Заведовал арсеналом дельта-клон Черский. Квазаров не то, чтобы не любил оружие, просто по роду деятельности ему редко приходилось иметь с ним дело. Последние три года он работал скорее головой, чем руками, хотя и опыт боевых операций у него также имелся.
Как-то раз, оказавшись с генералом Варкасовым в относительном уе– динении (три десятка сотрудников технических служб, работающих вокруг, можно было не считать, так как все слова заглушал постоянный визг дис– ковых пил и треск сварочных аппаратов), Лайн спросил:
– Могу я задать вам откровенный вопрос?
– Можете, – пожал плечами генерал.
– А получу ли я на него такой же откровенный ответ?
– А вот это будет зависеть от заданного вопроса.
– Хорошо. Ясно. Итак, вопрос: чем руководствовались ВЧК и ГКР, отправляя на это задание неконтролируемого дельта-клона?
– В Вашем вопросе содержится и ответ. Почему вы называете агента Черского неконтролируемым? Пятнадцать лет он верой и правдой служил ВЧК. Его верность Очеловеченной Федерации сомнениям не подвергается. Именно поэтому он не был ликвидирован после… скажем так: после не– санкционированной акции возмездия. Государство второй раз подарило ему жизнь, поэтому он стал вдвое надежнее.
– Я бы решился оспорить это утверждение. Дельта-клон сознательно пошел на нарушение закона и уничтожил банду губернатора Хабирдоева. То есть он заранее полагал, что после этого преступления сам, наверняка, будет ликвидирован. Следовательно, он не настолько дорожит своей жизнью, чтобы всегда и во всем действовать во имя интересов Очелове– ченной Федерации. Так можете ли вы со стопроцентной гарантией заяв– лять, что агент Черский будет стремиться выполнить задание?
Произнеся эту заранее заготовленную речь, Лайн выжидающе посмотрел на генерала. Тот задумался. Квазаров поначалу принял образовавшуюся паузу за сомнения, но, оказалось, Варкасов просто подбирал слова для ответа.
– Видите ли, – сказал он, – именно я предложил использовать Питри Черского для этого задания.
Лайн удивленно поднял брови.
Варкасов продолжил:
– Дело в том, что я был знаком с Фиразом Чербаджийским. Можно даже сказать, что в юности мы были хорошими приятелями.
– Но дельта-клон – не профессор! – возразил Лайн.
– Почему? Он такой же человек, как я и вы. Биологически и психоло– гически он ничем от нас не отличается. Только появился на свет он не из чрева матери, а из «пробирки». Возможно, вас смущают его неизменное хладнокровие и напускное спокойствие? Так вот, в его годы Фираз был точно таким же. Так что это не проявления природы дельта-клона. Наобо– рот, это свидетельства его близости к оригиналу.
Лайн не нашелся, что ответить. Про возраст дельта-клона спрашивать было нелепо. Квазаров прекрасно понимал, почему в свои пятнадцать лет Питри Черский физически и умственно развит, как тридцатилетний. Он имел представление о принципах производства и выращивания клонов.
– Более того, – продолжал генерал, – скажу вам, что во многих сло– вах агента Черского, в манере поведения, в походке я вижу своего ожив– шего товарища. Так что я уверен в нем также, как и в вас.
– Благодарю, – с легким поклоном сказал Лайн. – Вы рассеяли мои сомнения.
Больше он не поднимал этот вопрос, хотя теперь его начали мучить подозрения иного рода: если генерал Варкасов так уверен в дельта-кло– не, не означает ли это, что он не доверяет самому Лайну? Если вспом– нить трех военно-космических разведчиков – Максима, Олафа и Яну, кото– рые в свое время предпочли остаться в Верхних Измерениях, то не явля– ется ли основной задачей Черского доставка Лайна на Землю? Может быть, он обязан вернуться обратно и привести с собой корабль и Квазарова?
Как бы то ни было, сомнения Лайна оставались спрятаны так глубоко, что никак внешне не отражались на его отношениях с напарником. Оба агента относились друг к другу вежливо и дружелюбно и не переходили ни грань товарищества, ни грань сухого официоза.
Чем лучше Лайн узнавал возможности «Золотой капли», тем в большее изумление его приводили достижения инопланетной техники. А ведь из от– чета Максима Фрадова следовало, что это была далеко не новая и не са– мая лучшая модель космического корабля. Тем не менее, соединение гра– витационных преобразователей и «мерцалки», которую земные ученые соз– дали сто пятьдесят лет назад по образу и подобию Божественной техники, дало потрясающие результаты. Теперь оставалось совсем немного – нау– читься всем этим пользоваться.
Многомерный мир, как теперь выяснилось, состоял из бесчисленного количества Измерений с разными уровнями реальности. Измерения разделял тонкий слой межпространства – своего рода переходное состояние материи между параллельными Вселенными. Современные земные корабли в режиме «мерцания» смещались в эту зыбкую эфемерную субстанцию, где могли раз– вивать сверхсветовую скорость, а потом возвращались в свой обычный космос. Перейти в другое Измерение им не позволяли предохранители и блокираторы.
«Золотая капля» могла двигаться в двух направлениях: во-первых, перемещаться в пределах одной Вселенной, как и корабли землян; во-вто– рых, переходить из Измерения в Измерение. Но и параллельные миры также не являлись чем-то застывшим. В каждом из них находилась своя Вселен– ная со своими физическими законами, так что, оказавшись в другом мире, можно было за доли секунды переместиться на сотню-другую галактик в сторону или же оказаться в другом времени.
Бортовой компьютер синхронизировал «Золотую каплю» в пространстве (вернее, в пространствах) и времени (временах), основываясь на совер– шенно отличной от земной системе навигации. Теперь, когда основная ба– за данных была стерта, о перемещении в параллельные миры нечего было и думать. Подобный эксперимент закончился бы тем, что корабль навсегда затерялся бы в многомерном мире и никогда не нашел бы дороги назад. Так что главными достоинствами инопланетного корабля оставались лишь гравитационный двигатель и «мерцалка» без ограничителей мощности.
Корабли землян должны были вначале развернуться в ту сторону, куда предполагалось совершить сверхсветовой скачок, и разогнаться при помо– щи термоядерно-реактивных двигателей Хейдля-Уйгурова. Только совмещен– ные импульсы физической скорости и межпространственного генератора пе– реводили их в состояние «мерцания».
А «Золотая капля» могла уйти в межпространство в любой момент. Главным тут было как раз не проскочить эту зыбкую грань и не оказаться в чужом Измерении. Ну и, конечно, гравитационный привод не требовал ни запасов топлива, ни сложного обслуживания, ни тонкой настройки. Вер– нее, он был настроен один раз – при его создании. Теперь люди Земли могли использовать эту технику, даже не разбираясь в принципах ее уст– ройства.
Собственно, основную работу по переналадке компьютера «Золотой капли» выполнил Дунь-Фэй. Он не только разобрался в его устройстве, но и занес в него все данные об окружающем космосе, которыми к тому вре– мени располагала Очеловеченная Федерация. Конечно, это была капля в море, но хоть что-то все же лучше, чем совсем ничего. По крайней мере, Млечный Путь и семь соседних галактик служили достаточным базовым ори– ентиром для ориентации инопланетного корабля.
Если вначале Лайну Квазарову срок подготовки к заданию показался совершенно невероятным – всего пять суток, то вскоре он изменил свое мнение на диаметрально противоположное. Уже к исходу четвертых суток он заявил генералу Варкасову, что под руководством Дунь-Фэя полностью освоил «Золотую каплю» и немедленно готов приступить к ее пилотирова– нию.
– Подожди, – ответил генерал. – Оснастка «Золотой капли» еще не закончена. Кроме того, я жду последних известий с Земли. Да и твой на– парник не так быстро обучается, как ты. Не забывай, до этого он никог– да не покидал Земли.
– Да уж, из нас получается отличная команда, – заметил Квазаров. – Дельта-клон, никогда не летавший в космосе, и человек, ни разу в жизни не бывавший на Земле.