Теперь Оксана. Оксана ли она? Сергей явно тогда ощутил, что его мозг подвергся воздействию каких-то импульсов, словно кто-то опрашивал его память, и как только он понял это, "опрос" сразу же прекратился.
Он застал ее сидящей в кресле на веранде дома. Она была в красивом платье и выглядела значительно лучше, чем утром. Завидев Сергея, она встала, показывая, что ждет его. Глаза ее уже не были плотно закрыты ресницами и смотрели на приближающегося Сергея внимательно и выжидающе.
– Здравствуй, Оксана, – поздоровался Сергей, поднимаясь по ступенькам на веранду дома. Она в ответ наклонила голову.
Сергей всмотрелся в ее лицо и заметил, что в нем произошли некоторые перемены. Сергей хорошо знал лицо этой красивой, но не блещущей особым умом девушки. Красота Оксаны невольно привлекала многих, но все, кто ее более-менее знал, говорили о ней и сходились в общем мнении: "красивая дура". И глаза ее были именно такой "красивой дуры", легкомысленной, не задумывающейся в своих поступках и действиях больше, чем на час вперед. По-видимому, Огарков был не единственным среди населения лагеря, кто пользовался ее расположением, а скорее той каплей, которая переполнила чашу терпения Синченко.
Теперь на Сергея смотрели глаза, в которых светился глубокий ум. Это можно сразу заметить. И этот свет в глазах совершенно изменил ее лицо, которое из красивого превратилось в прекрасное. Сергей почему-то вспомнил Рубенса. Известный живописец был предельно загружен заказами коронованных ценителей его искусства. Не в состоянии все их выполнить, он перепоручал заказы своим ученикам. Те писали картины. Когда заказанная картина была уже готова, Рубенс приходил в мастерскую и за несколько минут своей кистью превращал заурядность в произведение искусства.
Так и свет разума в глазах Оксаны, подобно мазку кисти великого мастера, совершил подобное невероятное превращение.
– Как вы себя чувствуете? – невольно переходя на "вы", вежливо осведомился Сергей.
Оксана улыбнулась, но ничего не ответила. Она сошла со ступенек крыльца и, обернувшись на оставшегося на веранде Сергея, взглядом пригласила его следовать за собой.
Они вышли из поселка и направились к залитому водой котловану. Возле котлована Оксана остановилась и вопросительно посмотрела на Сергея. В ее взгляде он почувствовал укор.
Сергей принялся объяснять назначение котлована, но она его не слушала и, казалось, не понимала. Затем они пошли по направлению к вспаханным полям. Сергей, который был значительно выше Оксаны, едва поспевал за ней, несмотря на то, что женщина шла вроде бы не спеша. Она как бы скользила по поверхности, не затрачивая на это усилий.
Вспаханное еще недавно поле успело порасти густой травой. Оксана опять вопросительно взглянула на Сергея, теперь в ее взгляде чувствовались гнев и раздражение.
Опять последовали объяснения. Оксана слушала их на этот раз внимательно. Поняв, что ей хотел сказать Сергей, она направилась к лесу. Он поспешил за ней. Остановившись возле большой группы деревьев, Оксана дотронулась до коры одного из стволов. Тотчас на стволе выступил сок, который начал быстро густеть. Сергей подошел поближе и взял в руку загустевший наплыв, понюхал его и вопросительно посмотрел на женщину. Та ободряюще кивнула ему головой. Затем, отломив кусочек загустевшего сока, положила его себе в рот. Сергей последовал ее примеру. Если это не был хлеб, то что-то очень на него похожее, отличающееся разве что более приятным вкусом. Одновременно он почувствовал прилив сил в мышцах и снова взглянул на ту, которая выдавала себя за Оксану. Она улыбнулась и ободряюще кивнула головой.
Они углубились в лес. Внезапно она остановилась и сделала знак Сергею, чтобы тот возвращался назад.
– Кто ты? – не выдержал Сергей.
– Иди к себе, – услышал он ее голос. В нем звучали повелительные ноты. Сергей сделал было шаг по направлению к ней. Тотчас раздалось рычание и из чащи вышли два громадных хищника. Они приблизились к женщине и стали по обе стороны от нее, оскалив пасти с огромными клыками. Женщина спокойно продолжала глядеть на Сергея.
Тот пожал плечами и, повернувшись, пошел по направлению к лагерю.
Первое, что он увидел, вернувшись в лагерь, это была толпа, стоящая возле домика Оксаны.
– Она заговорила! – закричали ему из толпы, когда он приблизился.
– Кто заговорил? – недоуменно спросил Сергей.
– Как кто? Оксана! – радостно сообщила ему одна из женщин.
– Бедная! До сих пор никого не узнает! – пояснила другая.
– Разве она здесь? – невольно вырвалось у Сергея.
– А где же ей быть? Я от нее не отходила ни на шаг! – удивленно взглянула на Сергея первая.
Сергей вошел в дом. В той же комнате на кровати сидела Оксана. На ней было то же платье, которое он видел, когда встретил ее на веранде. В комнате, кроме нее, находились Вальтер и врач.
Всмотревшись в нее, Сергей уже не обнаружил в ее глазах того блеска разума, который недавно так поразил его.
– Что она говорит? – спросил он врача.
– Несет какую-то чушь!
– А все-таки?
– Бред! Не то вышла из дерева, не то родилась в нем. Не пойму. Говорит, что шла к своему племени, что ее послала Великая Мать. Спрашивает, кто будет ее мужем. И вот еще, – доктор засмеялся, – просит амброзии.
Услышав это слово, Оксана быстро закивала головой.
– Дайте мне скорее, иначе я скоро состарюсь. Всегда при рождении дают амброзию! Почему вы мне ее не даете?
– Я же говорю – бред! – отчаивался доктор.
– Подождите, – остановил его Сергей и наклонился к Оксане.
– Ты меня узнаешь, Оксана?
– Ты большой и красивый. Будешь моим мужем? – заулыбалась она ему. – Дай мне амброзии.
– Может быть, сделать ей укол? – спросил Вальтер.
– Нет, подождите. Оксана, – снова обратился он к ней, – ты просишь то, чего мы не имеем.
– Как не имеете? Да она растет повсюду!
– Ты можешь найти ее?
– Конечно, могу! Но меня не пускают и сами ее мне не несут.
– Тогда, если ты можешь идти, пойдем. Ты покажешь мне, где растет амброзия.
Оксана кивнула головой и встала с койки. Они вышли из дома и в сопровождении целой толпы последовали за Оксаной.