Вот почему он не имел ни малейшего представления, как за это взяться.
- Господи помилуй!- сказал вслух загнанный в угол мистер Читтервик.
Молодой человек снова проявил дар сочувствия.
- Между прочим, я тоже попытался заняться этим дельцем. По крайней мере, я разложил по полочкам все факты и уперся в тупик, из которого не вижу выхода. Так что если вы все-таки займетесь расследованием, то не возьмете ли вы меня в качестве помощника, что ли? И мы тогда соединим наши усилия.
- О, вы бы мне очень помогли,- тепло отозвался на предложение мистер Читтервик, которому все больше нравился этот молодой человек.- Но скажите... разве в любом случае этим не должны быть озабочены адвокаты майора Синклера?
- Нет. Они, конечно, не сказали этого Джуди, но мне-то определенно кое о чем намекнули. Уверен, что они совершенно не сомневаются в виновности Линна и просто опасаются нанять частного детектива из страха, что он может накопать явно ненужные подробности. Они считают, что сейчас Линн еще может выиграть дистанцию, несмотря на ваше свидетельство, и поэтому не хотят, чтобы обнаружились еще какие-нибудь неприглядные факты.
- Понимаю. Ну а вы, конечно, все еще не сомневаетесь в невиновности майора Синклера?
Молодой человек по имени Маус слегка смутился.
- Ну я бы не хотел биться об заклад относительно него, Читтервик, но Линн действительно один из лучших людей на свете. Возможно, по части мозгов он не первый сорт, но зато мозги есть у Джуди, вполне хватит на обоих. Однако мне так же невозможно подумать на него, как на самого себя.
И он покраснел.
- Тогда к какому же выводу вы пришли?- с симпатией и одновременно с интересом спросил мистер Читтервик.
Его собеседник коротко рассмеялся.
- Бог его знает, к каким. Понятия не имею. Зная мисс Синклер, не могу поверить, что она могла покончить самоубийством, тем более в таком месте, как Зал для ленча "Пиккадилли-Палас", а все же... Но ведь это все мы и хотим разведать, да?
Теперь смутился мистер Читтервик.
- Да. Конечно. Несомненно. Я безусловно хочу предпринять все, что в моих силах. Но затруднение, понимаете, состоит в том... Ну, одним словом, расследование - дело специалистов, а у меня для этого совершенно нет никакой квалификации.
- Неужели?- спросил молодой человек и улыбнулся так, словно был уверен в обратном, просто мистер Читтервик изволил на этот счет пошутить по причине, о которой извинительно не догадываться.
- Да, именно так,- очень искренне подтвердил мистер Читтервик.
- А тогда,- спросил молодой человек,- как же быть с делом об отравленных конфетах, как это назвали газеты?
- А?- удивился мистер Читтервик.
- Мне все о нем известно.
- Вам? Известно?., каким образом?
- Сын помощника главы Скотленд-Ярда приходится мне довольно близким приятелем.
- О!- только и нашелся что ответить мистер Читтервик.
- Так что мы не станем обсуждать недостаток квалификации.
- Нет, но действительно,- возразил мистер Читтервик и начал очень старательно объяснять, что вовсе не он решил загадку, а она решилась сама собой.
- Фью,- вот и все, что ответил молодой человек.
И прежде чем мистер Читтервик успел понять, как все это произошло, было заключено партнерство и сам он занял должность главного сыщика.
- Очень хорошо,- вздохнул мистер Читтервик, смиряясь с неизбежностью.Вы можете заверить миссис Синклер, что в любом случае я сделаю все возможное, хотя это может оказаться весьма несущественным вкладом в расследование. Мистер... мне очень неловко, но я до сих пор не Знаю вашей фамилии.
- Ой, да зовите меня просто Маус,- небрежно отмахнулся молодой человек,- меня все так зовут.
И они приступили к подробному обсуждению ситуации. В создавшихся обстоятельствах мистера Читтервика прежде всего заинтересовало алиби майора Синклера. Если бы возможно было подтвердить, что до половины третьего майора в "Пиккадилли-Палас" не было, то это послужило бы доказательством его невиновности, независимо от того, кто именно совершил загадочное убийство. К сожалению, майор не мог назвать ни одного свидетеля в подтверждение своих слов.
В соответствии с его показаниями во время ленча он был в своем клубе "Радуга" на Пикадилли. Примерно в четверть третьего, после ленча, его позвали к телефону. (До сих пор его ответы не вызывали вопросов.) Человек на другом конце провода назвался мистером Экклсом, его соучеником по Оксфорду. Майор Синклер удивился. Хотя они действительно одновременно учились в одном и том же колледже, с Экклсом он едва был знаком. У них были совершенно разные интересы, а колледж Сент-Мери известен своими групповыми пристрастиями. Майор Синклер был членом общества "Баллингдом", а Экклс относился к тем, кого баллингдомовцы пренебрежительно называли "этими типами. Стихи пишут и прочую ерунду".
Однако ныне майор уже давно не состоял в "Баллингдоме" и поэтому мог выразить интерес, хотя и притворный, к Экклсу и вежливо осведомился, как дела. Экклс сказал, что это слишком длинная история рассказывать по телефону, но ему хотелось бы лично встретиться с майором, и таинственно добавил, что встреча будет судьбоносной для них обоих, и поэтому, если майор откажется от нее, то будет потом ругать себя всю оставшуюся жизнь. Он отказался объяснить в чем дело, прибавив, что все подробности изложит при личном свидании и не желает ли майор приехать как можно скорее к нему в офис, где они смогут переговорить с глазу на глаз.
Синклер, естественно, согласился. Экклс дал ему адрес, присовокупив, что это самый верхний этаж дома и так как он совсем недавно арендовал помещение, то таблички с фамилией на двери нет. И после некоторого раздумья прибавил, что ему необходимо прямо сейчас выскочить на улицу, поймать одного человека, но к приезду Синклера он почти наверняка вернется, а если, паче чаяния, задержится на несколько минут дольше, то не будет ли майор любезен немного подождать? Майор разрешил ему опоздать на несколько минут, если этого потребует встреча с нужным человеком, и потом с любопытством, не лишенным приятности, примерно в половине третьего покинул клуб.
Найти нужное здание труда не составило. Оно было небольшим и располагалось на проходной улочке поблизости от Ковент-Гарден. По трем маршам каменной лестницы, которым не помешала бы влажная уборка, Синклер поднялся на последний этаж. Здесь было еще грязнее, чем внизу, и создавалось впечатление, что этаж необитаем. В углах висела паутина, но майор, человек не слишком наблюдательный, заметил однако, что около двери сор был подметен, дверная рама вытерта, а это свидетельствовало об использовании помещения. На верхней площадке лестницы другой двери не было. Так как на звонки никто не отвечал, Синклер решил, что Экклс, наверное, еще не расстался со своим знакомым. Он приготовился ждать и начал читать дневной выпуск "Ивнинг стандард", который, по счастью, купил на случай такой задержки. Место встречи производило неблагоприятное впечатление, и он уже почти заподозрил Экклса в намерении убедить его вложить деньги в какую-нибудь безумную затею, а может быть, даже занять деньги прямо сейчас, но из общения с некоторыми юристами он усвоил, что не следует всегда судить по первому впечатлению, и решил подождать еще некоторое время. Так, не желая заподозрить Экклса в неблаговидном поведении, он прождал до двадцати минут четвертого. Однако, ввиду намеченной встречи с тетушкой, больше ждать не имел возможности. Когда его спросили, почему он так долго ждал, Синклер ответил, что думал, Экклс вот-вот вернется, тем более, ожидая так долго, не хотел испортить все дело, уйдя за две минуты до его прихода.
- Не знаю, заметили вы или нет,- сказал Маус,- но в таких случаях именно так всегда и случается.
Мистер Читтервик согласился, что так оно и бывает. Однако пока Синклер ждал, никто не поднимался на последний этаж, поэтому не нашли никого, кто мог бы подтвердить, что он входил в здание или хотя бы приближался к нему. Его юристы, не желавшие нанять частного детектива из страха, что он обнаружит нежелательные факты, все-таки приняли меры для отыскания подобного свидетеля, но потерпели неудачу. А с другой стороны, полиция сразу установила, что здание, где якобы располагался офис Экклса, уже несколько месяцев пустовало, а что сам Экклс состоит на консульской службе и в настоящее время проживает в Малайзии, а в Англию приедет только в следующем году, в отпуск.