Я попытался разрядить обстановку: «А знаете, какова история Дня святого Валентина? Существует сказание, что в древние времена жил монарх Изымин, который запретил однополые браки. Такой каприз был связан со смертью на поле боя его возлюбленного - красивого юного офицера Ноя, тем самым объявив своеобразный траур по любимому. Почему должен купаться в любви народ, если несчастен его правитель?
Влюбленных, нарушивших указ монарха, беспощадно избивали, а потом вешали на центральной площади, окутывая ужасом все, что было связано с такой любовью. Но в одной отдаленной деревушке жил священник Вален, который, несмотря на запрет, давал новую жизнь именно таким союзам возлюбленных.
У священника был брат Тин, который жил вместе с Валеном на окраине этой деревушки в небольшой церквушке. Рядом находилась кузня, где тот и работал кузнецом. Так вот, Тин, поддерживая своего брата, для таких пар выковывал сердечки из простого металла, на которых выгравировывал первые буквы имен брачующихся, и одно большое кольцо. Для чего кольцо? Просто последний ритуал заключения брака состоял в приколачивании гвоздем того самого кольца с надетыми на него сердечками к старому огромному дубу, стоявшему позади церкви. Таким образом, влюбленные верили, что их брак будет под защитой, словно под оберегом, спрятанный от злых глаз.
Люди, прознав про священника и его брата, тянулись в эту тихую деревушку со всех концов. И это продолжалось до тех пор, пока монарх Изымин не заключил ослушавшихся братьев в темницу. Их казнили, а с тех пор день смерти Валена и Тина стали называть Днем святого Валентина, объединив их имена воедино и приравняв деяния братьев к божественным, словно эти двое пожертвовали свои жизни за право возлюбленным быть вместе. Ну, а символом этого праздника, стало сердечко, как олицетворение любви. Поэтому влюбленные парочки в этот праздник дарят их друг другу в любом удобном проявлении: в открытках, в печенье, в конфетах...».
Когда я закончил свое повествование, заметил, наконец, как все в машине внимательно смотрят на меня, ловя каждое слово. Даже Шрам наблюдал за мной через зеркальце заднего вида, мечась между дорогой и моим отражением. Нормально так я разрядил обстановку?
Мы подъехали к особняку в полной тишине. И только выйдя из автомобиля, я заметил, что позади нас ехала еще одна машина, в которой сидели Кирр с Ирмой и Онвис. Почему Ричи не поехал вместе со своей женой, а уселся к нам в машину? Не знаю. Но скажу честно, мне это понравилось.
Онвис, как только машина остановилась, моментально выскочила из нее и кинулась к рыжевласке, цепко ухватив того за руку. Вперед ринулась парочка Кирра с Ирмой, а за ними Онвис потащила Ричи. Я даже не успел расстроиться, потому что Кат схватив мою руку, уложил на свою, потом, проделав такое же с Лаймой, весело произнес: «Сегодня я буду вашим кавалером», и повел нас к особняку.
Справа от здания толпились люди, которые восторженно орали и аплодировали. Подойдя ближе, я расслышал знакомое ржание. Лошади? Мы пробрались сквозь толпу, и перед нами возникла небольшая арена, по которой бегали кругами великолепные скакуны.
Разве мог я не узнать Арчи и Беллу? Эта красивая парочка выделялась среди своих сородичей необыкновенным изяществом и манящей красотой. Не зря об этой паре лошадей после университетских скачек в свое время в интернете ходили всевозможные легенды, воспевая силу их любви и преданности друг другу. Представить Арчи и Беллу гостям в День святого Валентина было отличным решением. Только вот откуда взялись университетские лошади в поместье Тамбовичей?
Как раз на этот вопрос ответил Кат, видя мое выражение лица: «Медицинский университет решил сделать капитальный ремонт в конюшне, а так как господин Еро является хорошим другом вашего ректора, то и предложил подержать лошадей в своем поместье. Хочешь спросить, откуда я это знаю? Ричард сказал мне, как только мы сели в машину, ожидая твоего прихода. Это именно он торопил нас приехать сюда, чтобы ты успел насладиться великолепием лошадей».
Я удивленно посмотрел на Ката. Неужели намечается прогресс?
Внезапно мой взгляд упал на молодых людей, стоящих неподалеку. Пассон! Как же давно я не видел эту противную морду. В моей жизни происходило столько событий, что я стал забывать о существовании этого человека. И всего лишь один взгляд на него заставил память перевернуться вверх дном.
Картины деяний Пассона стали пробегать одна за другой в моем сознании. Я вспомнил все: и отравление Арчи перед университетскими скачками, и смерть Калии Хархо, и мое избиение. О многом я был наслышан. Этот человек был одним из участников знаменитой компашки альф, участвующих в университетских оргиях. Пассон был в золотой середине: когда жертва таких вечеринок уже не могла сопротивляться, но оставалась еще в сознании. Если бы я в свое время не увидел собственного ужасного будущего и не предпринял меры, то, скорее всего, став омегой, уже был бы опробован им наравне с его дружками на одной из подобных оргий.
Ублюдок стоял с двумя дружками. Это они участвовали вместе с Пассоном в моем избиении в университетском туалете. Но меня передернуло не только само их присутствие здесь. Они мило беседовали с Сани, сыном Эра Тамбовича.
Я уже встречался с этим милым омежкой. Когда мой дружочек Тошка попал в беду, Сани был одним из тех, кого я спас в кафе «Маргаритка», вырвав из рук обезумевшего альфы Грэйда Порада и его дружков. Теперь же меня сильно беспокоило, что такой ублюдок, как Пассон, мило заигрывает с наивным парнишкой.
Я вздрагивал всякий раз, когда его грязные руки касались хрупкого юноши, словно чувствовав отвратительные прикосновения на собственной коже. Казалось, что мои глаза наливаются кровью от сверкающего блеска жадной похоти в расширенных зрачках этого ублюдка. И когда Пассон, что-то шепнув Сани на ушко, потянул того из толпы, мое сердце забилось барабанной дробью.
Я посмотрел на Ката. Мужчина с улыбкой на лице непринужденно болтал с Лаймой и двумя пышногрудыми девицами. Взгляд переметнулся на Ричи. Тот восторженно наблюдал за лошадьми, а ему на ушко что-то мило напевала молодая супруга Онвис, захватив красивое тело мужчины в кольцо своих рук. А вокруг толпами кружились назойливые омеги, пытаясь привлечь внимание красавцев-доминантов, бросая кокетливые взгляды и выступая в роли хороших собеседников.
Не знаю. Возможно, я пытался найти решение, как поступить. Возможно, я надеялся на помощь. Только вот, увидев их счастливые лица, излучающие покой и умиротворение, вдруг подумал: «Могу ли я тянуть этих людей в свою собственную войну, имею ли на это право?»
Поэтому, посмотрев на Ката, Лайму и Ричи, словно в последний раз, я, не раздумывая, бросился за Сани.