эпоху. Таких реакций новая история знает только две. Одна из них и была именно та, которую называют католической, но которая осложнялась и иными влияниями. Мы знаем уже, что в конце средних веков католицизм и сам находился в разложении, и против него возникли светская оппозиция и религиозный протест, нашедшие свое выражение в возрождении и реформации, но как раз эта самая реформация оказала влияние на расшатанный католицизм, заставив его реформировать себя и вызвать его на борьбу со всем, что только противоречило его традициям, откуда и возникла общая реакция средних веков против нового времени. В борьбе с католической реакцией, собственно говоря, и шло все дальнейшее культурно-социальное развитие, переработавшее прогрессивные начала гуманизма и протестантизма в так называемое "просвещение" XVIII века, которое, в свою очередь, оказало большое влияние на общественные преобразования XVIII века. Как известно, это новое движение окончилось опять бурной эпохой, за которою наступила в начале XIX в. эпоха реакции, направившейся против указанного движения. Одним словом, в истории Западной Европы, взятой в целом, за движениями, обозначаемыми названиями ренессанса и реформации, наступила эпоха католической реакции, ослабление которой знаменуется новыми движениями вперед, "просвещением" XVIII в., просвещенным абсолютизмом и революцией 1789 г.,- движениями, за которыми следовала новая общая реакция. Собственно говоря, это - два параллельных течения в истории Европы, в которых действуют силы инноваторские и силы консервативные, всегда существующие в обществе, но не всегда находящиеся в одних и тех же взаимных отношениях. Вообще разложение всякой культурно-социальной системы характеризуется, с одной стороны, выступлением сил, стремящихся внести в жизнь новые начала, с другой, полной дезорганизацией сил консервативных, что прекрасно иллюстрируется успехами гуманистического и реформационного движений при совершенном внутреннем расстройстве католицизма: тогда-то, и наступает движение вперед, успехи которого заставляют, однако, сплотиться
силы консервативные в то самое время, как одна часть общества, сначала, сочувствовавшая переменам, отвращается от них, когда они принимают неожиданный или нежелательный для нее характер, а другая часть, в свою очередь, разочаровывается в движении, раз оно не исполняет всех возлагавшихся на него надежд и упований, и напуганные с обманувшимися или примыкают к реакции, или, по крайней мере, отступаясь от движения, тем самым его ослабляют.
К сороковым годам XVI в., когда началось возрождение католицизма, едва только возникала кальвинистическая организация протестантизма, сильное распространение которого относится уже к следующим десятилетиям, когда организовались силы самого католицизма. К этому времени целые еще страны или вовсе не были, или не были серьезно затронуты реформационным движением, да и там, где оно произошло, оно не одержало полной победы. У католицизма еще были большие средства борьбы, но в нем господствовали деморализация и дезорганизация. То, что называли "порчей церкви", было одной из причин реформационного движения, которое питалось потом справедливыми нареканиями на безнравственность духовенства и его нерадение к исполнению своих обязанностей. Во всяком случае, пока своим поведением клир давал повод протестантам нападать на церковь, у реформации было одним шансом больше, а значение этого шанса увеличивалось, благодаря тому, что в противодействии протестантизму деморализованный клир отстаивал больше только свои светские интересы, мало заботясь об интересах самой религии. Церковь давно требовала реформы, которая была тем настоятельнее теперь, что многих в протестантизм толкало видимое нежелание церковной власти произвести самые необходимые преобразования, и что развивавшемуся и систематизировавшемуся протестантизму нужно было противопоставить твердое католическое учение. Все это, вместе взятое, позволяло протестантизму развиваться и распространяться без всяких почти препятствий со стороны церкви, если не считать отлучении, проклятий и обращений к светской власти. По тем же
причинам и реакционное настроение, существовавшее у многих в светском обществе, сравнительно мало приносило выгоды церкви, а оно несомненно было. Реформация, собственно говоря, застала католическую церковь врасплох, и организация реакции против реформации сразу возникнуть не могла, тем более, что ее инициаторам пришлось еще бороться со всем, что составляло причины деморализации и дезорганизации клира, да и сами эти инициаторы явились не тотчас же, а когда реформация приняла уже более грозные размеры. Для того, чтобы воспользоваться реакционным настроением разных общественных элементов, усилить это настроение, организовать склонные к нему социальные силы, направить их к одной цели, католической церкви нужно было самой подвергнуться некоторой починке, дисциплинировать клир, заставить папство отказаться от чересчур светской политики, создать новые средства для борьбы, вступить в более тесный союз с католическими государями, противопоставив вместе с тем "еретической" реформации свою правоверную реформацию. Все это мало-помалу и произошло, начавшись в середине XVI века, когда на помощь католицизму был основан новый орден иезуитов, главных деятелей реакции (1540), учреждено было верховное инквизиционное судилище в Риме (1542), одновременно организована строгая книжная цензура и созван тридентскии собор (1545), который и произвел то, что можно назвать католической реформацией. Но вышедший из этой эпохи католицизм нового времени, - который, собственно говоря, был моложе и протестантизма, и сектантства XVI в.,- значительно отличался от католицизма дореформационного. Перед началом реформации католицизм был чем-то окоченевшим в официальном формализме, теперь он получил жизнь и движение. Это не была церковь XIV и XV вв., которая не могла ни жить, ни умереть, а деятельная система, приспособляющаяся к обстоятельствам, заискивающая у королей и народов, всех заманивающая, кого - деспотизмом и тиранией, кого снисходительной терпимостью и свободой. Теперь церковь не была уже бессильным учреждением, которое искало помощи извне, не имея внутренней силы,
и всюду обращалась с просьбой о реформе и излечении, не обнаруживая искреннего желания исправиться и обновиться. Она была теперь стройной организацией, которая пользовалась в обществе, ею же перевоспитанном, большим авторитетом и, умея фанатизировать массы, руководила ими в борьбе с протестантизмом. Педагогика и дипломатия были великими орудиями, которыми действовала эта церковь: моделировать личность на свой образец и заставлять ее служить чужим целям так, чтобы, однако, она сама этого не замечала,- это были два искусства, особенно отличающие деятельность главных представителей возродившегося католицизма, иезуитов. Одной прежней церковной кафедры и громов папского отлучения оказывалось мало для власти над новым обществом: это общество нужно было еще так воспитать, чтобы оно не шло слушать других проповедников, кроме католических, чтобы оно не оставалось равнодушным к отлучению; нужно было еще эксплуатировать человеческие слабости, чтобы был интерес быть католиком и служить римской церкви, и нужно было оказывать человеку поблажки, когда в этом была какая-либо выгода. Органом этой новой политики католицизма и был именно орден иезуитов, которому принадлежит такая видная реакционная роль на Западе даже до настоящего времени.
Действительно, новый дух, которым отличался реакционный католицизм, возрожденный тридентским собором, вполне выразился в иезуитизме. Иезуитизм это синоним реакции, которая, не пренебрегая репрессией, действовала главным образом на ум, на сердце, на волю людей, искусно воспитывая их и направляя туда, куда было нужно в интересах церкви, как организации, безусловно призванной господствовать над личностью, над обществом и над государством. Знаменитый орден был громадною международною организацией), поставившею себе целью укрепить католическую церковь внутри, подчинить светскую власть духовной, а общество клиру, объединить все католические нации и государства для борьбы с общим врагом, ослабить протестантизм, сея раздоры между его представителями, возвратить по возможности побольше отпавших в лоно