Кейт держала мать за руку, пока та не успокоилась.
- Он не дал мне возможности попрощаться, - тихо проговорила Джулия. Сказать, как сильно я его люблю.
Дочь смотрела на нее глазами, до боли напоминавшими глаза Сэма.
- Если и есть что-то, в чем я абсолютно уверена, так это то, что Сэм знал, как сильно ты его любишь. Ты была великим чудом и радостью всей его жизни. Даже большим, чем динамит.
- Ну конечно, я не котировалась настолько высоко.
- Я полагаю, Сэм никому больше не говорил о своей болезни?
- Только мне и Чарлзу Гамильтону. - Джулия убрала ладонь из руки Кейт, со смущением подумав о том, чем занимались они с Чарлзом. - Адвокату надо было это знать, чтобы помочь Сэму завершить все его дела. А тебя не удивил странный способ, которым он решил соединить вас с Патриком?
- Да, безумные условия приобретают гораздо больше смысла сейчас, когда я знаю, что он не мог загадывать надолго вперед. Это было завещание не такого человека, который собирался прожить еще тридцать лет. Он знал, что мы с Донованом по-прежнему одиноки, поэтому его неуклюжее сватовство имело по крайней мере слабый шанс удаться.
- Правда? Кейт покраснела.
- Конечно, нет. Я думаю, мы с Донованом сможем ужиться под одной крышей в течение года. Мы даже начали примиряться с прошлым. Но того, что разлучило нас, это не меняет.
- Так что же вас разлучило? Люди сильно меняются за десять лет. Если Патрик сделал тогда какую-то глупость, то это не означает, что он не мог стать хорошим мужем. Он был очень молод. Люди ошибаются.
Кейт прикусила губу, явно балансируя на краю признания. Но момент был упущен.
- Мы оба допустили ошибки.
Возможно, это был правдивый ответ, но он, конечно, ничего не объяснял.
***
Донована снова допрашивали следователь Стански и детектив полиции штата лейтенант Миллер, чернокожий мужчина средних лет с обманчиво ласковым выражением лица и острым взглядом. К тому времени, как они ушли из офиса, все уже разъехались по домам.
Все, кроме Кейт. Донован проводил следователей до дверей, а потом устало вернулся к себе в кабинет за пальто и ключами от машины. Кейт сидела на краешке его стола. Эта картина придала ему новые силы.
- Что ты здесь делаешь? - спросил он. - Здание опустело так быстро, что я решил, будто ожидается новый снегопад.
- Вообще-то ожидается дождь со снегом. Дженни спросила, можно ли сотрудникам разойтись немного пораньше, и я сказала - да.
- Как великодушно с твоей стороны.
- Ну, я ничего не могу поделать, - она считает, что я обладаю здесь какой-то властью, хотя на самом деле я всего лишь скромная ученица.
- У тебя врожденная властность, как у любой аристократки.
- Я уже думала, полицейские никогда не уйдут. Что их так задержало?
- Они разрабатывают версию, согласно которой фанат повредил заряд и гибель Сэма явилась результатом стечения обстоятельств. Но возможно, тот, кто трогал взрыватели, на самом деле пытался кого-то убить. - Донован замялся, потом решил рассказать все. - Следователи хотели знать, смогу ли я идентифицировать остатки электроники, которые они нашли. Это не было частью оборудования "Феникса". Я не уверен, но это могут быть детали радиоуправляемого взрывного устройства.
Кейт открыла рот от изумления:
- Хочешь сказать, что кто-то с безопасного расстояния взорвал здание при помощи дистанционного управления?
- Может быть. Если в лаборатории дадут утвердительный ответ, то будет расследоваться убийство.
- Никакого убийства не было, Донован. Я обедала вместе с Джулией, и мама сказала мне, что у Сэма был рак поджелудочной железы и ему оставалось жить всего пару месяцев.
- Рак? - Шок от услышанного быстро сменился облегчением. - Знаешь, я не очень удивлен. Сэм выглядел довольно уставшим и заметно похудел. Он запустил бумажную работу, а это было на него непохоже. Может, это благословение свыше, что тот фанат выбрал такое время для своих игрушек.
Лицо Кейт застыло.
- Джулия считает, что Сэм сам устроил взрыв.
- Сэм не убивал себя, - твердо сказал Донован.
- Почему ты так думаешь? Я считаю, абсолютно ясно, что он решил уйти, сделав яркий, вызывающий жест. Это в его стиле. Никто, кроме него, не пострадал, и он устроил грандиозное прощание.
- Вы с Джулией протестантки и поэтому не понимаете твердого убеждения католиков в том, что самоубийство - смертный грех. Это прямая дорога в ад. Будучи набожным католиком, Сэм не мог убить себя. Я в этом уверен.
- По-твоему, ни один католик не приблизил бы свою кончину, даже если бы ужасно страдал? - спросила Кейт.
- Может быть, если бы конец был уже близок, а боль непереносима, признал Донован. - Но Сэм еще не дошел до такой стадии, у него было много времени. Сэм был бойцом.
- Я понимаю, что ты хочешь сказать, но трудно предугадать, как поведет себя человек в экстремальной ситуации.
- Это правда, но его гибель была слишком внезапной. Сэм захотел бы увидеть тебя в последний раз, не объясняя тебе почему. Плюс как раз перед случившимся он говорил, что хотел бы позвонить Тому. Я уверен, он попытался бы помириться с сыном перед смертью.
- Ты так считаешь?
- Конечно. Я сказал об этом Тому в Сан-Франциско. Зная, что он безнадежно болен, Сэм, должно быть, решил побороть собственную упрямую гордыню.
- Надеюсь, ты прав. Но я все еще не уверена, что он не взорвал это здание сам.
- Тогда я приведу тебе последний аргумент. Он никогда не сделал бы ничего, что плохо отразилось бы на бизнесе. Он гордился тем, что при работе "Феникса" ни разу не было смертельных случаев. Возможно, он бы намеренно допустил ошибку, инсценируя собственную неловкость, но наверняка не воспользовался бы детонатором в огромном здании.
- Похоже, ты прав, - взволнованно проговорила Кейт. - Но здесь есть еще одна возможность. Может, здание раньше времени взорвал вовсе не фанат?.. Кто-то очень близкий Сэму мог узнать о его болезни и решил подарить ему милосердно быструю смерть, чтобы другу не пришлось впадать в грех самоубийства.
- Господи. - Донован задумался, потом помотал головой. - Сильно сомневаюсь. Даже если кто-то в "Фениксе" знал о его болезни, никто здесь не посмел бы вообразить себя Господом Богом и распоряжаться жизнью Сэма. Я, конечно, так не поступил бы. Надеюсь, ты мне веришь.