот, кто это с тобой сделал, либо колдун посильнее меня.
Гаврила принял это как отказ. Он упал на лавку и обхватил голову.
- Ох, несчастный я! - запричитал селянин. - Ой, худо мне! Всех волхвов, колдунов, шептунов и акудников в городе обошел, и никто помочь не может мне бедному.
Колдун кивал не прислушиваясь к словам, потом понял, что сказал Гаврила.