- Это его ребята явились к нам - такие бесшумные, такие черные и открыли пальбу! - пояснил кот. - Мы с Шарлем сразу рухнули на ковер, обливаясь кровью. Девять дыр, леди, вы не поверите! Можно весь мех попортить.
Роланд положил на тарелку Маргариты самые аппетитные куски мяса:
- Извольте есть Не стоит утруждать себя голоданием. Вам понадобятся силы. - Так вот, Пальцев сделал все возможное, что бы заложить фундамент будущего величия. Организовал террористический акт на окружной, предал своих бывших соратников и дал распоряжение о поголовном истреблении нашей симпатичной компании. Причем весьма хитро запутал госчиновников и отвлек от предотвращении катастрофы. Скоро случится нечто ужасное, грандиозно подлое. А в это самое время герой будет находиться далеко отсюда - на Лазурном берегу в сопровождении верных друзей, с которыми и собирается разделить руководство страной.
- Простите, экселенц... - насторожилась Маргарита, - о какой ужасной катастрофе вы говорите?
- О взрыве, естественно. Будет уничтожено вон то строение, - он кивнул на окно. - Под прикрытием археологических подземных работ люди Пальцева начинили его фундамент взрывчаткой. Да какой! Супер! Разнесет в крошку - можете не сомневаться.
- Взорвать Храм!? О, нет! - Маргарита вскочила, просительно сжав ладони. - Это никак, никак не может произойти! Этого невозможно допустить!
- Не слушайте ее, экселенц, - ввернул кот. - Она не из религиозных фанаток. В своего Бога верит. И вообще девушка хорошая - выращивает котов.
- Не имеет значения в какого Бога! - вспыхнула Маргарита. - Дело не в церковных ритуалах, а в людях! Они мечтали, верили, ошибались, погибали... А потом захотели исправить ошибки, искупить вину... И построили собор заново!
Роланд расхохотался.
- Полагаете, экселенц, это невозможно? - с вызовом посмотрела в насмешливое лицо Маргарита. - Невозможно исправить ошибки?
- Исправление ошибок - весьма прибыльная статья. Взять хотя бы того же Альберта Владленовича. Организованный им телемарафон взволновал общественность. Граждане России, вплоть до старушек-пенсионерок, сдавали деньги на восстановление Храма. Все они попало в карман самого организатора, - с назидательной интонацией отчитался Шарль. - Если вы еще этого не поняли, детка.
Маргарита вымолвила горестно:
- Я так и знала...
- А вы только что призывали к терпению, к справедливости и при этом заявляли о желании стать ведьмой. Нонсенс! У ведьм, милейшая, иной взгляд на мир, другой моральный кодекс. Ненавидеть и мстить, - Роланд строго взглянул на гостью.
- Ненавидеть, мстить и еще - веселиться! - к столу с подносом в руках подошла стройная обнаженная брюнетка в белом фартучке и хрустальных "шпильках". Копну буйно вьющихся волос озаряли отсветы пламени, шею обезображивал багровый шрам.
- Белла!? - поразилась Маргарита, осмысливая лишь сейчас природу их странной дружбы. Но та, глянув с изумлением, подругу, кажется, не узнала. Сверкнув изумрудными глазами, водрузила на стол старые запыленные бутылки.
- Из вашего погреба, экселенц.
- Весьма кстати, - одобрил Роланд. - Нам предстоит хорошо повеселиться.
- Бал?! - догадалась Маргарита.
- А разве непременно должен быть бал? Батон, пригласи даму на танец. Какую музыку изволите? Утесов, Козловский, Лемешев? - в руках у Роланда оказались пластинки. - Здесь даже есть американский джаз.
Батон вскочил и церемонно предложил даме согнутую лапу.
Маргарита отрицательно покачала головой.
- Мне не нужны танцы. Дело совсем в другом...С тех пор, как стало известно про ваши балы полнолуния, экселенц, обойтись без бала просто невозможно. Поверьте, - она вскинула голову и взглянула твердо в лицо демона: - Без этого никак нельзя.
- Не хитрите, милая, вы жаждете вовсе не бала, а вознаграждения за него. Вам известно, конечно, что ничего нельзя просить, особенно у тех, кто сильнее. Но вы печетесь не о себе. Вы надеетесь вернуть своего Мастера, уныло проговорил Роланд. - Только почему непременно - бал?
- Если бал не состоится, то останется разочарование и пустое место. Маргарита встала из-за стола и отступила к окну, словно заняла место в центре сцены. Ее цветущее платье источало теперь терпкий аромат увядания розы роняли лепестки.- Бал - это не только развлечение для вас и повинность для его королевы, за исполнение которой вы щедро награждаете. Бал - эта вершина судьбы, главное, что может свершить женщина ради своей совести, своей гордости, ради своей любви... Если не будет бала - не будет ни возмездия, ни упоения, ни чуда! Женщины будут стареть и умирать, не испытав своей власти! Они так и не узнают, что были рождены королевами.
Отдернув вздувшиеся парусом шторы, Маргарита распахнула створку окна и легко вспрыгнула на подоконник. - Я знаю, что такое любовь. И я умею летать. Мастер сделал меня летучей! - Она стояла, прислонившись спиной к раме. Ветер развевал ее туманное платье и длинные волосы, на лице играли отсветы прожекторов. - Смотрите, я не боюсь! - Отделившись от рамы, Маргарита повернулась к открывшейся под ее ногами пропасти. Внизу по блестящему от дождя асфальту скользили маленькие автомобили, в смоляных водах реки чешуйчато отражался желтый свет фонарей. Маргарита вдохнула влажный, горчивший вредными примесями воздух столицы, поднялась на цыпочки, протянула перед собой руки и встряхнула волосами: - Глядите же!
- Решено! Бал, бал! - ударил ладонями Роланд. - Да снимите ее от туда.
Коротышка Амарелло оказался хорошо натренированным в балетных поддержках партнером. Легко и даже изящно подхватив девушку, он поставил ее перед Роландом, раскрасневшуюся, осыпанную вновь посвежевшими алыми розами.
- Впечатляющая смелость. Вы тронули меня, - улыбнулся Роланд. - Прошу прощения за это испытанье.
Маргарита опустила глаза. Слезы покатились градом, осыпая ткань платья. Там, где они падали, на туманном шифоне распускались нежные незабудки. Шарль усадил ее в кресло и подал бокал гранатового вина:
- У вас разыгрались нервишки, голубушка!
- Ну и чем же мы повеселим гостей на нашем торжестве? - Роланд переместился в кресло. Стол очистился, явив взору костяную инкрустацию на красном дереве в виде зодиакального круга. - Подумайте сами, друзья. Гробы с подгнившими мертвецами, вылетающие из камина, ушли в прошлое вместе с нейлоновыми париками, накладными ресницами, девичьей скромностью, твистом и другими атрибутами непуганых совдеповских шестидесятых. Встающими из могил покойниками, байками из склепа, похождениями очередного серийного убийцы сегодня не проймешь даже школьника.