- Понятия не имею.
- Не от кого иного, как от вампира Варни.
- В самом деле? - закричал доктор Чиллингворт. - А он не предлагает возврата имущества? Он не предлагает вернуть деньги, добытые незаконным путем? Скажите мне это.
- Я не могу вам ничего сказать, поскольку не прочитал ни одного слова из его послания. Я только увидел подпись. Поскольку у меня с Варни нет никаких секретов, я прочту его вслух, и вы сможете сами судить о его содержании.
Адмирал и доктор внимательно слушали и слегка косили глазами вниз на письмо, которое содержало следующее:
"Генри Баннерворту.
Сэр. Вероятно вы меньше всего ожидали получить письмо от человека, который сейчас пишет это послание. Но поскольку оно пишется с добрыми чувствами по отношению к вам и вашим родственникам и друзьям, я надеюсь и верю, что оно тоже будет принято с добрыми чувствами.
Я признаю, что обстоятельства, при которых я покинул ваш, дом требуют от меня некоторых объяснений. Эти объяснения я и хочу сейчас сделать. Обстоятельства заставили меня сделать так, чтобы я больше не был бременем для тех, у кого есть масса оснований желать моей смерти вместо того, чтобы поддерживать мое существование.
Без каких-либо злых намерений по отношению к вам я тайно покинул ваш дом, поскольку знал, что вы будете уговаривать меня остаться, несмотря на то что мое присутствие у вас - злоупотребление вашей добротой и вашим терпением.
Было бы глупо думать, что несмотря на ваше благородство, которым я безмерно восхищаюсь, вы можете забыть беды, причиненные вам мною и совершенно простить меня. Я не хотел бы жить с вами под одной крышей при таких обстоятельствах. После того как я избежал смерти от разъяренной толпы, вопросом для меня было не оставаться с вами или нет, а как покинуть вас и куда отправиться.
Время подгоняло меня, я все еще не нашел решения, но мне было необходимо найти его, и найти как можно скорей. Я решил покинуть вас без уведомления и пойти куда глаза глядят. Приняв такое решение, я незамедлительно привел его в исполнение. Все, чего я прошу от вас, - это простить меня, я никогда не при чиню вреда вам и всем, кто с вами связан. Надеюсь, вы не будете искать меня. А если вы когда-нибудь меня встретите, пройдите мимо, как будто мы никода не были знакомы.
Вот слова того, кто был вампиром Варни".
Когда было завершено чтение этого послания, в комнате повисла мертвая, тишина. Кажется, каждый с удивлением рассуждал об услышанном. Один вывод был сделан каждым, Варни очень не хотел, чтобы его искали.
- Разве может что-нибудь быть более откровенным? - воскликнул доктор. Все так, как я и сказал. Он затевает что-то новое и очень боится, что мы встанем у него на пути и ему помешаем, рассказав другим о том, что он за человек. Это письмо еще больше убеждает меня в необходимости следить за ним.
- Я не думаю, что вам нужно его бояться, - сказал Генри, - из этого письма следует, что он боится, что случай столкнет нас и просто испортит ему настроение. Об этом ему лучше знать. Я повторяю: оставьте его в покое. Посмотрим что будет. Если мы узнаем, что он опять вытворяет какие-то фокусы или готовит какую-то пакость, то, безусловно его просьба нас не остановит.
- Я придерживаюсь того же мнения, - сказал адмирал, - можете мне поверить, вскоре мы что-нибудь услышим о господине Варни, что-нибудь, что заставит нас сильно удивиться.
- Вы прочитали все письмо? - сказал доктор Чиллингворт.
- Да, за исключением этих слов в постскриптуме:
- Любая корреспонденция, отправленная по адресу: "В.В., Главпочтампт, Лондон", дойдет до меня.
- А! Вот в чем суть, - сказал доктор, - этот бродяга хочет, чтобы мы ему не мешали. Как только он разработает какой-нибудь преступный замысел, он немедленно приступит к его осуществлению.
- Я не стану писать ему, - сказал Генри, - я поступлю совершенно другим образом. Я буду ждать, что может случиться, поскольку убежден, что только таким образом можно чего-то добиться.
- Доктор, - сказал адмирал, - этот парень в письме всего лишь объясняется с нами и не говорит ничего про прыжок вам на спину со стены сада.
- Конечно, нет, - сказал доктор, - я и не ожидал, что он будет об этом упоминать. Такой человек, как он, не будет обвинять себя, он не станет тревожить себя такими объяснениями. Я могу лишь заверить вас: что бы вы ни думали или чем бы себя ни тешили, это дело далеко не закончено. Рано или поздно случится что-то серьезное, связанное с Варни. Не тешьте себя мыслью, что избавились от него, поскольку наиболее вероятно, что вы от него вовсе не избавились.
Эти слова доктора звучали как предсказания, основанные на веских доказательствах. Генри и адмирал почувствовали, что слышат правду от кого-то, кто хорошо знает, что говорит, и кто не ошибается.