А сын смотрел на нее синими-синими, как васильки, глазами и успокаивал:
- Не плачь, мама, перестань, хорошая, ты же и так много слез пролила. Поправлюсь, выздоровею. Еще не раз на задание пойду. Вот увидишь. А там и война кончится. Домой вернемся, хату новую построим.
И Коля выздоровел. Врачи возвратили ему жизнь. Снова летели под откос вражеские поезда, снова шла по Брестчине слава о юном народном мстителе.
Как-то перед Новым, 1944 годом в партизанский отряд имени Черткова прибыл командующий Брестским партизанским соединением.
- А ну, покажи мне своего героя, - попросил он командира отряда.
В землянку вошел невысокий парнишка. Неужели это он?
- Партизан Николай Гойшик прибыл! - послышался звонкий голос.
Командующий обнял Колю и поцеловал:
- Герой, сынок, настоящий герой.
24 апреля 1944 года должна была открыться первая комсомольская конференция партизанской бригады имени Дзержинского. Вечером 23 апреля стало известно, что в три часа ночи через станцию Ивацевичи должен пройти поезд с танками, снарядами и солдатами в направлении Минска, где немцы старались остановить натиск наших войск.
- Нужно перерезать фашистам дорогу, - решили народные мстители.
Когда командир отряда выстроил партизан и сказал об этой ответственной операции, охотников нашлось много.
- Разрешите мне, - сказал Гойшик. - Я взорву. Это будет моим подарком нашей конференции.
Командир по-отцовски смотрел на юношу. Семь эшелонов пустил он под откос, сотни фашистов уничтожил.
Немного подумав, ответил:
- Хорошо, иди, сынок.
- Разрешите и мне. И я пойду с Николаем, - попросил Леонид Савощик, друг Коли.
На этом и порешили.
Коля с другом пересекли лес, луг, прошли полем, скова лесом. Из-под носа выпорхнула какая-то птичка, чирикнула.
- Вот жаль, разбудили бедную, - проговорил Коля.
Потом пошел теплый апрельский дождь. А вот лес кончился, и впереди показалась железнодорожная насыпь. Постояли, огляделись по сторонам, залегли. Вокруг тишина. Пахнет первой травкой и смолистой хвоей. Вдруг тишину нарушил приглушенный выстрел, и в воздух взлетела ракета. Затем вторая, третья. Заблестели рельсы, осветились кусты. До прихода поезда оставалось полчаса, и фашисты вели усиленное наблюдение за путями.
А тут, за три километра от станции, у деревни Михновичи лежат два юных мстителя и пристально всматриваются в сторону железной дороги. Нет, не пройдет поезд, фашисты найдут здесь могилу.
Хлопцы тихонько начали ползти к полотну. И снова проклятая ракета. Снова друзья припадают к земле, срастаются с ней.
Вот уже и последний кустик. Дальше открытое место. А ракеты все взлетают и взлетают. И слышно, как по насыпи ходят патрули.
- Леня, вот-вот будет поезд. Уже скоро три часа. Вдвоем мы не сможем пройти к пути. Заметят. Я попробую один, - шепчет Коля. - Ты меня прикроешь, когда буду возвращаться.
И он бросился вперед. Вот он уже у насыпи. Когда очередная ракета полетела в воздух, он лежал внизу, у самого откоса. И совсем близко от него прошли два фашиста, держа наизготовку автоматы. Что же делать? А со стороны Нехачева уже мчался поезд. Лязгали на стыках колеса. Ближе, ближе. Сильно бьется сердце у Коли. Он поднимается во весь рост и карабкается по насыпи. "Может, успею". Но что это? Выстрел, второй. Это патрули заметили его. "Не подложу мину, - мелькнула мысль, - не успею". А поезд уже в десяти метрах.
И Коля бросился с миной на путь. Оглушительный взрыв потряс окрестность.
С грохотом, скрежетом полетели под откос вражеские танки и орудия. Враг не прошел. Это был восьмой эшелон, взорванный Николаем Гойшиком.
Назавтра на лесной поляне собралось 450 комсомольцев - делегатов конференции. Не было только здесь их боевого друга, их любимого побратима Гойшика. В суровом молчании склонили комсомольцы головы, чтя память героя.
* * *
Советское правительство посмертно наградило Николая Гойшика орденом Отечественной войны 1-й степени.
В Ивацевичах, на улице, которая носит имя сына, живет мать Николая Гойшика Ольга Андреевна. Со всех концов страны идут сюда письма от пионеров и школьников. Они просят рассказать о жизни и подвиге юного героя-партизана. И каждое письмо начинается словами:
"Дорогая наша мамочка!.. "
Я.Миронков
ОН МЕЧТАЛ СТАТЬ ОХОТНИКОМ
С Валей Перегудом я познакомился совсем неожиданно. Возвращаясь однажды с охоты с пустой сумкой, попал я в окружение ребят.
- Где утки? - спросили ребята. Они почему-то считали главным трофеем охотника - уток.
Я машинально ответил:
- Там остались.
- А почему вы оставили их?
- Эх вы, горе-охотники! Вам только подавай уток, - сказал им с упреком. - Убитого медведя в сумку не положишь.
Сразу наступила мертвая тишина. Глазами, полными удивления, смотрели на меня ребята.
Только Валя Перегуд - двенадцатилетний мальчуган - хитро улыбался. Я понял, что он разгадал мою шутку.
После этой встречи Валя бывал со мной несколько раз на охоте в окрестностях Могилева. Первый раз мы с ним возвратились с охоты, как говорят, без пуха и пера, усталые и голодные. Я думал, что это разочарует мальчишку и у него пропадет всякий интерес к охоте, но ошибся.
В следующий мой выход в поле он снова настойчиво просил взять его с собой.
Но недолгой была наша дружба. На четыре года оторвала меня война от ребят, а когда я возвратился из армии в Могилев - никого из них не нашел. Одни эвакуировались с родителями в глубокий тыл, другие погибли.
А вот как сложилась судьба Вали Перегуда. Его отец с первых дней войны ушел на фронт, мать умерла от сыпного тифа, и он жил с тетей Лелей, которая к тому времени установила связь с партизанами. В этом ответственном и опасном деле начал ей помогать Валя. Незаметно пробираясь через заставы и посты немцев, он отлично выполнял задания партизан. Из него со временем получился настоящий разведчик. Валя работал под самым носом у немцев. Днем он вместе с ребятами проводил разведку, а ночью передавал сведения партизанам. Так продолжалось около года, пока провокатор не выдал Валю гитлеровцам.
Сколько нечеловеческих мук и пыток вынес этот юный герой! Но ничего не открыл фашистам, хотя и знал о многом.