Молоденькая, очень красивая девушка с большими черными глазами остановила его однажды вечером и рассказала ему какую-то трогательную историю. Она хромала и все время указывала на свою ногу. Лютард подозвал фиакр. Она сжала пальцами его руку, словно желая опереться на нее. Я находился достаточно близко, чтобы заметить, как крепко она сжала ее и как засверкали при этом ее глаза. Он повел ее к фиакру. Я слышал ее умоляющие слова. Если бы он согласился немного проводить ее! Но Лютард серьезно покачал головой. Он уплатил кучеру, поклонился девушке и ушел. Я увидел, как выражение ее лица сразу же резко изменилось. Это была ловушка, которой ему посчастливилось избежать. Более тревожные минуты пережил я ночью, когда он возвращался домой. Я видел, как четыре темные фигуры следовали за ним, и я видел поджидавшее на углу авто. Осторожность вынудила меня предупредить их, каковы бы там ни были их намерения. Услышав выстрелы, прозвучавшие над самыми их ушами, они обратились в бегство. Я показал свой значок подоспевшему полицейскому, и он тотчас же подозвал машину. Лютард, убедившийся, наконец, что его враги не шутят, послушался моего совета, и я остался при нем в качестве его секретаря.
Следующие два-три дня были совершенно спокойны. Потом случилось то, что мы давно уже предвидели. Это произошло в 6 часов вечера, когда я сидел в комнате Лютарда у письменного стола, делая вид, что просматриваю какие-то бумаги. Слуга принес письмо, которое министр быстро прочел и передал мне. Оно было написано на бланке министерства иностранных дел и подписано занимающим один из важнейших постов лицом. Смысл содержания был приблизительно следующий:
"Податель сего письма заслуживает абсолютного доверия. Ему поручено устно передать очень важное сообщение, и в интересах обеих сторон отнестись к этому с серьезнейшим вниманием".
- Навряд ли это письмо подделано, - сказал Лютард.
- Так, по крайней мере, кажется.
- Впустите человека, принесшего это письмо, - приказал Лютард своему слуге.
Маленькая случайность явилась причиной того, что я вернулся к своему шпионскому посту, как называл это господин Лютард. Я хорошо сделал, так как, к моему удивлению, в комнату вошла Дженет.
- Вы привезли это письмо, мадам? - спросил он, держа его в руках.
- Собственно, привезла его не я, - ответила она, опустившись в кресло, которое он предложил ей, и слегка склонившись над его письменным столом.
- Сюда должен был прийти мой муж. Он передал бы вам одно устное сообщение, составляющее его миссию, но вчера вечером с ним снова случился припадок его старой болезни - подагры - и он совершенно не в состоянии пошевельнуться. Он поручил мне попросить вас, принимая во внимание серьезность событий, оказать ему честь своим посещением в его отеле. Он очень сожалеет, что вынужден просить вас об этом, но врач запретил ему вставать с постели; вот свидетельство от врача.
- Я сейчас же поеду к нему, мадам, - сказал Лютард, кладя в сторону присланное ею письмо.
- Внизу ждет авто, которым я сюда приехала, - продолжала она, - но вы, вероятно, предпочитаете поехать в вашем собственном?
- Это не обязательно. В каком отеле вы остановились?
- В гостинице "Наполеон", на улице Траншар.
Министр отступил на шаг. Я тоже был поражен. Этот квартал пользовался в Париже самой дурной репутацией.
- Но, сударыня, - сказал он, - местность, в которой расположена улица Траншар, ни в коем случае не подходящее...
- Да, поэтому-то мой муж так сожалеет, что вынужден пригласить вас туда. Лицо, приславшее моего мужа, очень озабочено тем, чтобы никто в Париже не знал о его приезде, и мой муж намеренно выбрал эту гостиницу, в которой он часто останавливался во время войны, когда работал тайным агентом. Но если вам все-таки неприятно показаться в этой местности, он готов приехать сюда в санитарной карете.
- Этого я не могу допустить. Я, само собой разумеется, поеду с вами.
Он позвонил.
- Проводите эту даму к ее машине, - приказал он вошедшему слуге, и тотчас же принесите мне пальто и шляпу.
Подходя к двери, Дженет прошла совсем близко от меня. Она была снова такой, как раньше. Спокойная, уравновешенная, рассудительная. Ничто не выдавало ее радости по поводу успеха. Она играла роль озабоченной супруги, принявшей важный шаг ради своего мужа.
Когда она ушла, я вышел из своей засады.
- Что же? - сказал Лютард, вопросительно поглядев на меня.
- Все в точности совпадает с моими предположениями.
Лютард, бывший по природе чрезвычайно доверчивым человеком, посмотрел на меня с изумлением.
- Вы хотите сказать, что эта женщина обманывала меня?
- Это жена известного английского преступника. Все, что она вам рассказала, кажется вполне вероятным, и все же эта история совершенно невозможна. Где письмо, которое она принесла?
Министр стал искать на столе среди своих бумаг и я видел, как он улыбался.
- Ваши поиски совершенно напрасны. Я видел, как она сунула его к себе в карман.
- Что же теперь остается делать? - спросил он.
- Пусть она обождет пару минут, потом пожалуйте с ней по указанному адресу, но только туда. Я позвоню Эниссону и буду там прежде вас. Если мы притворимся, что верим ей, нам удастся раскрыть этот заговор. Я даю вам слово, что вы не подвергнитесь никакой опасности.
- Я не боюсь, - ответил Лютард, нахмурившись.
- Я имел в виду только ваше доброе имя, - ответил я.
Обождав несколько минут, Лютард пошел к автомобилю и уехал вместе с Дженет. Сразу же после этого за мной заехал на своем авто Эниссон, которому я позвонил. Я имел еще короткий телефонный разговор. После этого мы помчались к отелю, намного опередив Лютарда и его спутницу.
Когда мы вышли, хозяйка отеля окинула нас из-за своего огороженного стеклянной стеной бюро подозрительным взглядом. Я занял ее разговором о комнатах, которые я хотел бы снять, и она не заметила, как четверо людей проследовали за нами и исчезли в коридоре в разных направлениях. Вскоре после этого я услышал, как приехала машина Дженет. Я извинился перед хозяйкой, и мы с Эниссоном отправились в столовую. Дженет же и Лютард, который снял шляпу, но держал ее перед собой, заслоняя лицо, направились к лифту. Хозяйка отеля протянула ей ключ, который Дженет взяла, чуть кивнув ей. Я вернулся в бюро и стал заинтересованно расспрашивать хозяйку о только что прибывших.