Очутившись за лагерем, Оксана остановилась и начала с силой вдыхать воздух носом.
– Она там! – указала она рукой в том направлении, откуда только что вернулся Сергей, и уверенно пошла вперед. Вскоре все пришли в знакомую уже Сергею рощу, где росли "хлебные", как он их назвал, деревья.
Оксана надрезала кору одного дерева захваченным из дома ножом и подставила под струю хлынувшего сока миску. Вскоре миска наполнилась быстро густеющим соком. Оксана стала его есть.
– Так это и есть амброзия? – спросил Сергей.
Рот Оксаны был заполнен едой, и она только кивнула головой, протягивая Сергею миску, приглашая его разделить с ней трапезу.
– Кто ее ест, тот не стареет, – пояснила она, проглотив пищу. – Но ее надо съесть сразу же после рождения. Тогда будешь здоров.
– Так это и есть та легендарная мифическая амброзия! – воскликнул Николай, пробуя кусок застывшего сока.
– Не знаю, мифическая она или легендарная, но довольно вкусно, – откликнулся Вальтер. – Я чувствую себя, как-будто отдыхал целый месяц на курорте.
– Странное совпадение названия, – задумчиво протянул Николай.
– Амброзия по-гречески означает бессмертие. Откуда здесь греческий язык?
– А сейчас мы проверим! – Сергей повернулся снова к Оксане.
– Оксана! Ты сказала, что тебя послала Великая Мать. У нее есть еще другое имя?
– Ты разве не знаешь? Ее зовут Кибела – Великая Мать!
– Как она выглядит?
– Ее никто не видел, но она прекрасна!
– Еще одно удивительное совпадение, – взволнованно вмешался в их разговор Николай. – Сначала Уран, потом Кибела.
Сергей заметил, что когда Николай произнес слово "Уран", Оксана вздрогнула.
– Не произноси этого слова! – она вперила в Николая испуганный взгляд. – Великая Мать разгневается!
Николай хотел возразить, но Сергей подал ему знак, чтобы тот помолчал.
– Хорошо, хорошо, Оксана, – он погладил ее по голове. – Успокойся, мы не будем гневить Великую Мать. Какие еще съедобные растения ты тут знаешь?
– О, их много! Очень много! Великая Мать щедра к своим детям.
– Ты нам их покажешь?
– Покажу, конечно! Но почему вы их сами не знаете?
– Так получилось, ~ Сергей не знал, что ответить ей. Он уже давно понял, что перед ним не земная Оксана и не та, которая была с ним два часа назад здесь, в роще. Сколько еще сюрпризов готовит им эта планета? Урания предупреждала, что они его ждут, но не сказала, какие. Из этого можно заключить, что планета не будет враждебной, иначе бы Урания предупредила.
Нагруженные кусками застывшего сока амброзии, все вернулись в лагерь.
Наступил уже вечер. Желтый спутник Счастливой поднялся над горизонтом, когда они подошли к домику Оксаны.
– Ты разве не пойдешь со мной? – обиженно спросила его Оксана, когда он остановился у порога ее дома.
– Нет, Оксана. Скоро приедет твой настоящий муж. Он в отъезде, но завтра мы его привезем, – пообещал он.
– Я хочу, чтобы он был высоким и красивым! – потребовала она.
– У нас здесь все высокие и, как ты заметила, наверное, красивые, – засмеялся Сергей.
– Почему у вас так мало женщин?
– Так получилось.
– Их похитили? Тогда вы слабые мужчины!
– Нет, не похитили. У нас их не было с самого начала.
– Так вы дикие?
– Что значит дикие?
– Ну, те, которые не имеют племени.
– Наше племя очень далеко отсюда.
Оксана задумалась, стараясь понять его последние слова, но видно было, что смысл их не дошел до нее. Она пожала плечами.
– Никогда не видела сразу столько диких. Почему вы не пошли к племени?
– Мы не знаем, куда идти.
– Тогда совсем не понимаю. Каждый дикий знает, куда ему идти.
– Все это сложно, Оксана. Иди спать. Когда-нибудь мы во всем разберемся. – Сергей нежно подтолкнул девушку к ее дому и пошел к поджидавшим его невдалеке Николаю и Владимиру.
– Ну, что ты обо всем этом думаешь? – прервал Николай затянувшееся молчание. Они почти дошли до своего дома, где жили вчетвером вместе с Вальтером.
– Пока мало информации, чтобы делать какие-то поспешные выводы. Будем наблюдать.
– Во всяком случае, голодать теперь не будем, – услышали они голос Вальтера, который ожидал их, сидя на скамейке возле дома.
Сергей подошел к нему и опустился рядом на скамью.
– Надеюсь, амброзия, как назвала Оксана этот застывший сок, не повредит нам.
– Может быть, это действительно та самая амброзия, которой потчевались олимпийцы? – Николай чиркнул зажигалкой и прикурил сигарету.
– Все возможно. Если учесть все, что мы знаем теперь об Уране и его населении, то очень вероятно, что они знали эту планету. – Сергей помахал рукой, разгоняя табачный дым. – Когда бросишь курить эту гадость? Ты же спортсмен.
– Да вот, начал курить еще в Пакистане, когда давили торговцев наркотиками. Нервы, понимаешь, не выдержали. Вот и закурил, а потом пристрастился.
– Во всяком случае, эта амброзия чрезвычайно приятна на вкус и после нее чувствуешь себя удивительно хорошо, – вернулся к затронутой теме Вальтер.
– Меня очень заинтересовало имя Кибела. Кажется, это имя какой-то богини. Я хоть и историк, несостоявшийся, должен признаться, что древнюю мифологию знаю слабо. Что ты можешь сказать по этому поводу? – спросил Николай, обращаясь к Сергею.
– По поводу чего? Твоего слабого знания истории?
– Ну, зачем так? Я говорю о самом имени Кибела.
– Насколько я помню, это имя богини земли и плодородия. Культ ее был распространен во Фригии и отличался жестокостью и крайней чувственностью. Потом он был принят в Риме. Жрецы этого культа оскопляли себя. Ей приносились кровавые жертвы, в том числе человеческие.
– Бррр! – Вальтер поежился. – Меня это совсем не устраивает. Я не хочу, чтоб меня оскопляли или принесли в жертву.
– Думаю, до этого не дойдет. Дело в том, – Сергей понизил голос, – что я ее видел.
– Кого? Кибелу?
– Да, ее! – Сергей рассказал о встрече с мнимой Оксаной и чем она закончилась.
– Вот это да! – присвистнул Николай. – Чудеса!
– Не больше, чем Урания или наша СС. Самоорганизация может принимать самые неожиданные формы. Единственно, что объединяет все самоорганизации, – это развитие разума, как вершины самой самоорганизации. То, что представителям одной культуры кажется невероятным, для другой само собой разумеющееся, и напротив. Что же! Счастливая оказалась чрезвычайно интересной планетой. Будем ее изучать, чтобы понять. Я уверен, что поняв ее, мы извлечем для человечества значительно больше пользы, чем если бы использовали эту планету для оттока земного населения.