"И когда же, - спросил тот же сруганский владыка, - мы получим все, что нам обещано?"
"Час уже поздний", - ответил владыка дварали, который заговорил первым, поднимаясь на ноги. "Могу ли я проводить тебя в твою комнату, принцесса Малини?"
"Я не уверена, что это будет разумно", - пробормотала Лата.
Но Малини только улыбнулась и сказала: "Конечно, мой господин. Сопровождайте меня".
"Вы - владыка Халил", - сказала она, когда они вышли в бархатную темноту, и Лата последовала за ними. "Владыка Лал-Килы, не так ли?"
"Да", - признал владыка.
"Ваша жена очень высокого мнения о вас, лорд Халил", - сказала Малини. "Она с восхищением описывала вашу защиту крепости от джагатаев".
"И, несомненно, с большими подробностями. У этой женщины нездоровый интерес к военной стратегии". Он бросил на нее косой взгляд. "Я знаю, что вы писали Разии, принцесса Малини. Она поделилась со мной многими из ваших писем. Я был заинтригован".
"Я подумала, что, возможно, так и было", - сказала она. "Вы же здесь, в конце концов".
Лорд Халил издал раскатистый смешок, который не был полностью наполнен хорошим настроением.
"Выбор, о котором я начинаю сильно сожалеть. Я скучаю по своему дому. По моим лошадям. А это место..." Он с отвращением огляделся вокруг. "Я бы не позволил своим лучшим всадникам войти в это место", - сказал он. "Мы зажаты со всех сторон. Что толку от лошадей на такой местности?" Он махнул рукой, с явным отвращением глядя на обилие блестящих цветов, свисающих с рокария. "Я жду здесь по воле императора. Но я боюсь, что его удовольствие заключается в том, чтобы оставаться здесь и медитировать".
"Он был добр, что ждал меня", - сказала Малини. "Добрый и благородный, как древний высокородный".
Лорд насмешливо фыркнул. "У меня мало терпения на его благородство".
"Я ценю вашу откровенность", - сказала Малини.
"Мои извинения. У нас в Дварали нет времени на цветистые слова".
Малини, которая читала элегантные послания его жены и когда-то наслаждалась поэзией Дварали, воздержалась от комментариев по поводу этого утверждения.
"Сколько советников из Дварали были отправлены на родину с позором?" мягко спросила Малини. "А сколько казнено? Буду откровенна в ответ, лорд Халил: форма высокородной чести Чандры не будет благосклонна к вам. Не так, как Адитья".
"Или по твоей воле", - сказал лорд. "Но ты права. Сожжение женщин - это не вызвало одобрения, скажу я тебе, принцесса. Но возвышать своих жрецов огня над королями и лордами, давшими Париятдвипе ее величие..." Он прищелкнул языком по крыше рта. "Это было непродуманно".
"Я предупреждала тебя, что он сделает то же самое", - напомнила ему Малини.
"Это так", - признал Халил. "Ты очень старалась посеять в своих посланиях недоброжелательность к лжеимператору", - сказал Халил. "Об этом мне рассказала моя жена".
"Твоя жена - умная женщина".
"Это точно".
Некоторое время они шли молча. Над ними порхали птицы. Небо было усеяно звездами, лаковый сад странно поблескивал.
"Жестокий император - это плохо", - сказал Халил. Его тон был легким, почти разговорным. "Но если он защищает интересы близких ему людей, ему можно многое простить".
"Чандра не защищает интересы даже своей собственной семьи", - сказала Малини. И ах, это было больше откровенности, чем ей следовало.
"И в этом вся суть, не так ли?"
Малини пошла дальше. Спокойно, уверенно. "Адитья всегда будет защищать интересы тех, кто ему предан", - сказала она. "Я могу обещать вам это, мой господин".
"Адитья действительно будет", - пробормотал Халил, глядя на нее проницательными глазами. Казалось, его глаза говорили, что не Адитья будет защищать его интересы.
Но это было в порядке вещей. В конце концов, интересы Малини совпадали с интересами Адитьи.
"Я оставляю вас здесь, принцесса", - сказал Халил, склонив голову.
"Моя благодарность", - пробормотала Малини.
Они с Латой подождали, пока он уйдет.
"Они добрее к своим женщинам в Дварали", - сказала Малини Лате, когда он ушел. "Я рискнула".
Затем, про себя, она пробормотала: "Кто-то должен".