- Это просто, - ответил мертвец и вдруг стал протягивать ему руку. Бери и кусай! Питательней камней, в Алкирии ничего не найдешь!
Валера отрешенно смотрел на иссушенную руку, действительно, походящую на руку мумии. Нет, он не настолько свихнулся, чтобы пожирать мертвецов; пусть даже они просто "физическое воплощение", они - довольно отвратительное воплощение.
- Я не буду это есть.
- Ты должен есть, потому что должен выжить и дождаться следующего момента заведения часов! В знак нашего союза ты должен это съесть. Это будет доказательством клятвы с твоей стороны.
В животе у Валеры заурчало, плотный комок подступил к горлу. Изо рта правого иродака текла тонкая струйка слюны. Очевидно, губы у них никогда плотно не смыкаются, поэтому они всегда истекают слюной, подумал Валера.
- Нет, - неуверенно сказал он. - Я сейчас не голоден. Может быть потом.
- Этот вопрос не обсуждается! - сказал мертвец и на этот раз ткнул его своей рукой, проведя кистью по Валериному носу, губам. Часть мертвой плоти попала на язык, и Валера почувствовал слабо сладковатый вкус и непереносимую горечь. Мертвец пихал свое запястье в Валерин рот. Неосознанно Валера приоткрыл рот и надкусил запястье. Первое ощущение было похоже на то, как кто-то наполнил его рот мелким речным песком, издающим запахи тления, а ещё песок был сладким и чуть меньше горьким. Валера сомкнул зубы, откусив часть запястья, рот его наполнился слюной, и он, с аппетитом пережевывая кости, начал жевать мертвую плоть. Кисть перед его носом повисла на предплечье на одних сухожилиях. Мертвец улыбался своим безгубо-беззубым ртом. Иродаки как-то управляли им, в этом не было сомнений.
Валера кусал руку ещё и еще, ещё и ещё до тех пор, пока мертвец не остался без предплечья. Насытив желудок, Валеру стало морить в сон, глаза его закрывались, он готов был упасть прямо здесь, но из последних сил держался на ногах. Как будто издалека до него доносились последние слова иродаков, звучащие из уст мертвеца Семена Карасева:
- Спи здесь, если что-то произойдет, мы разбудим тебя. Будешь голоден - только подай знак. А теперь спи, спи наш брат...
Валера упал на землю. Последнее - что он слышал - это как рядом с ним захрустели пережевываемые кости. Иродаки доедали переводчика.
19-ый час
Он открыл глаза, сон слетел, словно откинутое одеяло. Валере казалось, что какая-то косточка дребезжит у него в голове, этот дребезг походил на предвестника чего-то. Чего?
Яркая вспышка резанула по глазам. От неожиданности Валера слабо вскрикнул. Свет вспышки сник и перед глазами Валеры из ниоткуда появился его собственный дом с разрушенным крыльцом и террасой.
- Однако быстро кто-то сообразил завести часы, - пробормотал он.
Из дома, перелезая через груды поломанных досок и бревен, выбирался какой-то человек. Валера подошел поближе.
- Валера? - полувопросительно произнес человек. Ну конечно, подумал Валера, кто ещё мог завести часы, кроме Петрова!
Валера ответил:
- Да, это я, Петров. Ну, как твои материалистические взгляды?
Петров выбрался из завала и настороженно рассматривал окружающие его руины древнего города.
- Не может быть! - выговорил он, наконец.
- Может, может. - Вкус застоявшейся во рту покойничьей плоти раздражал вкусовые рецепторы. Валера сплюнул.
- Боже, Валера, что с тобой? Ты не ранен?.. - и тут взгляд Петрова упал на останки уже почти полностью разложившегося иродака, которого Валера завалил самым первым. Сгнившая плоть отвалилась от скелетной основы, состоящей из одного длинного позвоночника. - Что это?
- Это так, ничего особенного. - Валера положил руку на плечо Петрова и развернул его в другую сторону от трупа. - С чего ты вдруг решил посетить Алкирию?
- Я видел репортаж по телевизору, вечером того дня, когда ты посетил меня.
- А когда я был у тебя?
- Но ты разве не помнишь?
- Помню, но я хочу услышать это от тебя.
- Две недели назад.
Все ясно, подумал Валера, все правильно. Это значит, что он проспал тринадцать часов. Удивительно!
- И что дальше? - продолжил Валера.
- Дальше, твои родители заявили о твоем исчезновении...
Надо же! Они заявили о его исчезновении! Он оказался им не безразличен! Может, они ещё и любят его? Может, ещё и свою квартиру ему отдадут? Да они бы с радостью похоронили его, как бабку, чтобы не снабжать Валеру деньгами.
Валера усмехнулся своим мыслям.
- Что? - спросил Петров.
- Это я так... прослезился.
- Часть твоей избы была разрушена, милиция подумала, что дом ограбили, а тебя убили и закопали где-то в лесу. Я, конечно, не поверил в эту версию, потому что я знал, с чем ты приходил ко мне накануне исчезновения. И я подумал, неужели Алкирия существует на самом деле! Через твоих родителей я нашел адрес деревянного дома и поверил в Алкирию до конца только тогда, когда снова увидел часы. Это невероятно!
- Ты завел их? - спокойно спросил Валера.
- Да. - Петров сделал паузу. - Здесь, в самом деле, есть иродаки?
- Водится несколько, - ответил Валера. - Слушай, Петров, а ты молодец! Я всего лишь заснул, а, проснувшись, увидел тебя. Быстро ты.
- Но прошло две недели!
- Да черт с ними!
Петров рассеянно, но с восхищением смотрел по сторонам.
- А что это за руины?
- Это был райский город для умерших. После захвата его иродаками для умерших теперь это место пристанища. - По дикому сверкнув глазами, Валера закончил:
- Я хочу тебе кое-что показать. Пойдем. - Решительным шагом Валера направился к дому. Петров засеменил за ним. Валера остановился около упавшей на бок сумки, поставил её прямо, раскрыл и отошел в сторону, предоставляя Петрову возможность заглянуть в нее. Петров заглянул в сумку и ахнул. Огненное пламя от рубинов ослепило его.
- Красиво, - сказал он.
- Так вот что я скажу тебе, Петров! Это все мое!
Сергей Петров не знал в последствии, что заставило его отскочить в сторону, шестое чувство или напряженные нотки в голосе Валеры. Но громадная деревянная дубина просвистела совсем рядом с его ухом и ударилась оземь. Валера по инерции упал. Еще немного и от головы Петрова остался бы лишь проломленный череп. Валера явно пытался вышибить из неё все мозги.
- Ты что, Валера! - обиженно воскликнул Петров.
Валера поднялся. Выглядел он страшно. С ног до головы Валера был вымазан застывшей черной кровью иродаков, на щеках контрастировала с черной кровью его кровь, вытекшая из ушей, глаза его дико горели. Он приподнял дубину.
- Если ты из-за рубинов, - часто дыша, заговорил Петров, - так они мне не нужны!
Валера ничего не ответил и, сплюнув, медленно стал приближаться. Дубина в его руках не опускалась. Петров стал пятиться.
- Хочешь увидеть своих умерших родственников? - спросил Валера невнятно.
- Да, - с паническими нотками в голосе ответил Петров.
- Я тебе в этом помогу! - С этими словами Валера кинулся на него, размахивая дубиной. Петров побежал.
21-ый час
Валера заметно отстал от него. По какой-то причине, Петров не знал по какой, Валера сильно хромал. К тому же бежать с увесистой дубиной в руках было не очень то и легко. Петров бежал прямо, не петляя, лишь изредка ему приходилось огибать попадающиеся на пути развалины. Вскоре Валера пропал из вида. Петров остановился перед неплохо сохранившимся среди руин зданием. Оно было раза в три больше всего того, что он успел рассмотреть за короткий период пребывания в Алкирии.
Здание походило на древнегреческий храм, выполненный из белого мрамора. Вход в помещение с покатой крышей скрывали четыре колонны, исполненные, по роду своих занятий Петров это знал, в ионическом ордере. Ствол колонны заканчивался витой капителью, фриз - каменная конструкция расположенная прямо под карнизом - был расписан рельефами профилей людей во весь рост, переплетающихся между собой, словно вензеля. Обычно, греки изображали на таких рельефах какое-либо событие - будь то битва или торжественное шествие, посвященное богам. Но на данных рельефах причину скопления такого количества людей определить было невозможно. Было похоже, как будто люди стоят в одной длинной и бесконечной очереди.