Картина вторая
ИСТОРИКО-ПОЗНАВАТЕЛЬНАЯ
После полного дня пути, проходящего вдоль спящих под снегом лугов, авто въезжает в долину. Горный склон усеян каменными башнями, характерными для этих мест. Величественный пастух в папахе и бурке поднимает голову на шум мотора. Обдав облаком снега пастуха и распугав овец, кабриолет растворяется в белизне экрана. Из нижней части кадра ползут печатные буквы в виде панорамы по книжной странице. Сопровождаемый голосом текст повествует об основных событиях последней четверти XIX века: религия, политика, искусство, наука и техника.
Картина третья
ТАИНСТВЕННАЯ
Преодолевая полосу сильного дождя, авто мчится дальше. Клара, всматриваясь в дорогу, протирает лобовое стекло. Дети на заднем сиденье над чем-то смеются, оживленно перешептываясь. Дорога идет серпантином. За одним из поворотов вдруг открывается зеркальная перспектива моря. Озаренное заходящим солнцем, оно несет состояние величия и спокойствия. Спускаясь все ниже, автомобиль въезжает в погружающийся в сумерки южный город. Разом вспыхивают газовые фонари - словно отмечают это событие. Город украшен новогодними гирляндами, окна домов освещены. Праздничное состояние дополняется иллюминацией улиц, которые в силу приближающегося праздника довольно пустынны.
Клара резко тормозит, едва не столкнувшись с роскошным "Рено". Она встречается глазами с пожилым благообразным господином, сидящем позади шофера. Клара вздрагивает. Мы понимаем, что они узнали друг друга. Дети притихли, вжавшись в кожаные сиденья. Экипажи разъезжаются, причем камера следует за "Рено".
Картина четвертая
СВЕТСКАЯ
31 декабря 1899 года. В роскошном палаццо идет пышный прием по случаю празднования Нового года и Нового века.
К парадной лестнице то и дело подкатывают шикарные автомобили и экипажи. Ослепительные дамы в мехах и бриллиантах, в сопровождении безукоризненных господ, поднимаются по лестницам. Горят канделябры, озаряя мраморные балюстрады, дорогую мебель, фамильные полотна в резных золоченых рамках. Огибая огромную новогоднюю елку, лакеи разносят шампанское. Звучит французская, немецкая, русская и непонятная речь. Оркестр играет "Адажио" Сальери. Все ждут приезда известного социалиста Плеханова, с увлечением обсуждая его личность.
- Наконец передо мной словно предстало все устройство мира, несущегося перед моими глазами, как неразрывная бесконечная цепь... (Обрывок разговора между двумя гостями.)
Экзотический посол, наклоняясь к дамам:
- Я хочу построить себе трон на огромной холодной горе, окруженной человеческим страхом, где царит мрачная боль... и веселая шутка.
Дамы смеются.
Старая дама:
- Вы умрете от рака ротовой полости, голубчик.
Посол: - Это произойдет 2 января 1901 года, т. е. ровно через год и два дня. Вы же, сударыня, погибнете через месяц от кровоизлияния в мозг... Несчастье какое!
Дама: - Без ясного взгляда на смерть нет ни порядка, ни трезвости, ни ума, ни красоты.
Некто: - Да у вас просто общество взаимного восхищения.
Дама: - Ну где же Плеханов? Мне не терпится узнать, чем закончился его американский вояж.
Некто: - Элементарная честность требует признать, что Плеханов человек со своей собственной системой мышления.
Дама: - Я слышала, что на нем лежит проклятье третьей степени.
Некто, протягивая вазу с фруктами: - По плодам их узнаете их...
Верхом на белом коне появляется Плеханов.
Дамы наводят лорнеты на всадника. Хозяин дома, Роберт Добролюбов, отставной адмирал императорского флота, представляет Плеханова гостям. Среди прочих он знакомит гостя с известным пуантелистом Жоржем Сера.
Роберт: - Разрешите вам представить господина Сера. Надеюсь, вы слышали о его новой системе живописи.
Плеханов: - Разве он еще жив? Сера (не поднимаясь с кресла): - Я переживу не только вас, но и свою славу.
Плеханов: - Друг мой, откуда такая уверенность? Трудно разобраться в предначертаниях судьбы, так же как постигнуть скрытый смысл всего сущего.
Сера: - Для художника все иначе. Стоит ему посмотреть на лицо человека, чтобы разобраться в его душе: ни одна черта его не обманет, двуличность для него так же ясна, как искренность, он провидит тайну сердца даже в едва заметном движении брови. И жизнь для него - бесконечное наслаждение, непрерывающийся восторг, страстное опьянение.
Плеханов, садясь на открытые клавиши рояля: - Жизнь скоротечна, мой друг, не стоит к ней так привязываться.
Сера: - Первый же час, давший нам жизнь, укоротил ее. Я устал, извините меня.
Плеханов: - Вы уверены, что вам не нужен врач? Эта риторическая стычка характеризует Плеханова как человека мудрого, саркастического, с легким демоническим налетом. Сера, в свою очередь, предстает защитником высоких идеалов искусств.
Тем временем толстый церемониймейстер объявляет о наступлении XX века. Камера скользит по нему сверху вниз. На крупном плане мы видим, что у него развязан шнурок на ботинке.
Картина пятая
ОСВЕЩЕННАЯ ЛУНОЙ
К заднему двору палаццо подъезжает известный нам "Рено", из него выходит господин в цилиндре и углубляется в кипарисовую аллею. Часы на башне бьют полночь. Подойдя к стене дома, он нажимает на один из кирпичей и исчезает в образовавшемся проеме. В звездном небе взрываются ракеты фейерверка, освещая ликующий город.
Картина шестая
ЖИЗНЕУТВЕРЖДАЮЩАЯ
За праздничным столом Плеханов с воодушевлением излагает свои взгляды на происхождение жизни. Среди прочего, он затрагивает тему неспособности животных к творческому самовыражению. А также об отсутствии у них тяги к алкоголю. В этот момент в залу вбегают дети во главе с сыном хозяина, Александром. Перед ними бежит розовый поросенок в расшитой жемчугом жилетке и золотых башмачках. Набрав скорость, поросенок прыгает на колени к Плеханову. Тот в испуге опрокидывает бутылку красного вина. Поросенок с наслаждением лакает из лужи. После легкого замешательства идет очередная перемена блюд, прихотливых и необычных по форме. Хозяин, обходя гостей, делает некоторым тайные масонские знаки. Те незаметно оставляют залу.
Картина седьмая
МАСОНСКАЯ
В потайной малахитовой комнате магистр Роберт опускается на трон, украшенный масонской символикой. Члены ложи облачаются в мантии со священными знаками. Комната представляет из себя сочетание монументальности и изящества. Пол, потолок, стены, мебель, а также мелкие предметы инкрустированы малахитом и украшены деталями из золоченой бронзы.
Роберт: - Любезные братья, близится час Виноградной Лозы. Я хочу сообщить вам следующее: вы знаете, что существование этой комнаты в доме открылось поистине чудесным образом. Третьего дня я проводил тщательное ее обследование. Мои усилия не были напрасны: мне открылась священная энциклика нашего ордена, где есть пророчество, связанное с сегодняшней ночью. В нем сказано (Роберт развернул пергаментный свиток, один из братьев поднес поближе шандал): "В ночь, когда умрет старый Век и стрелки на циферблате Большого Вепря сомкнутся на цифре 1,- явится Он".
К Роберту подвели одного из членов братства - высохшего, трясущегося старика с безумным взором.
- Скажи, брат Хронос, ты видишь...- медленно спросил Роберт.
Старик забился в конвульсиях, лицо его исказилось, на губах выступила пена.
- Здесь... Он здесь, я чувствую...- прошамкал Хронос.
Братья в сильном возбуждении зашевелились, обращая взоры к часам, выполненным в виде бегущего кабана. Стрелки в форме пальцев медленно ползли к цифре 1. Тишина повисла в воздухе. Вдруг комната наполнилась мерным боем часов. Хронос было забился в падучей, но его сосед незаметно дал ему по ребрам. Хронос затих. Магистр Роберт пребывал в отрешенной медитации. Неожиданно малахитовая плита в центре стола отползла в сторону. Из проема, движимый бесшумным механизмом, появляется торс Посланника. Мы узнаем пожилого господина из "Рено".
Лицом он обращен к магистру, который приветствует его особым масонским поцелуем. Один из братьев, скептически ухмылявшийся минуту назад, стоит словно в столбняке. У его ног расплывается лужа.