Бодряк посмотрел на столб. Тот был из гранита, около фута толщиной, ни единой трещины, а только дыра насквозь в форме лезвия.
"Морковка... " - начал он.
"Вы такой грязный, сэр. Нужно вас почистить. "
Морковка подтащил к себе кожаную сумку и повесил ее через плечо.
"Морковка... "
"Сэр? "
"Я приказываю вам отдать... "
"Нет, сэр. Вы не можете мне приказывать. Ибо вы отныне, сэр, не в обиду сказано, гражданский. Это - новая жизнь. "
"Гражданский? "
Бодряк потер лоб. Все смешалось сейчас у него в голове - гоннилда, канализационные трубы, Морковка и то, что он действовал на чистом адреналине, который предъявил свой счет и не давал кредита. Он бессильно обвис.
"Но это - моя жизнь, Морковка! Это - моя работа! "
"Горячая ванна и глоток выпивки, сэр. Вот что вам нужно. " - сказал Морковка. - "Пойдет вам весьма на пользу. Пойдемте. "
Бодряк бросил пристальный взгляд на поникшее тело Креста, а затем на гоннилду. Он двинулся, чтобы поднять ее и остановился на миг.
Даже у волшебников не было ничего подобного. Один выстрел из ствола и они должны пасть под пулями.
Неудивительно, что никто не уничтожил ее. Вы не можете уничтожить что-то столь совершенное, вызывающее нечто из глубины души. Возьми ее в руки и ты обладаешь силой. Силой большей, чем у лука или копья - ведь те просто аккумулируют силу ваших мышц, если хорошенько над этим подумать. Но гоннилда дает вам откуда-то снаружи. Не вы используете ее, а она использует вас. Крест был возможно хорошим человеком. Возможно он достаточно благосклонно выслушал Эдварда, а затем получил гоннилду и уже принадлежал ей.
"Капитан Бодряк? полагаю, что нам имеет смысл уйти отсюда. " - сказал, склоняясь над ним, Морковка,
"Ни в коем случае не касайтесь ее! " - предупредил Бодряк.
"Отчего же? Это же только устройство. " - сказал Морковка. Он поднял гоннилду за ствол, подержал ее миг, а за
тем разбил о стену. Обломки разлетелись во все стороны.
"Один из рода. " - сказал он. - "Один из рода всегда
особенный, частенько говорил мой отец. Так и должно быть. "
Он открыл дверь.
И тут же закрыл ее.
"Внизу на ступеньках около сотни Убийц. " - сказал он.
"Сколько у вас есть стрел к вашему самострелу? " - сказал Бодряк, по-прежнему не отрывая взгляда от искореженной гоннилды.
"Одна. "
"Что ж это хорошо, что у вас не будет возможности перезарядить самострел. "
В дверь вежливо постучали.
Морковка взглянул на Бодряка, пожавшего плечами, и открыл дверь.
Это был Унылый. Войдя, тот поднял правую руку.
"Можете опустить ваше оружие. Заверяю вас, что оно не потребуется. Где доктор Крест? "
Морковка указал на лежавшее тело.
"Ах. " Он бросил быстрый взгляд на Дозорных.
"Не могли бы вы оставить нам тело, пожалуйста! Мы похороним его в нашем склепе. "
Бодряк указал на тело.
"Он убил... "
"Сейчас он мертв. И я вынужден просить вас удалиться. "
Унылый открыл дверь. Убийцы выстроились на широких ступеньках. Оружия ни у кого не было видно. Но в случае с Убийцами в нем не было необходимости.
Наверху лежало тело Любимицы. Дозорные медленно спустились. Морковка опустился на колени и поднял тело.
Он кивнул Унылому.
"Мы незамедлительно пришлем людей забрать тело доктора Креста. " - сказал Морковка.
"Но я думал, что мы пришли к соглашению о том, что... "
"Нет. Все должны увидеть, что тот мертв. Дела должны быть видны. Они не должны происходить в темноте или за закрытыми дверями. "
"Боюсь, что не смогу согласиться с вашей просьбой. " твердо сказал Убийца.
"Это не было просьбой, сэр. "
Стоявшие шеренгами Убийцы глядели на них, проходящих по двору.
Черные ворота были закрыты.
Казалось никто не собирался их открывать.
"Я с вами согласен, но возможно стоило избрать другой
путь. " - сказал Бодряк. - "Их лица не сияют от удовольствия. "
Двери с треском рассыпались. Шестифутовая стальная стрела пролетела мимо Морковки и Бодряка, выломив большой кусок стены в дальнем конце двора.
Пара ударов кулаками довершила разрушение ворот и внутрь вступил Осколок. Он посмотрел налитыми кровью глазами на сгрудившихся Убийц. И зарычал.
Это озарило смышленых Убийц, что в их арсенале нет ничего, что могло бы убить тролля. У них были прекрасные стилеты, но им требовались кувалды. Они обладали стрелами, снаряженные отборными ядами, но ни один не действовал на тролля. Никто даже не подумал, что тролли могут оказаться достаточно важными персонами, чтобы их убивать. Внезапно Осколок превратился в подобную важную персону. В одной руке он держал топор Жвачки, а в другой могучий самострел. Кое-кто из Убийц, более сообразительный, повернулся и помчался за ним. Другие были не столь сообразительны. Пара стрел со звоном отлетела от Осколка. Их владельцы, узрев его лицо, когда тот повернулся к ним, побросали свои самострелы.
Осколок воздел свою клюшку.
"Констебль Осколок! "
Слова со звоном разлетелись по двору.
"Констебль Осколок! Смирр-на! "
Осколок очень медленно поднял свою руку.
Динь.
"Послушайте меня, констебль Осколок. " - сказал Морковка. - "Если есть небеса для Дозорных, и боги, как я надеюсь, есть, то констебль Жвачка сейчас именно там, пьяный как чертова обезьяна, с крысой в одной руке и пинтой Медвежьего Объятия в другой, и он смотрит вверх* на нас сейчас и говорит: мой друг констебль Осколок не будет забывать, что он стражник. Только не Осколок. "
Последовала еще одна длинная опасная пауза, а затем еще один динь.
* Для троллей небеса внизу.
"Благодарю вас, констебль Осколок. Вы будете сопровождать мистера Бодряка в Университет. " Морковка посмотрел на Убийц. "Добрый день, джентльмены. Полагаю, что мы можем удалиться. "
Трое Дозорных переступили через обломки ворот.
Бодряк не промолвил ни слова, пока они не очутились на улице, а затем повернулся к Морковке.
"Почему он назвал тебя... "
"С вашего разрешения я отнесу ее в Дом Дозора. "