Поскольку больше не требовалось оборонять гребень в этом районе, отряд лейтенанта М. И. Максимова отзывался на отдых в расположение кавалерийского полка. Но судьба бойцов Максимова сложилась трагически. Следившие за отрядом фашисты напали на наших врасплох. На месте лагеря остались лишь разбитые о камни винтовки. Эту печальную картину увидели на следующий день Николай Гусак и поднявшиеся с ним на гребень бойцы. Тщательно осмотрев местность вокруг, наши товарищи нашли тело лейтенанта Максимова. Его отряд погиб, но до конца выполнил свою задачу: прикрыл левый фланг моего отряда и заставил уйти с хребта немецких корректировщиков...
Однако обо всем этом мы узнали значительно позднее. Я провел с Николаем около часа и стал собираться в обратный путь. Наверх с нами решил подняться и исполнявший обязанности командира полка майор Курилов. На время предстоявшего вскоре штурма перевала он переносил свой КП в район шалаша, где стоял эскадрон Коханного.
После обеда мы вместе с вновь сформированным отрядом направились на лошадях к перевалу. Там, где тропа была очень крута, мы спешивались, чтобы облегчить подъем лошадям, и шли, держась за их хвосты. Такой способ подъема оказался очень удобным: наши верховые лошади родились в степях и неуверенно шли под седоком по горной тропе.
Достигнув шалаша, я с отрядом продолжил подъем на мой КП теперь уже пешком. Комиссар Коханный с эскадроном должен был присоединиться к нам на другой день. Вслед за ним собирался подняться и майор Курилов, Это было 6 сентября, а штурм перевала предстояло начать в ночь на 9 сентября.
На КП нашего отряда выяснилось, что фашисты его обнаружили и обстреляли из минометов. Прямым попаданием мины были убиты два пулеметчика и уничтожен станковый пулемет. Погиб старшина Хромов, смело дравшийся в первые дни наступления на перевал. Трое бойцов были ранены. Найти более подходящего места для КП не представлялось возможным. Пришлось скрыть его прямо под скалой и возвести защитную стенку из обломков камней. Наш резерв отвели в лощину и частью рассредоточили в скалах вокруг командного пункта.
Утром следующего дня в ожидании эскадрона Коханного и майора Курилова мы продолжали укреплять КП, хотя и шел вялый миномётный обстрел.
"Пора бы уже им прийти. Что задержало эскадрон?" - беспокоился я.
Внизу под нами появилась небольшая группа бойцов. Среди них я разглядел в бинокль майора Курилова.
- Где Коханный? - был мой первый вопрос.
- А разве его нет в отряде? - удивленно произнес майор.
Оказалось, что Курилов тронулся в путь на рассвете, а эскадрон в составе 90 человек вышел еще ночью.
Может быть, Коханный повел людей по тропе на основную седловину перевала. Если так, их требовалось срочно остановить. Мы терялись в догадках. Не хотелось думать, что с кавалеристами приключилась беда.
Не теряя времени, направили к Коханному связных. Не успели они удалиться, как с основной седловины перевала послышалась пальба. Мы тут же послали вслед за связными около 40 бойцов с командиром, а сами приготовились отразить возможную атаку из района центральной седловины.
Стрельба продолжалась с полчаса. Потом наступила тишина, только редкие выстрелы доносились к нам из лощины. По склону бегом вернулись связные, Они принесли печальную весть...
Вот что рассказали потом уцелевшие кавалеристы из состава эскадрона.
Из района расположения (у шалаша) эскадрон направился не к нам, а к основному перевалу. Гитлеровцы, видимо, еще ночью обнаружили конников и подпустили их именно к тому участку склона, где не было ни одного камня, пригодного для укрытия. Тут-то и начали егеря расстреливать наших из пулеметов и винтовок. Многие погибли уже от первых залпов. Эскадрон смешался. Люди попытались отстреливаться, но, не найдя укрытий, вынуждены были спускаться кто по тропе, кто вниз по склонам на дно лощины. Противник, оказавшийся на гребне, по склону которого шла тропа, воспользовался этим и стал скатывать вниз огромные валуны...
Из конников уцелели немногие, и среди них сам Коханный...
Гибель эскадрона осложнила предстоявшее наступление на перевал. Гитлеровцы вели себя бдительно. Мы - тоже, но силы наши значительно поубавились, Для осуществления штурма у нас было теперь всего 150 человек. Правда, майор Курилов обещал прислать еще один отряд, но он не мог прибыть немедленно, а изменить срок наступления на перевал было уже невозможно. Поэтому прок от подкрепления выходил небольшой, вновь прибывшие могли только увеличить наш резерв.
Над центральной седловиной, куда мы собирались наступать, возвышалась вершина. Именно на ее крутых склонах расположились вражеские снайперы, огонь которых затруднял движение нашей основной группы. Поднявшись на вершину, можно было не только выяснить расположение сил противника на перевале, но и парализовать действия снайперов или уничтожить их. Захватив вершину, мы получили бы большие преимущества для развития дальнейших действий.
Вот почему, прежде чем утвердить скорректированный план наступления, я решил подняться на вершину для разведки. Майор Курилов одобрил мое намерение. Путь наметил по узкому заснеженному кулуару, начало которого, обращенное к нам, было скрыто от противника.
При подъеме по кулуару выяснилось, что двое из четырех пошедших со мной бойцов по таким скалам подниматься не умеют. Их пришлось вернуть на КП. Нас осталось трое.
Погода стояла плохая. Вначале шел дождь, потом - мокрый снег. Скалы стали скользкими. Двинулись по кулуару. На пути подъема встретилась скальная полка, которая вела от края кулуара к перевалу. Очень заманчиво было пробраться по ней насколько возможно и заглянуть на перевал.
Осторожно, чтобы не задеть ни одного камня, шли сначала по узкой полочке скал, затем пришлось почти что ползти. Видимость была плохой: облака закрыли и нас, и перевал, но мы решили некоторое время переждать, надеясь, что в облаках появится просвет. Он действительно появился. Стали видны склоны, где находились наша передовая линия и КП. А невдалеке от нас на гребне неожиданно появился гитлеровец. Но я запретил стрелять. Егерь стоял лицом к ущелью и негромко подавал команды. Раздался выстрел миномета. Вероятно, он был установлен совсем рядом, за гребнем. Завтра этот миномет будет первой нашей мишенью...
Облака сгустились снова, и фигура егеря начала растворяться в тумане.
Основной целью разведки являлась вершина, и, чтобы не терять светлого времени, мы стали отходить. Облака сгущались, снег усиливался. Опять осторожно карабкаемся по кулуару. А снегу все больше, кое-где на нем образовалась плотная корка, скалы местами покрылись ледком. Идти становилось все труднее, особенно бойцам, у которых не было, как у меня, горных ботинок. Бойцы начали падать. Двигаться дальше стало невозможно. Но разведку нельзя было прекратить. Я решил один подняться на вершину, чтобы разведать путь, а бойцам приказал спускаться.
Дело шло к вечеру. Я рассчитывал, что снайперы вернулись на ночевку за перевал, и начал осторожно подниматься по кулуару, который все сужался и становился менее глубоким. В одном месте, чтобы не идти по крутым склонам, полез через снежный грот - небольшой туннель, образовавшийся в снежном завале, а когда выбрался из него, то вершина оказалась совсем близко.
Отдыхаю перед последним участком пути и думаю: "Где вы, друзья-альпинисты? Был бы кто-нибудь сейчас рядом, чувствовал бы я себя иначе..." И вдруг выстрел! Он прогремел очень близко, чуть выше того места, где я находился. Мне даже показалось, что выстрелил мой собственный карабин. Но мгновение спустя сообразил, что рядом за скалой лежит немецкий снайпер. Выстрелил он, вероятно, вниз в просвет, образовавшийся в облаках. Что делать? Жду, затаив дыхание, и с ужасом замечаю цепочку следов, которую оставил, выходя из грота. Снег, правда, сыплет крупными хлопьями и скоро прикроет их, но я не знаю, что будет делать снайпер в ближайшие минуты. Если встанет и увидит следы - тогда конец, ведь он сверху первым обнаружит меня... Вдруг слышу негромкий шум и голос над собой. Это снайпер окликнул соседа. Последовал ответ. Видимо, они советовались, не пора ли отправляться на перевал. Где и как ом пойдут? Вместе, врозь? Заглянут ли в кулуар?.. На всякий случай я быстро съехал по склону в снежный грот и стал наблюдать оттуда. Убедившись, что немцы удалились, вылез из своего укрытия...