– Ясное дело, была, но лишь сегодня утром, около десяти, я же тебе уже говорила. Как раз его обнаружили. Что там делалось!
– И ты видела его?
– Кого?
– Да труп же, холера!
– Кусочек. Он там еще лежал. Знай я, что увижу, закрыла бы глаза. Но откуда мне было знать? Вот я и увидела его. Со стороны головы…
– Спокойствие, только спокойствие… Допрос продолжается. Ты откуда смотрела? Отвечай кратко и точно.
– Из комнаты Доминика. Точнее, американского продюсера. Двери между двумя номерами были распахнуты. Но Доминик видел его целиком. Слушай, я больше не могу так, я хочу понять!
– Минуточку, уточним. Ты смотрела из комнаты Доминика и видела его с головы?
– Богом клянусь!
– Он лежал на полу?
– На полу.
– И головой в сторону Доминика?
– Если быть точной, в тот момент головой в мою сторону. Но в принципе в сторону комнаты Доминика.
– Вот теперь и я тоже перестала что-либо понимать!
Встревоженная Марта галопом помчалась в кухню за новой спасительной порцией пива и, вернувшись, налила мне полный стакан. Я не прореагировала, оцепенев в очень неудобной позе: подбородок уперла в скрещенные ладони, локти расставила на журнальном столике. И было от чего офонареть. Когда я в шесть вечера накануне была в том номере, труп лежал ногами в сторону Доминика, а раз Марта видела наоборот, кто-то должен был уложить труп в другой позиции. И не могла Марта не обратить внимания на замызганный ковер. Что же там произошло, черт подери?!
Марта сделала попытку запустить меня, принявшись отчаянно трясти за плечо:
– Иоанна, очнись! Ну чего ты? До сих пор я отвечала на твои вопросы, честно и четко, скажешь нет? Но и мое терпение кончилось. Что все это значит? Я что-то не так увидела? Вот, выпей пивка, очень помогает.
Глубоко вздохнув, я сняла локти со стола. Придется теперь ознакомить напарницу со своей точкой зрения, все равно, чувствую, своими силами с загадкой не справиться. Ко мне вернулась способность говорить. Я велела Марте сесть спокойно.
– Кончай меня трясти, в голове и без того все перемешалось, да и пива не отхлебнешь. Ну вот, слушай внимательно. Позвонила мне моя давняя приятельница, и мы с ней условились встретиться в "Мариотте"…
Надеюсь, мне удалось изложить все понятно и доходчиво. Теперь и Марта погрузилась в раздумье. Какое-то время мы с ней сидели молча. Марта заговорила первой:
– Лично я была трезвой как свинья. Говорю о сегодняшнем утре. А ты?
– Еще трезвее. Весь день просидела за сценарием, ничего не пила, не ела. Даже вечером в рот ни капли, только стакан чаю. Я ведь худею. Так что выбрось из головы всякие там галлюцинации.
Марта чрезвычайно заинтересовалась:
– И что, в самом деле помогает? То-то я гляжу, за последнее время ты сбросила добрых несколько килограммов. Это от пива?
– От пива. Отставила целиком и полностью, а уж вечером – боже избавь. И от устриц.
– Тоже отставила?
– Наоборот. Весь отпуск лопала без стыда и совести. Может, и не весь, но недели три уж точно. Оказывается, от белого вина не толстеют. А тут и на белое вино не тянет, без устриц. И хватит о моей диете, давай о трупе.
– Тоже неплохое средство отбить аппетит. Только вот у меня получаются два трупа.
– Жуткое дело. У меня тоже.
Мы с Мартой еще раз вместе, шаг за шагом, рассмотрели все мельчайшие подробности этой невероятной истории, и я испытала большое облегчение, ведь уже закрадывалась в голову ужасная мысль: вот, оставила без помощи тяжело раненного человека, живого, никакой не труп, а он помучился и к часу ночи окочурился. А если бы вызвала врача, глядишь, и выжил бы, страшная же рана мне лишь померещилась. Нет, ничего подобного, в час расстался с жизнью другой, у которого череп был в полном порядке, его задушили, и об этом трупе я ничего не ведала. Тогда куда же подевался тот, первый? Мой?
Марта даже на время позабыла о своей любовной катастрофе:
– Грандиозно! Гляди, теперь у нас даже выбор появился. Надо прикинуть, который из двух нам больше подходит.
– Можем и оба использовать, – возразила я, подумав. – Как специалист заявляю – ничто так не оживляет развитие сюжета, как трупы.
– И что, пойдут у нас друг за другом? Надо бы их как-то экономнее использовать, не валить в одну кучу.
– Растянем на восемь серий, не волнуйся. Тревога нарастает, атмосфера сгущается, сгущается, постепенно напряжение переходит в ужас. Зритель не оторвется от телевизора! В ожидании третьего трупа. А мы третьего спасем, и именно благодаря этому станет понятна вся подоплека преступления.
– Неплохо бы нам с тобой предварительно для себя разработать эту подоплеку, ты не находишь?
– Это само собой, но еще неплохо и о настоящих хоть что-то разузнать.
– Ты имеешь в виду этих живых, то есть, пардон, тоже мертвых, но не выдуманных?
– Ну да. Мне нужны реалии, не все же из головы брать, жизнь порой преподносит такое, что в жутком сне не привидится. Ты не могла бы расспросить Доминика?
Эх, напрасно я упомянула этого типа. Вспомнив о Доминике, Марта вся сразу съежилась, глаза потухли. Подкрепившись пивом, она уныло пояснила:
– Сомневаюсь, он ведь меня буквально отогнал. Наверное, перестал меня любить. А все из-за распроклятого казино.
– Да брось, не убивайся, небось уже простил.
– Нет, не простил, просто-напросто отогнал!
Немного приободрившись после очередного глотка, она торопливо заговорила:
– Да и условий не было для прощения, обстановка не та. Тут люди, там менты, рядом труп, а у него из-за проклятого казино нет алиби! Что я могла в таких условиях сделать?
– Не знаю, – согласилась я и неуверенно предположила:
– Разве что удариться в слезы.
– Какие слезы! А макияж?
– Доминик бы нам очень пригодился, – развивала я свою идею. – Он ведь подозреваемый? Значит, будут допрашивать, а вопросы иной раз ставятся так, что неглупый подозреваемый сразу сообразит, в чем суть преступления. И твой Доминик мог бы нам все рассказать, но в создавшейся ситуации, право, не знаю…
– Ну ты даешь! – взвилась Мартуся. – Доминик станет отвечать на вопросы полиции? Да он сразу же такое им устроит! Истерику устроит! Как смеют допрашивать его, телевизионного кумира, которого вся Польша обожает! Да он их в козий рог свернет! И сразу отцепятся. Иоанна, постой, ведь ты же тоже можешь стать подозреваемой! У нас есть шансы. Признайся насчет первого трупа, тебе тоже будут задавать вопросы, а ты наверняка сделаешь побольше выводов, чем Доминик.