Киара вздыхает. Я могу сказать, что она начинает понимать мою точку зрения.
— Кроме того, перед тем, как я ушла из дома, меня пытались устроить замуж. Наши родители пытаются контролировать каждый аспект нашей жизни на микроуровне. Мы чертовы католики. Конечно, я не была в церкви несколько месяцев, но хорошие католички не беременеют вне брака. Такого просто не бывает.
Это все, о чем я мог думать со вчерашнего дня. Я продумала каждый сценарий, и в каждом из них мы облажались. Других вариантов нет.
— Итак, какой у тебя план? – устало спрашивает Киара. —Что ты хочешь делать?
— У меня будет ребенок, — объявляю я. В этом никогда не было никаких сомнений. —Но никто не может знать. Я не могу сказать ни своему отцу, ни Тони, и особенно Роману.
— Как это будет работать, сладкая? Это будет проявляться через пару месяцев. Любой из них может приехать к тебе. Как ты планируешь прятать ребенка до тех пор?
— Я тоже это уже обдумала и подумала, не хочешь ли ты вернуться в Англию на пару месяцев. Со мной, — нервно говорю я. — Тебе не обязательно, но мне нужна моя лучшая подруга. Я придумаю историю, почему мне придется переехать. Может быть, я скажу им, что моя компания временно перевела меня туда или что-то в этом роде. Но на самом деле я собираюсь бросить работу и остаться там на какое-то время. Может быть, целый год.
— Ух ты, — выдыхает Киара. — Ты действительно все обдумал, да?
— Ага. Ты меня знаешь. У меня всегда есть план. Итак, ты поедешь со мной?
Киара не думает об этом долго.
— Конечно, я поеду с тобой. Ты моя лучшая подруга.
Я вздохнула с облегчением.
— А как насчет работы? Ты только что вернулась, и я ненавижу, что тебе снова приходится уезжать так скоро. Твои родители.
— Моя работа в основном удаленная. Для этого мне не обязательно быть в Нью-Йорке. Что касается моих родителей, им просто придется с этим смириться. Честно говоря, мне немного надоел этот город. И мой отец сейчас очень зол на Де Лукасов. Он говорит, что они его облажали, отдали место конгрессмена кому-то другому. И еще есть Майкл. Он мало со мной разговаривал.
— Почему? В чем дело?
Она пожимает плечами.
— Я не знаю. Он просто держит дистанцию с тех пор, как началась эта бандитская война. Меня это бесит, но я не собираюсь противостоять ему или что-то в этом роде. Меня здесь ничто не удерживает, — уверяет она меня.
Однажды я пойму сложные отношения между ней и Майклом Де Лукой. Но этот день не сегодня.
Я подхожу ближе и обнимаю ее.
— Ты лучшая. Большое спасибо. Я боялась, что мне придется делать все это самостоятельно.
— Никогда, — обещает Киара. Когда я отстраняюсь, она смотрит на меня с серьезным выражением. — Однако я должна спросить. Ты уверена, что готова к этому, сладкая? Иметь ребенка… это много.
— Не знаю, готова ли я, — признаюсь я. — Но у меня есть около девяти месяцев на подготовку. Я должна быть готова к тому времени, когда придет мой малыш.
Мои глаза наполняются слезами, но я смахиваю их. За двадцать четыре часа я плакала больше, чем за последние годы. И это раздражает, потому что я сделана из гораздо более прочного материала.
— Елена, твое сердце на правильном месте, и я понимаю твои мотивы, но мне просто нужно убедиться, что ты ясно мыслишь. Ты собираешься прятать ребенка этого человека целый год. Роман может не простить тебе этого.
Я сжимаю челюсти.
— Все равно он меня уже ненавидит.
— Не говори так. Он этого не делает. Я знаю, что он этого не делает. Он не может. Потому что вы двое станете родителями, и даже если он об этом не знает, с этого момента вы навсегда станете неотъемлемой частью его жизни.
Мое сердце болит, когда я слышу это заявление, но сейчас я не могу об этом думать. Я не могу думать ни о чем, кроме того, что сейчас находится на моем пути. Мои отношения с Романом и наши проблемы с воспитанием детей придется подождать.
— Мы разберемся, — говорю я.
— Хорошо, — выдыхает Киара. — Думаю, мы переезжаем в Лондон. Мне нужно задать только один важный вопрос.
— Какой?
Она усмехается.
— Как прошел секс?
— Ты серьезно спрашиваешь меня об этом? — спрашиваю я, хотя и пытаюсь сдержать улыбку.
Впервые с тех пор, как я узнала, что беременна, мне стало легче дышать. У меня есть лучший друг. У меня есть план. Я буду в порядке.