“Да, тяжеловато, конечно, получается. Может быть, выгрузить утюг? А вдруг в моем отеле нельзя будет отдать вещи на глажку? Он же не пять звезд, а всего лишь трешка… На пять в Париже у меня финансов не хватает… Надо было хотя бы дорожный утюг купить, но некогда, да и денег жалко. Когда еще пригодится? Придется взять. Чемодан все-таки на колесиках”.
– На колесиках, на колесиках… – ворчал ангел. – Посмотрю я на тебя, когда ты будешь его на ступеньки, тележки и транспортеры поднимать. Мне же придется тебе помогать, а у меня и других дел хватает.
“Зато я сэкономила на месте для подарка.Хорошо, что я не купила тот сервиз. Красивый, конечно. Villeroy & Boch. Это вам не ерунда какая-нибудь. Но как бы я его сейчас тащила? А если бы он разбился по дороге? Можно было, конечно, подарить его им здесь, но являться на свадьбу без подарка как-то нехорошо. Поэтому подарю-ка им лучше конверт с деньгами. В Европе, говорят, все так делают. А что, всем удобно и без хлопот”.
“Надо будет еще следить за тем, чтобы у нее деньги нигде по дороге не вытащили. Она ведь их засунет в сумку, как обычно, а сумка будет болтаться на плече как попало. Бери – не хочу”.
“Так, что еще надо взять? Фен я положила, а вот средства для укладки волос нет. Взять только пенку и лак или еще средство для фиксации, чтобы лучше прическа держалась? – Вика задумчиво крутила в руках увесистые флаконы. – Возьму все. Все-таки на свадьбе надо выглядеть прилично. Между прочим, в гости намечаются Пузиковы друзья. Глядишь, кто-нибудь приличный и свободный подвернется. Надо быть во всеоружии…”
– О, Боже мой! Нет, нет, нет! Хватит уже нам флаконов и баночек со всякой ерундой. Скоро мы с тобой вдвоем не сможем поднять этот чертов чемодан!
Наконец сборы закончились, и Вика отправилась спать.
Ангел Вика принялся изучать сводки происшествий на завтра. По самолетам ничего не планировалось. Завтра по пути следования ожидались две крупные аварии: на МКАДе и на Ленинградке. Но по МКАДу они должны были проехать до аварии, а на Ленинградке она случится уже за поворотом на Шереметьево. На всякий случай он сделал запрос на водителя такси, заказанного Викой на завтра. Нормальный парень со среднестатистическим жизненным планом, так что сюрпризов здесь быть не должно. Ангел Вика посмотрел обстановку в Париже в зоне аэропорта и по пути следования в гостиницу. Вроде все спокойно. Смотреть прогноз с тринадцатого по шестнадцатое по большому счету не имело смысла, так как прогнозы обновлялись ежедневно. Конечно, крупные катастрофы планировались заранее: надо же было собрать всех этих несчастных с истекающим жизненным планом в одно время и в одном месте… Но ангел Вика знал, что крупные катастрофы никогда не поощрялись руководством. Это свидетельствовало о недоработках персонала, потому что проще всего вот так согнать всех в одну кучу, и – хоп – авария на шестьдесят машин или падение самолета. А ты вот сам поди разберись, как закончить жизненный план. Прояви, так сказать, фантазию и индивидуальный подход. К тому же в такие крупные катастрофы часто попадали те, кто не должен был туда попасть. Ангел не досмотрел, или поставил на автопилот, или узнал о планируемом слишком поздно и не успел сориентироваться. Не зря же люди говорят “у него сильный ангел-хранитель” про человека, который сумел выйти сухим из воды. Ангелы-хранители, как и люди, бывают разные.
Ну что же, обстановка спокойная, так что завтра можно будет сосредоточиться на поднятии чемодана и следить за тем, чтобы она не напилась какой-нибудь дряни по пути на посадку. Ах, и на свадьбе надо будет что-то решать с алкоголем. Он же совсем об этом забыл. Ей нельзя больше полбокала красного сухого вина. А свадьба-то русская, хоть и в Париже. Водки, наверное, понаставят море. Ангелу Вике опять вспомнился Федя. Живет себе, бедненький, на автопилоте уже полгода. Никто за ним не следит как следует. Хорошо хоть, по Парижам не летает.
В Шереметьево на следующий день добрались без приключений. Хотя, конечно, ангелу Вике пришлось пару раз пнуть водителя такси, чтобы тот не просто достал чемодан из багажника, но и донес его до входа в зал вылета. Вика, не ожидавшая такой галантности до прибытия во Францию, удивилась и оставила на чай больше обычного. Водитель, однако, и сам выглядел озадаченным: мол, чего это я? В качестве компенсации за излишнюю расторопность он не поблагодарил за чаевые и даже не сказал Вике “до свидания”. Молча развернулся и пошел к своей машине. Пока Вика изумленно смотрела ему вслед, ангел Вика организовал появление неподалеку от нее тележки для багажа. С этими тележками почему-то всегда проблема, их никогда не хватает на всех желающих. Он же помог Вике водрузить чемодан на тележку и только саркастически усмехнулся, прочтя ее мысли: “А чемодан-то совсем не тяжелый. Надо было взять еще пару туфель, махровый халат в гостиницу и дополнительный флакон духов, чтобы не пахнуть одинаково каждый день. Да ладно, куплю в Париже”.
“…И гладильную доску тоже надо было взять. Я чувствую, что из Франции мы попрем еще один чемодан. Одна надежда, что на большое количество покупок у нее просто не хватит денег”, – с надеждой подумал ангел Вика.
Дальше была регистрация, где наконец удалось избавиться от чемодана хотя бы на время до прилета в Париж. Рейс 3497 “Москва–Париж” вылетал без опозданий, и у Вики оставалось еще полтора часа до посадки. Развлечений в зоне вылета Шереметьево-2 было не так уж и много, и, побродив по магазинчикам Duty Free, Вика отправилась в кафе. Одну чашечку кофе ангел Вика еще стерпел, но, когда Вика направилась за второй, пришлось применять крайние меры.
– Извините, – сказал бармен, – кофе-машина сломалась. Может, чаю?
За соседним с Викой столиком сидела пара пожилых супругов и мирно поглощалабутерброды, запивая их чаем. Мельком взглянув на них, ангел Вика почувствовал смутное беспокойство. Он пригляделся к паре повнимательней. Ничего выдающегося. Обыкновенные пенсионеры, разве что выглядят более ухоженными и аккуратными, чем основная масса людей преклонного возраста в России. Наверное, при деньгах и летят навестить своего сына или дочь в какую-нибудь европейскую столицу.
Тем временем Вика искала другие пути нанести вред живущему в ней маленькому существу.
– У вас есть растворимый кофе? – с надеждой спрашивала она бармена.
– Извините, нет.
– А что-нибудь для поднятия тонуса?
– Возьмите колу.
– Колу я не пью.
– Тогда коньяк.
– Нет, спасибо. Давайте тогда чай, только, пожалуйста, покрепче.
Ангел Вика, с тревогой слушавший этот диалог, вздохнул с облегчением. Слава Богу, обошлись малой кровью.
Во второй раз чувство тревоги появилось у ангела Вики возле стенда с косметикой Duty Free. Вика нюхала какие-то пробники с парфюмерными ароматами, а стоявшая рядом девушка деловито перебирала тюбики с губной помадой. Она делала штрих понравившейся помадой на запястье, потом еще одной, потом еще и сравнивала оттенки.Что-то в ней насторожило ангела Вику, и он никак не мог понять что. Миловидная, даже, по людским меркам, красивая высокая брюнетка не делала ничего такого, что могло бы вызвать отторжение. В чем же дело? К девушке подошел ее спутник, обнял за плечи и поцеловал в щеку:
– Что-нибудь понравилось?
– Даже не знаю. Здесь тусклый свет, непонятно, как этот цвет будет смотреться при дневном освещении.
– Давай купим и проверим.
– Нет, пожалуй, не будем. В конце концов, мы же летим в Париж. Там такого добра навалом.
Мужчина улыбался брюнетке. Было видно, что он влюблен. Чувство тревоги у ангела Вики постепенно отступило.
Объявили посадку, и Вика пошла к выходу номер 7, указанному в посадочном талоне.
– Снимите ремень, обувь, металлические предметы. Положите ручную кладь на транспортер. – Сотрудник зоны досмотра озвучивал меры безопасности, ставшие стандартными в эпоху террористических актов.
Вика прошла контроль и очутилась вместе с другими пассажирами в накопителе – стеклянной комнате ожидания посадки на борт самолета.