Когда Сьюзан проходила мимо, как раз распускался Пурпурный Вьюнок, а Любовь-на-Лету закрывалась. Что означало где-то половину одиннадцатого.
Улицы были пусты. Квирм не является ночным городом. Люди, которые прибывют в Квирм, чтобы весело провести время, отправляются куда-нибудь еще. Квирм так респектабелен, что даже собаки спрашивают здесь разрешения, прежде чем справить нужду.
То есть улицы были почти пусты. Сьюзан представляла, что она слышит нечто, преследующее ее, быстрое и частое, пересекавшее булыжники так стремительно, что могли быть не более чем намеком на образ.
Достигнув Аллеи Трех Роз, Сьюзан замедлила шаг.
Где-то у рыбной лавки на Трех Роз, сказала Глория. В школе не поощрялись знания о волшебниках. Они не вписывались во вселенную мисс Буттс.
В темноте Аллея Трех Роз выглядело незнакомо. Факел, укрепленный на кронштейне в конце улицы, только делал тени гуще. А на полпути, во мраке, какая-то молодая женщина собиралась влезть на стену по приставной лестнице. И что-то в ней было знакомое.
Она смотрела на приближающуюся Сьюзан и, казалось, была рада видеть ее.
– Привет! – сказала она. – Доллара не найдется, мисс?
– Пардон?
– Пара полудолларовых монет. Полдоллара – ставка. Возьму и мелочью. Как угодно, словом.
– О. Извините. Нет. Вообще-то мое недельное содержание – пятьдесят пенсов.
– Проклятье. Ни на что не хватит.
Насколько Сьюзан могла заметить, девушка не походила на тех молодых женщин, которые проводят свою жизнь на аллеях. Она была довольно мускулистой и напоминала сиделку того типа, которые ассистируют докторам, чьи пациенты время от времени приходят в сильное смущение и отказываются вылезать из-под одеяла. И кроме того, она казалось Сьюзан знакомой.
Девушка извлекла из кармана клещи, взбежала по лестнице и влезла в окно. Сьюзан заколебалась. Девушка выглядела весьма деловито, но согласно довольно ограниченному опыту Сьюзан люди, проникающие по ночам в дома с помощью приставных лестниц, являются Злодеями, которых Отважная Девица должна Схватить. Она подумала, что может хотя бы поискать стражника, но в этот момент дальше по улице открылась дверь.
Двое мужчин, шатаясь и поддерживая друг друга, выбрались наружу и зигзагами двинулись по улице. Сьюзан отступила назад. Если она не хотела, чтобы ее не замечали – ее не замечали.
Мужчины прошли сквозь лестницу.
То ли мужчины были недостаточно плотными – хотя звуки, издаваемые ими, свидетельствовали об обратном – то ли с лестницей было что-то не то… но ведь девушка поднялась по ней… а сейчас она по ней спускалась, пряча что-то в карман.
– Даже не проснулся, маленький ангелок, – сообщила она.
– Прошу прощения? – сказала Сьюзан.
– Не приготовил для меня Подарка, – сказала девушка. Она легко подхватила лестницу и взвалила на плечо. – Правила есть правила. Пришлось выдрать другой зуб.
– Пардон?
– Отчетность проверяется. Будут большие проблемы, если доллары и зубы не совпадут. Знаешь, как это бывает.
– Я знаю?
– Короче, я не могу болтать с тобой всю ночь. Мне еще шестнадцать предстоит обработать.
– Почему я должна знать? Как обработать? Шестнадцать кого?
– Детей, конечно. Я ведь не могу их разочаровать, правда? Только представь их личики, когда они поднимают свои маленькие подушечки, благослови их боги.
Лестница. Клещи. Зубы. Деньги. Подушки…
– А ты не ждешь от меня, что я поверю, будто ты одна из этих Зубных Фей? – спросила Сьюзан подозрительно.
Она потрогала лестницу. Та была достаточно плотной.
– Не одна из, – ответила девушка. – Зубная Фея и все. Я удивляюсь, что ты этого не знаешь.
И она скрылась за углом, прежде чем Сьюзан успела спросить – Почему я?
– Потому что она может сказать, – произнес голос позади нее. – Ухватить – значит узнать.
Она повернулась. Ворон выглядывал из открытого окна.
– Ты бы лучше вошла, – сказал он. – Кого только не встретишь на этой аллее.
– Да я уже.
Латунная табличка, прибитая к стене рядом с дверью, сказала:
– Эс Вэ Сыроваллер, Дэ-Эм (Невид), Б. Чуд., Б.Ф.
Первый раз в жизни Сьюзан слышала металлический голос.
– Простой фокус, – объяснил ворон. – Она чувствует, когда ты на нее смотришь. Просто толкни…
– Эс Вэ Сыроваллер, Дэ-Эм (Невид), Б. Чуд., Б.Ф.
– Заткнись! Просто толкни дверь.
– Она заперта.
Ворон, повернув голову, посмотрел на нее похожим на бусинку глазом.
– И это остановило тебя? Ну что ж. Сейчас принесу ключ.
Он появился минуту спустя и сбросил на булыжники большой металлический ключ.
– А сам-то волшебник есть в…?
– Да, в! В постели. Отхрапывает себе голову.
– Я думала, они не спят по ночам.
– Только не этот. Чашка какао около девяти и через пять минут он все равно что мертв.
– Но я не могу позволить себе просто взять и войти в его дом.
– Почему? Ты же ко мне шла. И потом именно я – мозг предприятия. А он просто носит забавную шляпу и делает пассы руками.
Сьюзан повернула ключ в замке.
Внутри оказалось жарко. Все было заполнено обычным волшебническим оборудованием: верстак, заставленный бутылками и заваленный свертками, забитый книгами шкаф, чучело аллигатора, свисающее с потолка, огромные свечи, утонувшие в лавовых потоках воска и ворон, сидящий на черепе.
– Они заказывают все это по каталогу, – сказал ворон. – Верь мне. Все приходит в таком здоровенном ящике. Думаешь, со свечей само собой так накапало? Это три дня работы опытного свечного капальщика.
– Ты все это компенсируешь, – сказала Сьюзан. – Кроме того, нельзя же вот просто так взять и купить череп.
– Я уверен, ты все знаешь лучше меня, – сказал ворон. – Образование!
– Что ты пытался сказать мне прошлой ночью?
– Пытался сказать? – переспросил ворон с виноватым выражением на клюве.
– Вся эта «смы-смы-смы-СМЫ» – чепуха.
Ворон повесил голову.
– Он не велел мне говорить тебе это. Предполагалось, что я только предупрежу тебя о лошади. Меня просто увело в сторону. Она уже появилась, не так ли?
– Да!
– Скачи на ней.
– Я уже. Но она не настоящая! Настоящие лошади знают, где находится земля.