По дороге мчались на автомашинах немцы. Врывались в дома, грабили, убивали. Слышалась незнакомая немецкая речь. Пугала серо-зеленая одежда пришельцев.
Подались мы в леса. Искали укромные места в болотах. Думали, отсидимся, переждем - и придет освобождение.
Я хранила на груди немного выгоревший на солнце кумачовый пионерский галстук. Достану его, посмотрю, и вдруг возникнут передо мной мирные дни. Географические карты на стене класса, выведенные мелом на доске слова и чертежи, шум на переменках. Пионерский сбор, на котором я давала торжественное обещание: "Я - юный пионер Советского Союза..."
Навернутся, бывало, непрошеные слезы, смахнешь их украдкой и все думаешь и думаешь: скоро ли вернется сюда Красная Армия и прогонит немцев? Верилось, что время это не за горами. И опять я пойду в свой класс, возьму указку и по карте полушарий буду показывать страны света...
Галстук был всегда теплым, и на душе у меня теплело.
Среди своих
В 1943 году к нам пришел папа. С автоматом. На шапке - алая ленточка. Оказывается, он партизанил все эти долгие месяцы в отряде имени Калинина. Отец забрал нас в партизанский лагерь.
Более суток добирались туда. Размещался лагерь на небольшом лесистом островке среди непроходимых Споровских болот. Подходы сюда были очень трудными. Нужно было пробираться по зыбкой тропинке вдоль затянутого тиной канала.
И вот я среди своих людей, под сенью родного белорусского леса.
Тут я впервые познакомилась с детьми партизан: Настей и Наташей Дрозд, Маней и Павлом Середа, Сашей Василевским, Васей Каштальяном, Федей Трутько. Тогда я еще не думала, что с ними у меня начнется хотя и неспокойная, но такая интересная жизнь.
Под пионерским знаменем
С нами, детьми, часто беседовали заместитель комиссара отряда по комсомолу Сергей Андреевич Медведев и комсомолец Петр Ивановский. Они интересовались нашими делами, рассказывали о жизни на Большой земле. Среди нас было десять пионеров, и Медведев с Ивановским решили помочь нам организовать пионерский отряд. Из парашютов мы сшили пионерскую форму. На красном полотнище знамени вышили слова пионерского девиза. Петр Ивановский, которого комсомольцы партизанского отряда назначили старшим вожатым, раздобыл настоящий горн. Таким образом, у нас оказались все пионерские атрибуты, кроме барабана.
Жизнь теперь пошла совсем иначе. Наш вожатый Петр Ивановский был большим выдумщиком, делал все, чтобы скрасить наши суровые лесные будни. Он интересно умел рассказывать, знал много разных игр. Соберемся, бывало, вечером у костра. Тишина вокруг, только листья шепчутся да потрескивают в костре поленья. А Петр рассказывает о легендарном капитане Гастелло, о дважды Герое Советского Союза Грицевце. И тогда каждому из нас тоже хотелось совершить подвиг во имя Родины.
Как сегодня помню наш первый пионерский сбор в лесу. Мы пригласили командира отряда Николая Кузьмича Ляпичева, партизан. С одной стороны поляны выстроились пионеры в форме, напротив нас - 28 ребят, тоже в пионерской форме, но без галстуков. Их мы подготовили к вступлению в пионеры.
По лесу разнеслись торжественные звуки горна. Как это было празднично, радостно до слез: вокруг фашисты, а тут, в глубоком вражеском тылу, поет пионерский горн, мы, юные ленинцы, свободно проводим свой сбор.
Начался прием в пионеры. Звучали слова торжественного обещания. Ребята клялись быть достойными звания юных ленинцев, помогать старшим в борьбе с фашистами, стойко переносить все трудности партизанской жизни. Вожатый повязал красные галстуки Лене и Мане Дрозд, Ване Антоновичу, Наде Сарысько, Жене Середе и другим.
Поскольку нас было уже 38 человек, решили создать штаб пионерской дружины. Начальником штаба выбрали Надю Дрозд, членами - Ваню Антоновича и меня.
Время у нас стало проходить организованно, по определенному распорядку. В 7 часов утра горнист Павел Дрозд играл подъем, все выбегали на зарядку. После умывания и завтрака шли выполнять пионерские поручения. Одни помогали на кухне, другие маскировали от самолетов шалаши, третьи чистили для партизан патроны. Часто навещали партизанский госпиталь, читали раненым книги, выступали с самодеятельностью.
Лесная школа
Приближалось 1 сентября - день, когда в школах нашей страны начинается учебный год. Командование отряда позаботилось, чтобы и здесь, на окруженном болотами островке, мы смогли учиться. Правда, о нормальных занятиях говорить не приходилось: не было ни учебников, ни письменных принадлежностей. Но Николай Кузьмич Ляпичев приказал партизанам найти для нас все необходимое. Идя на боевые задания, партизаны помнили о нас: каждый раз приносили то тетради, то карандаши. Отправлялись на такую операцию и пионеры Саша Василевский с Федей Трутько. Под видом сирот они пробрались в Пески, где стоял немецкий гарнизон, и достали там несколько учебников, много бумаги.
В лагере мы оборудовали место для школы. Расчистили площадку, посыпали ее желтым песком. Вместо парт положили бревна. Школу старательно замаскировали от самолетов.
Начались занятия в первом, втором и третьем классах. Учила нас учительница Фаина Петровна Карабетьян. Под открытым небом каждый день занимались мы в своей школе. Здесь многое было не так, как в мирных условиях. Бумаги, карандашей и чернил не хватало. Мы писали палочками на песке. Потом ухитрились писать угольком на березовой коре. Много было трудностей, но они нас не очень беспокоили. Каждый из нас был счастлив тем, что далеко во вражеском тылу работает наша советская школа. И хотя ночью вокруг взвивались вражеские ракеты, а днем над лагерем проносились фашистские стервятники, мы продолжали учебу, проводили пионерские сборы, игры.
Никогда не забыть один сбор дружины. Проходил он в конце 1943 года. Присутствовал на сборе гость с Большой земли, посланец ЦК комсомола Белоруссии Николай Климец. С замиранием сердца ловили мы каждое его слово. О том, как пионеры Москвы, Урала, Казахстана помогают фронту, как славные ленинградцы стойко переносили вражескую блокаду. В тот день мы впервые услышали о подвиге комсомольцев Краснодона - членов организации "Молодая гвардия".