Вскоре мы были поражены чрезвычайно высоким уровнем интеллекта наших хозяев, а также спокойным характером их семейных отношений. Очевидно, они получали предупреждение о переменах настроения с помощью феромонных сигналов, и им было легче подстроиться под эмоции друг друга, прежде чем дойти до крайности или испытать разочарование.
Большая часть их развлечений происходила дома. Очевидно, что любой разумный вид должен развлекаться, поскольку любому органу, данному эволюцией, нужны упражнения, чтобы оставаться в хорошей форме, а мозг нуждается в этом гораздо больше, чем любой другой орган. Как известно и нам самим, если мы недостаточно тренируем мозг, он наказывает нас сильнейшим дискомфортом, который мы называем скукой.
Мы заметили, что в центральной части жилища каждой семейной группы ольфаксов находится аппарат, который показался нам чем-то вроде молитвенного барабана или веретена, и который был характерной особенностью их дома. Эти аппараты заряжены запахами, связанными с действиями и сценами из мира природы, и при своём вращении они, похоже, имели для ольфаксов тот же смысл, что и немой домашний фильм для нас. Ещё мы изредка видели более сложную версию этого колеса с записанной звуковой составляющей, благодаря чему они рассказывали им истории при помощи запаха и звука, точно так же, как наши фильмы делают это при помощи изображения и звука.
Ещё у них был аппарат, который, по нашему мнению, был аналогом телевидения. Насколько мы могли понять, в прежние времена запахи, приносящие с собой публичные объявления и новости, а также приятные развлечения, передавались в каждое жилище по трубам, но по мере прогрессивного усовершенствования технологий их словесный язык, а также запаховые образы преобразовывались в электрические и коротковолновые импульсы и передавались ровно так же, как передаются изображения и звуки по нашим телевизионным системам, а затем расшифровывались и преобразовывались обратно в запаховые и звуковые сообщения приёмниками в их частных домах. Фактически, это была система телеобоняния.
Прошло немало времени, прежде чем мы смогли принять как должное тот факт, что для ольфаксов запах играет такую же всеобъемлющую роль, как и зрение для нас, и это роль того же самого плана. Для них запах не был дополнением к объекту; он доносил до них, если можно так выразиться, образ этого объекта. Это было их впечатление об этом объекте. Это происходило не из-за того, что их зрение было развито не сильнее, чем наше обоняние, но потому, что для них внешний вид любой вещи был дополнением к полному осмыслению её через её запах.
В одном случае их язык, основанный на абстракциях их системы восприятия запахов, оказывался для них менее важным, чем наш язык — для нас. Поскольку видеть в темноте и в местах с ограниченной видимостью нельзя, самые срочные публичные объявления и сигналы тревоги транслируются нам при помощи громкоговорителей и других звуковых сигналов вроде сирен, свистков, горнов, рогов, церковных колоколов, а в некоторых частях нашего мира — ещё и барабанов.
Для ольфаксов во всём этом не было необходимости, поскольку их запаховые сигналы могли передаваться напрямую, без помощи языка, поэтому таким образом передавались все их экстренные сообщения и предупреждения. Фактически, они работали успешнее, чем наши сигналы маяка или красные огни, потому что мы должны смотреть в сторону сигнальной лампы, чтобы увидеть её, но запах, как и звук, распространяется беспрепятственно и сразу же даёт о себе знать.
Довольно скоро, ещё до знакомства с их звуковым языком, мы поняли, что расширенные семейные группы, которыми они жили, были организованы иначе, чем наши, человеческие. Эта единица их социальной организации была скорее компактной группировкой кланового типа. Во внешнем облике их самцов и самок, как в форме их тел, так и в одежде, которую они носили, не было большой разницы. Внутри клановых групп ольфаксов царила строгая иерархия, а роли в них определялись скорее рангом, чем полом. В их обществе высокоранговые самец и самка брали на себя ответственность за благополучие своей семейной группы, опираясь на помощь следующих по рангу членов семьи обоих полов, а особи низкого ранга подчинялись им. Самка ольфакса высокого ранга отказывалась от руководящей роли в вопросах экономики и защиты, которую она играла в тандеме со своим брачным партнёром, лишь на тот минимальный период времени, когда у неё должно было появиться потомство, и после этого короткого перерыва она возвращалась к своим обязанностям, оставив своё потомство на попечение остальных членов своей семейной группы.
Применив слова «минимальный период» мы чуть было не сказали «около месяца», но это напомнило нам, что у планеты ольфаксов не одна, а две луны, поэтому лунное влияние на физиологию всех живущих там существ двойственно, и временами его волны накладываются друг на друга чрезвычайно сложным образом; для полного понимания его необходимо очень тщательно изучить, особенно в отношении того, какое влияние оно оказывает на их обмен веществ.
Побочным эффектом «клановой» или расширенно-семейной системы ольфаксов было то, что она устраняла необходимость в наличии многочисленного рабочего класса, поскольку каждая из групп была в значительной степени самодостаточной. Роли внутри группы были чётко определены, но менялись в зависимости от возраста отдельных её членов и тех способностей, которые они проявляли по мере взросления. В обязанности руководителей групп входило распределение задач и обеспечение заботы о группе и её жизнеспособности. Но если кто-то из членов группы желал сменить род занятий, это обычно достигалось путём прохождения стажировки у других специалистов, обладающих квалификацией в желаемой области, при условии, что найдётся желающий заменить его на работе, от которой тот отказывается. Однако были также и некоторые группы кланов, которые традиционно занимались добычей полезных ископаемых и работали в сфере технологий; именно они отвечали за системы транспортировки, транспортные средства, «печатные» технологии, а также за строительство и домоводство (в том числе за использование электричества и природного газа), которые мы уже наблюдали.
Иерархия была планом организации не только семьи, но и, как мы вскоре узнали, всего их общества. Нам показалось интересным сравнивать правила, лежащие в основе их иерархии, с теми, которые существуют в нашем мире. На Земле в основе лидерских качеств лежат, разумеется, сила, боеспособность, сексуальность (как мужская, так и женская) и конкурентное преимущество в определённых областях. У человечества наличие иерархии обычно подразумевает непрекращающуюся конкуренцию с самого раннего детства и на протяжении всей жизни — а у других животных на Земле даже раньше, с самого момента рождения.
В нашем обществе было немного таких народов (и то лишь на протяжении кратких периодов их истории), у которых интеллектуальные качества давали их носителям привилегии, связанные с их общественным положением. Одним из примеров такого рода была Древняя Греция времён Перикла. Там люди, чьи умственные способности и интерес к природе Вселенной побудили их посвятить своё время и мысли изучению натурфилософии, становились уважаемыми лидерами своего общества. Ареной их состязаний были не сражения и не формализованные турниры, а симпозиумы — дебаты, во время которых они излагали свои идеи. Эта форма социального соперничества была возможной потому, что их материальные потребности удовлетворял класс рабов.
Можно отыскать аналогии этого среди некоторых птиц нашей планеты, которые добиваются господства путём ритуальной демонстрации оперения или постройки декоративных беседок, не имеющих практического применения. У этих птиц уже есть в наличии всё, что нужно для жизни, и для того, чтобы обзавестись брачными партнёрами и произвести на свет потомство, им нет необходимости доказывать свою успешность в умении обеспечивать средствами к существованию.
В человеческих обществах, где религиозные верования способствовали возвышению вождей-священнослужителей, мы также видели, как интеллектуальные качества вытесняли силовые качества, когда дело доходило до распределения престижа и руководящих должностей.
Ситуация у ольфаксов была аналогичной. Благодаря особенностям климата и материального окружения вопрос о пропитании сводился всего лишь к организации сбора урожая, поэтому персоны, наделённые административными и интеллектуальными способностями, получали признание в качестве природных лидеров. Они не были воинственной расой, и любого рода агрессивность в их характере направлялась на развитие ума.
Так было не всегда. Передовые технологии, где бы они ни возникали, связаны с агрессивным, экспансивным и враждебно настроенным населением, и в ранней истории ольфаксов было такое время, когда они были ориентированы на развитие технологий значительно сильнее, чем во время нашего визита. Многие из их технических приспособлений остались в наследство с тех времён, и дошли до настоящего времени, не претерпевая особых инноваций, словно традиционные ремёсла. Вот уже несколько тысяч лет они живут в стабильном государстве.
Такое весьма приятное положение дел сложилось не случайно. В более ранние периоды их истории выживание зависело от бесконечной борьбы, вызванной перепроизводством потомства, точно так же, как действует естественный отбор в нашем мире. Везде, где численность населения превышает способность места обитания обеспечивать их существование, доминирование в обществе должно поддерживаться доказанной способностью обеспечивать поступление жизненных ресурсов, а менее успешные его члены отходят на второй план.