- Значит, всякого, кто имеет какое-то отношение к экстранеординарным явлениям и описывает их, нельзя расценивать как не в своем уме?

- Безусловно, - сказал Корнберг. - Тем не менее, если вы поведаете мне, что недавно видели голубого жирафа на роликовых коньках да еще играющего на аккордеоне, я просто вам не поверю.

- Конечно, не поверите, потому что это просто совершенная нелепица, карикатура на действительность. - Бек задумался в нерешительности. - Не стану пускаться в дальнейшие подробности, поскольку хочу поскорее выбраться отсюда. Но те мои действия, свидетелем которых вы стали: изучение себя в зеркале, прощупывание воздуха, - все они обусловлены обстоятельствами, которые я считаю не совсем, скажем так, обыкновенными.

Корнберг рассмеялся.

- Вы явно осторожничаете.

- Естественно, ведь я разговариваю с психиатром в сумасшедшем доме.

Корнберг неожиданно поднялся и направился к двери.

- Пора продолжать обход.

Бек совершенно прекратил глядеть на себя в зеркало, перестал щупать воздух у себя за плечами. Через неделю его выписали из больницы. Отпали все обвинения против него, он снова стал свободным человеком.

Перед уходом из больницы доктор Корнберг на прощание пожал ему руку.

- Меня весьма заинтриговали те "обстоятельства", на которые вы намекнули.

- Меня они тоже интересуют, - ответил Бек. - Я намерен произвести их тщательное исследование. Не исключено, что мы скоро здесь встретимся.

Корнберг сокрушенно покачал головой. Маргарет взяла Бека за руку и повела к автомобилю. В кабине она обняла его и нежно расцеловала.

- Вот ты и вышел! Ты теперь на свободе, ты совершенно здоров, ты...

- Безработный, - закончил за нее Бек. - А теперь мне нужно незамедлительно встретиться с Тарбертом.

На лице Маргарет проступило недовольство.

- О, давай не будем беспокоить доктора Тарберта, - с откровенно фальшивой беззаботностью произнесла она. - Ему хватит своих неприятностей.

- Мне нужно повидаться с Ральфом Тарбертом.

- Т-только не подумай... - заикаясь, начала Маргарет, не зная, что говорить. - Давай лучше поедем в другое место.

Бек криво ухмыльнулся. Очевидно, Маргарет посоветовали - или она сама решила - держать Бека подальше от Тарберта.

- Маргарет, - нежно сказал он, - ты многого не понимаешь.

- Не хочу, чтобы ты снова попал в беду, - в отчаянии вскричала Маргарет. - Предположим, ты разволнуешься...

- Я разволнуюсь куда больше, если не встречусь с Тарбертом. Пожалуйста, Маргарет. Сегодня я тебе все объясню.

- Дело не в тебе одном, - горестно призналась девушка, - дело в докторе Тарберте. Он переменился! Раньше он был такой... воспитанный, а теперь колючий, такой ожесточившийся. Пол, поверь, я очень боюсь его. Мне кажется, что он просто источает зло!

- Уверен, это совсем не так. Мне нужно с ним встретиться.

- Ты обещал рассказать, как попал в такое жуткое положение.

- Вот именно, жуткое, - тяжело вздохнув, сказал Бек. - Мне очень не хотелось впутывать сюда и тебя, но я обещал. Однако прежде давай увидимся с Тарбертом. Где он?

- В "Электродин Инжиниринг". Там, где раньше обосновался ты. Он стал очень странным.

- Меня нисколько это не удивляет. Если все реально, если я в самом деле не маньяк...

- Сам ты не можешь разобраться?

- Нет. Я выясню это у Тарберта, и надеюсь, что я чокнутый. Будь оно так, у меня отлегло бы от души.

По Леггорн-Роуд они ехали совсем медленно, Маргарет хотелось отсрочить развязку, да и сам Бек попытался отыскать любую причину, чтобы отменить встречу. То и дело у него в голове раздавалось назойливое шипение, переходящее в рокот. "Ггер, ггер" - как тогда, на Айксексе. Или Айксекс был лишь иллюзией, а сам он помешанным? Все, что с ним произошло, никак не укладывалось в его сознании. Побуждаемый каким-то нелепым наваждением, он привязал беднягу Тарберта к самодельной машине для пыток, едва не погубил его... Да, Тарберт пережил мучительные минуты. Теперь у Бека определенно не было никакого желания встречаться с Тарбертом. Чем ближе они подъезжали к корпусам завода, тем сильнее становилось его нежелание и тем громче раздавался скрежет у него в голове: "Ггер-ггер-ггер". Мозг как будто взрывался интенсивными вспышками света, перед глазами поплыли какие-то видения: какое-то огромное черное пятно, очертаниями напоминающее утопленницу с развевающимися волосами, плавающую в черно-зеленой толще океана... восковые водоросли, покрытые цветами-звездами... что-то типа вспушенного спагетти из сине-зеленого стекла... Бек вздохнул и протер глаза тыльной стороной ладони.

С надеждой Маргарет наблюдала за каждым его движением, однако Бек только упрямо поджимал губы. Когда он встретится с Тарбертом, он узнает всю правду. Обязательно узнает.

Маргарет заехала на стоянку. Машина Тарберта стояла здесь. На одеревеневших ногах Бек подошел к входной двери - урчание в мозгу стало откровенно угрожающим. Внутри здания таилось нечто враждебное, зловещее. Такие же ощущения, подумалось Беку, испытывал первобытный человек перед входом в темную пещеру, откуда пахло кровью и мертвечиной...

Он попробовал открыть дверь в контору, но та оказалась запертой. Тогда он постучал...

Таившееся где-то зло пошевелилось. Беги, покуда есть время! Еще не поздно!

В дверях появился Тарберт - надменный и способный на любую подлость и злодейство.

- Привет, Пол, - глумливым голосом сказал Ральф. - Вас в конце концов отпустили?

- Да... Ральф, я в своем уме или нет?! Вы его видите?

Так и есть, Тарберт глядит на него, как голодная акула.

- Вижу.

Бек задохнулся, словно кто-то железной рукой пережал ему горло. Сзади послышался испуганный голос Маргарет:

- Что он видит? Скажи мне. Пол! Что?

- Непала, - проскрежетал Бек. - Он восседает на моей голове, высасывая у меня мозг.

- Нет! - вскричала Маргарет, хватая его за руку. - Посмотри на меня. Пол. Не верь ему, он лжет! Тут ничего нет, я же вижу!

- Значит, я не сумасшедший. Ты не видишь его, потому что он есть и у тебя. Это он не дает тебе его увидеть, это он заставляет нас питать отвращение к Тарберту - точно так же, как заставлял тебя ненавидеть меня.