- И разумеется, вы ему рассказали про Люси Кэроуэй?
- Еще бы! Вы сами дали понять, что она знает куда больше, чем рассказала. Лагана не мог этого так оставить. Кто знает, что наговорил ей Том. Живая она была слишком опасна.
- И потому её пытали, чтобы выудить все, что она знала. А потом убили, - заметил Дэйв. - Это на вашей совести, миссис Дири...
- Какое мне дело до такой девицы, как Люси Кэроуэй? Думаете, жене приятно узнать, что у мужа была любовница? Я её ненавидела, не скрываю, и не намерена оплакивать. Но мне жаль, что она так плохо кончила.
- Лжете. Ее мучения доставили вам радость.
- Хорошо, пускай по-вашему, я рада, что она получила по заслугам. Скажу вам больше - я храню все газетные вырезки и временами с удовольствием перечитываю. Вам это не нравится, мистер Бенджон, но я не могу любить всех подряд...
- Признайте, вы довольны, что муж застрелился, что вы успели вовремя найти его письмо. Оно лежало на виду, или пришлось копаться в столе? Вы лишили мужа возможности очиститься перед собственной совестью - и рады этому!
- Том был таким занудой, - пожала она плечами. - А о предсмертных покаяниях я невысокого мнения. Он не был ангелом, прилично получал и мы прекрасно жили, пока его не стала мучить совесть. Мы сели на одно его жалование. И что за жизнь для меня наступила! Женщине вроде меня нужны наряды, украшения, путешествия. Ах, он решил начать новую жизнь - как красиво! И даже в церковь стал ходить - наверно сдали нервы. Восемь лет он каялся в грехах, а в итоге прострелил себе череп, чтобы о нем зазвонили во все колокола! - вдова презрительно хмыкнула. - Хорошо вовремя я отыскала его писульку, вот был бы лакомый кусок для прессы!
- Письмо у вас в руках и пусть весь город летит к чертям - вас это не касается. Вы за таких мерзавцев, как Лагана и Стоун, вы укрываете убийц от электрического стула, вы запятнали грязью память мужа, зато теперь вы можете позволить себе норковую шубку и бриллианты!
Миссис Дири облизнула губы.
- Давайте-давайте, Бенджон. Вы мне нравитесь!
- Вы обманули память мужа, - слова Дэйва звучали как удары кувалды.
- Да, да и ещё раз да! Для меня пост кончился. Теперь я познаю все радости жизни, и ваши рассуждения о морали мне не помешают.
- Неужели вы ещё видите свое будущее в розовом свете?
Вдова рассмеялась.
- Почему бы и нет?
- Вы жестоко заблуждаетесь.
- О чем вы?
Лицо Бенджона потемнело, он потянул из кармана револьвер.
- Теперь понимаете?
Она втянула воздух через сжатые зубы и прошипела:
- Вы не посмеете...
- Почему же? Завтра ваш адвокат вскроет сейф в присутствии представителей прессы. И наступит час расплаты для Лаганы, Стоуна, для всех их убийц и гангстеров - все после того, как я вас найду здесь мертвой и позвоню в полицию.
Миссис Дири соскользнула с кресла, став перед Бенджоном на колени. Она неотрывно смотрела на него снизу вверх, тело колотила крупная дрожь, вновь и вновь она облизывала бледные губы. Женщина протянула вперед руки, хотела что-то сказать, но с губ не сорвалось ни звука. Тогда она прикрыла лицо руками, выпрямилась, откинувшись назад, и как загипнотизированная не могла оторвать взгляда от его холодных и безжалостных глаз...
"- Вот и все, - подумал Бенджон, - только эта женщина стоит на пути моей мести. Выстрел - и лживый рот умолкнет навсегда, я смогу звонить в полицию и все останется позади!"
Словно в ответ на его мысли вдова выдавила единственное слово:
- Нет!
Чего он ждал? Лишь нажать на спусковой крючок, и лицемерная холеная стерва отправится на тот свет, а за ней и Лагана со Стоуном - убийцы его жены...
- Я вам заплачу! - в отчаянии прохрипела женщина.
Чего он ждет?
Женщина смотрела на него. Неужели она заметила его нерешительность?
Рука Дэйва, державшая револьвер, начала медленно опускаться.
- Не могу я стать убийцей! - простонал он.
Вдова, лежа на полу, смеялась и плакала одновременно, теребя руками край ковра...
Потухшими глазами посмотрел на неё Бенджон, оттолкнул брезгливо и ушел. По дороге в его ушах продолжал звучать её истерический смех.
В первом же попавшемся баре Бенджон заказал виски. Он опять начинал все с начала: нужно было найти путь спасти честь Тома Дири, предать его письмо гласности. Он не мог убить женщину, как бы мерзка она ни была. Зря он клялся отомстить за Кэт любой ценой. На такое Дэйв решиться не мог.
Бенджон позвонил Дебби.
- Алло! Все в порядке?
- Да, Дэйв. А что?
- Знаешь, о тебе в гостинице спрашивал человек Стоуна. Значит им известно, где ты. Будь осторожна и никому не открывай!
- Господи, Дэйв, что же теперь делать? - не дождавшись ответа, Дебби забеспокоилась: - Почему ты молчишь? Я тебе мешаю?
- Не говори ерунды!
- Это не ерунда, Дэйв! - она нервно рассмеялась. - Ладно, как твои успехи?
- Я зашел в тупик! - он вдруг ощутил необходимость хоть с кем-то поделиться. - Представляешь, человек, желающий очистить свою совесть, прежде чем пустить пулю в лоб, оставляет письмо. Документ этот - конец для Лаганы, Стоуна и всей их банды. И его вдова, совершенное ничтожество, обманывает его память и всех вокруг. Так вот самое удивительное, Дебби, представь себе, я не смог её пристрелить!
- Что-что? Я тебя не понимаю, Дэйв!
- Запрись покрепче. Я скоро вернусь и мы поговорим.
- Жду, Дэйв. Стоуну до меня ещё раз не добраться. Знаю, я тебе безразлична, но мне тебя так не хватает...
- Я вернусь, Дебби, не бойся. Ничего не случится.
Бенджон повесил трубку и задумался, что делать дальше.
ГЛАВА 17
Макс Стоун в красном шелковом халате поверх пижамы возбужденно расхаживал по комнате, жуя сигару. Похмелье его давно прошло. Арт Кинг следил за каждым движением босса. Время от времени Стоун недовольно косился на сидевших и в конце концов заорал:
- Идиоты чертовы! Ну, рассказывайте, что вы натворили!
Крими облизал широкие распухшие губы. Его украшал длинный шрам на лбу и потек запекшейся крови на щеке. Дэниель, сидящий рядом, выглядел ещё хуже: не хватало двух передних зубов, челюсть распухла. Несмотря на жалкий вид, оба пытались бодриться.
- Не надо так, Макс, - начал Крими. - Эти сволочи нас чуть не прикончили. Человек восемь или десять...