Она сердито смотрит на него.
Я встаю между ними, прежде чем они успевают подраться. - Нам пора идти. Мы уже опаздываем.
- Лучше модно опаздывать. Поддерживает напряженность. - Ваня похлопывает меня по плечу.
Дело в том, что я ненавижу опаздывать. Особенно сегодня. Я снова увижу Дон, впервые за несколько недель. И я тоже впервые лично встречусь со своей племянницей.
Это чертовски важное дело.
Ваня направляется к ожидающей меня машине. - Что именно у нас на повестке дня? Ничего слишком долгого, правда? Я отложила встречу со своим агентом, так что у меня есть всего час в запасе.
- Часа более чем достаточно. Поверь мне.
Хадин открывает дверь Ване.
Она задирает нос, протискивается мимо него и открывает дверь с другой стороны.
Я почти смеюсь, когда вижу раздраженный взгляд Хадина. Как и Хиллса, он привык к тому, что женщины из кожи вон лезут ради него. Ваня терпит его присутствие только потому, что он мне близок, и она никогда не позволяет ему забыть об этом.
Как только мы садимся в машину, Джефферсон одаривает Ваню одурманенным взглядом.
Она улыбается ему. - Привет, Джефф.
- Мисс Ваня. - Кадык Джефферсона чуть не бьет по лицу и меня, и Хадина, когда он сглатывает. - Вау. Вы… вы еще красивее, чем когда я видел вас в последний раз.
- Как мило. - Она издает отработанный смешок.
Хадин пододвигается к краю своего сиденья и хватается за спинку кресла Джефферсона. - Привет, приятель. Почему бы тебе не следить за дорогой, пока не потерял ее из виду?
- Хадин, не запугивай моих людей.
- Я просто даю ему дружеский совет. - Хадин поправляет пиджак. Он приоделся ради Вани. Даже намазал волосы гелем.
Бедный парень.
Ваня его вообще не замечает.
Она разговаривает по телефону, строит планы со своей кулинарной командой. Ваня - единственная из моих знакомых, кто занят больше меня. Она совмещает карьеру супермодели на полную ставку и секретную, безумно успешную кулинарную книгу и империю общественного питания.
Когда она вешает трубку, отвечая на деловой звонок, она бросает на меня мрачный взгляд. - Тебе повезло, что одна из моих подруг-моделей только что попросила меня стать крестной матерью ее ребенка, иначе я бы отказала тебе так быстро, что у тебя разболелась бы голова.
- Какое отношение имеет работа крестной матерью к этому дню карьеры? - Спрашивает Хадин.
- Я плохо лажу с детьми. Мне нужна практика.
Я скрещиваю руки на груди. - Расслабься. Они будут впечатлены тем, что ты супермодель.
- А что, если один из них скажет что-нибудь невпопад? - Она поджимает губы. - Типа ‘ты не слишком большая, чтобы быть супермоделью?’ Тогда я оскорблю их в ответ. Назову их маленькими козявками или как-нибудь в этом роде. И тогда я стану плохой.
Хадин потирает подбородок. - Если они скажут что-нибудь оскорбительное, мы можем подать на них в суд.
Я смеюсь.
Ваня вскидывает бровь. - Ты шутишь, да?
- Родителям следовало лучше воспитывать их.
Ваня усмехается. - Вот почему мы не обращаемся к тебе за идеями.
- Эй, я отлично лажу с детьми. Это ты не ведаешь, что творишь. - Он качает головой. - Я не понимаю, почему ты согласилась быть чьей-то крестной, если ты даже детей терпеть не можешь.
- Я никогда не говорила, что не выношу детей. Я сказала, что не умею с ними обращаться.
Когда Ваня и Хадин начинают ссориться, я получаю новое сообщение.
ДОН: Ты уже здесь? Оно вот-вот начнутся. Бет начинает нервничать.
- Оо. - До меня доносится голос Вани. Она гораздо ближе, чем я ожидал, и я понимаю, что она заглядывает мне через плечо в телефон. Слишком поздно, я пытаюсь скрыть это от посторонних глаз, но она замечает меня и натянуто улыбается. - Макси влюблен.
- Сколько тебе? Десять? - Я хмурюсь.
- Вот почему она не может ладить с детьми. Потому что она одна из них, - указывает Хадин.
Ваня перегибается через меня, чтобы шлепнуть его.
- Эй, эй. - Я поднимаю руку, чтобы остановить ее. - Ребята, вы можете хоть раз вести себя по-взрослому?
Я понятия не имею, как мама терпела этих двоих. Они выматывают. И они чертовски навязчивы. Когда умерла мама, они ни на секунду не оставляли меня в покое, всегда заходили, чтобы до смерти меня разозлить. Всегда звонили. Всегда вытаскивали меня из дома, когда мне не хотелось переезжать.
Учитывая, что они и Хиллс изводили меня, неудивительно, что я побежал в Stinton Group, чтобы почувствовать себя чем-то большим, чем просто скорбящим сыном, потерявшим свой мир.
- Я следила за всеми тусовками Stinton Auto в прессе. Твоя женщина - огонь. - Ваня одобрительно кивает. - Сначала я подумала, что она подделка. Но чем больше я слушала ее, тем больше понимала, насколько она искренне любит чинить машины. Это так вдохновляет. Мне захотелось поменять колесо или что-то в этом роде.
- Как будто я когда-нибудь позволю этим красивым рукам прикоснуться к автомобильной шине, - бормочет Хадин.
Я бросаю на него свирепый взгляд. - Красивые руки постоянно меняют шины.
- Осторожнее, Хадин. - Ваня предупреждает. - Стинтон раздражен из-за этой женщины.
- Поверь мне. Я знаю. - Хадин закатывает глаза.
- Тебя теперь волнует ремонт автомобилей? - Я выгибаю бровь. Ваня даже не знает, как поменять лампочку. Однажды она позвала меня и Хадина к себе домой, чтобы помочь ей установить карнизы для штор. Женщина безнадежна.
Мне нравится видеть, как девушки побеждают. Особенно когда они аутсайдеры.
- Ну, она не моя женщина, так что можешь завязывать с этим. - Я хмурюсь. - И не говори ей ничего странного, когда мы туда приедем.
Хадин ухмыляется. - Он это серьезно. Я никогда не видел, чтобы он кого-то так защищал.
- Теперь я заинтригована еще больше. - Глаза Вани сверкают.
Я начинаю нервничать.
Возможно, это была плохая идея брать с собой этих двоих.
Даже если бы это означало, что моя племянница могла выиграть пиццу для своего класса.
Требуется всего несколько мгновений, чтобы заметить Дон в переполненном спортзале средней школы. Над ней словно пронесся луч света. Я бы сказал, что дело во всем, или в афро, или в этих очаровательных серьгах в форме гребня, но я знаю, что это неправда.
В ней есть что-то притягательное. Что-то, что притягивает меня, нравится мне это или нет.
Она оборачивается и замечает меня.
Я почти схожу с ума, когда на ее губах появляется намек на улыбку.
Это тепло.
Это потрясающе.
Затем она понимает, что должна меня ненавидеть, и выражение ее лица становится кислым.
Я забываю о Ване, которая в ужасе смотрит на всех детей, и о Хадине, который смотрит на Ваню так, как будто он сметет ее оттуда в тот момент, когда она попросит. Я начинаю ходить, а затем бегу трусцой навстречу Дон.
Задумчивая усмешка изгибает ее полные губы, она собирается с духом, чтобы заговорить со мной. Я вижу, как она напрягается, вижу, как в голове у нее все кипит, пока она пытается придать своему лицу строгое выражение.
Я останавливаюсь прямо перед ней.
Наконец-то мое сердце поет.
От нее пахнет весной и автомобильным маслом. Она тоже так выглядит. С одной стороны ее афро прикрывает цветочная заколка, но все это в жирных пятнах говорит миру именно о том, чем она зарабатывает на жизнь.
Сегодня на ней немного макияжа. Не знаю, когда я начал различать естественное лицо Дон и ее накрашенное, но я могу сказать это сразу. Ее губы блестят ярче, чем обычно. Они не двухцветные, а того же сочно-бордового цвета, чистый шелк на фоне ее темно-коричневой кожи. Яркие, как крылья бабочки в движении.
Ее глаза покрыты чем-то мерцающим, и это только подчеркивает блеск интеллекта.
Я смотрю на ее лицо, как человек, который полз по пустыне и наткнулся на оазис.
Да, эта женщина подарила мне любовь к двухцветным губам, которую я запомню на всю оставшуюся жизнь.
Когда она в свою очередь наблюдает за мной, ее лицо смягчается, и она выглядит почти взволнованной, когда отводит взгляд. - Ты опоздал.
- Самолет Вани задержался.
- Ваня? - Ее взгляд устремлен мимо меня. - Супермодель? Та Ваня? Первая чернокожая модель больших размеров на обложке Sports Illustrated?
- Эээ. Да. По-моему, Ваня снялась в Спортс Иллюстрейтед. Как ты узнала?
- Она была в зале славы Essence, когда я пришла в их студию на интервью. Мне так понравилась ее фотография, что я посмотрела ее. Я не могу поверить, что она здесь. Я такой фанат.
Мое сердце замирает, когда я вижу застенчивую, взволнованную улыбку Дон.
Сжальтесь.
Она держит всю мою душу в удушающей хватке.
- Мистер Стинтон!- Веселый голос поет в толпе.
Слабый стук моего пульса отдается в ушах, когда я смотрю, как дочь Тревора стремительно приближается к нам. Она выглядит как идеальное сочетание Дон и Тревора. Смуглая кожа. Карие глаза. Маленькая, стройная фигура. Клянусь, я влюбляюсь в нее с первого взгляда и понятия не имею, как и почему.
- У вас получилось, - говорит Бет, поднимая на меня голову.
Я замечаю, что ей приходится напрягаться, чтобы встретиться со мной взглядом и опуститься до ее уровня. - Я так и сделал. И, как обещал, я привел своих друзей.
Бейли, сын Даррела, кричит нам вслед. Это бледный мальчик с ярко-голубыми глазами и в огромных очках. - Да! Мы определенно выиграли! Давайте скажем мистеру Хэнксворту.
Дети убегают, и Дон немного расслабляется.
Она встречается со мной взглядом. Прикусывает нижнюю губу. Вздыхает. - Ты же не собираешься...
Я беру ее за руку и сжимаю, потому что не прикасаться к ней для меня немыслимо. - Не волнуйся. Я зарегистрировался под именем Даррел. Если кто-нибудь проверит, то я здесь из-за Бейли. Это не имеет никакого отношения к Бет.
Напряжение в ее плечах спадает, и она одаривает меня настоящей, солнечной улыбкой.
Я зациклился на ней, задерживая взгляд на густых черных изгибах ее ресниц и золотистых отблесках, ласкающих ее гладкие смуглые щеки.
Она слишком опасна.
Слишком сложна.
Слишком красива.
Слишком много.
Эта женщина рушит мою жизнь, и я раздаю ее по кусочкам, даже не осознавая, что делаю.