Ангус — миллиардер. Он мог бы купить целую спортивную команду лишь для собственного развлечения. Мог бы искоренить какую-нибудь болезнь. Тем не менее, прямо сейчас он напуган. И, возможно, немного завидует.
Салливан, несмотря на всю свою привлекательность, не выглядит счастливым. На самом деле, он кажется немного раздраженным.
Это потому, что Ангус только что по-собственнически положил руку мне на плечо. Я даже не знаю, осознает ли он это.
— Тео собиралась рассказать мне, как продвигается вечеринка, — говорит Ангус.
Это своего рода от ворот поворот. Тонкое: Позволь мне сейчас поговорить с моим сотрудником, чтобы поставить Салливана на место.
Салливан полностью игнорирует его.
Вместо этого он оценивающе оглядывается вокруг, на ослепительный солнечный свет, сверкающую от лучей воду, горы креветок на льду, и говорит: — На Марсе у тебя не будет ничего подобного.
Волосы на моем затылке встают дыбом. Мартиника издает сдавленный писк.
Если и существовало одно-единственное правило в общении с Ангусом, так это «никогда не сомневаться в миссии на Марс».
Это его единственная движущая амбиция. Цель, которая стоит выше всех остальных: колония на Марсе. Великая страховка человечества. Против женщин. Которые, по его мнению, собираются убить его.
Вот о чем я думаю, осторожно наступая на ногу Салливану.
— Конечно, будет, — говорит Ангус, убирая руку с моей.
Спокойно и уверенно Салливан говорит: — Но не так.
Его уверенность мгновенно приводит Ангуса в возбуждённое состояние.
— Все, что у тебя есть на Земле, ты сможешь получить там, наверху.
— Неа, — Салливан обнимает меня за талию и притягивает к себе. — Я так не думаю.
У меня слегка перехватывает дыхание.
Почему он затевает ссору с Ангусом? Об единственной вещи, которая его волнует больше всего?
Должно быть, это техника продаж, о которой я никогда не слышала, под названием «оскорбляй клиента как можно быстрее».
Но Ангус не выглядит обиженным. Не совсем. Он скорее взбодрился, в смысле, готовый ринуться в бой. Собирает все свои лучшие аргументы, чтобы объяснить Салливану, как со временем и с помощью терраформирования Марс может стать пригодным для жизни домом.
Это продолжается больше часа.
Остальные гости вечеринки игнорируются, пока Салливан и Ангус обсуждают реальное качество жизни на другой планете.
Мы с Мартиникой прижимаемся друг к другу на диване, все больше пьянея от «Грязной Ширли». Я игнорирую всех гостей и все то, что должна делать. Это не имеет значения — Ангус полностью отвлечен.
Я получаю невероятный загар, съедаю неимоверное количество креветок. И, наконец, два часа спустя, Салливан подводит итог спору.
Он никогда не позволял ему накаляться. Но также никогда полностью не сдавался.
В конце концов, он говорит Ангусу: — Ты почти убедил меня. Но есть одна вещь, которой никогда не будет на Марсе.
— И что же? — говорит Ангус, веселый и полупьяный от «Грязных Ширли».
Салливан смотрит прямо на меня и подмигивает.
— Там никогда не будет Тео.