Приняв столь необходимый душ, иду по коридору, попутно осматривая комнаты. На этом этаже находится несколько незанятых комнат, потому что мне нравится иногда побыть одному в течение нескольких часов, так что Сиенна может быть в любой из них.
Первые несколько комнат пусты. Я молча прохожу мимо комнат Кевы и Филипа, а также мимо комнат своих людей и иду дальше по коридору. Моя жена находится в последней спальне на этом этаже, она спит под тонким одеялом на крошечной кровати, на которой никогда не поместится моя крупная фигура. Ее чемоданы сложены в углу, все восемь.
Прислонившись плечом к дверному косяку, я наблюдаю за ней спящей. Я не сомневался, что она откажется помогать на кухне. Но получил от Кевы фотографию моей жены, стоящей на маленькой табуретке перед раковиной и оттирающей огромную пригоревшую сковороду. На ней были те же золотистые брюки и синий свитер, что и в ресторане, только вместо высоких каблуков на ногах какие-то пушистые чудовища. Затем еще несколько фотографий. Сиенна ставит бокалы в шкаф. Наклонившись над плитой, жена заглядывает в кастрюлю, из которой валит пар. Несет грязную посуду, явно над чем-то смеясь. У меня возникло серьезное искушение отказаться от убийства Уэсли и отправиться домой только для того, чтобы понаблюдать за Сиенной, пока она, судя по всему, наслаждается домашней работой.
Итальянцы в коза ностра – очень особенные люди. К тем, кто занимает верхние ступени иерархии, относятся почти как к членам королевской семьи, и многие из них ведут себя так, как будто они ими и являются. Особенно женщины. Несколько лет назад я встречался с сестрой одного капо, и уже через двадцать минут нашего свидания у меня возникло искушение покончить с собой. Я даже не помню имени той женщины, только чувство, что передо мной сидит пустая оболочка человека. Манекен в витрине магазина, чья единственная цель в жизни – демонстрировать дорогую одежду. Снимите ее, и останется лишь пластиковый манекен.
Моя жена может носить не менее дорогие наряды, но у меня предчувствие, что под ее маской скрывается гораздо, гораздо больше. И я намерен выяснить, что именно.
Подойдя к чемоданам, беру первые два и несу их в свою комнату. Затем, еще три раза проделав процедуру, подхожу к кровати, на которой спит Сиенна, и просовываю руки под ее легкое тело. Пускай у меня пока нет желания заниматься с ней сексом, но есть только одно место, где ей разрешено спать. В моей постели.
Сиенна вздрагивает, что-то бормочет и зарывается лицом в мою грудь. Я несу ее обратно в спальню, осторожно опускаю на кровать и устраиваюсь позади нее. Жена продолжает спать, даже когда я обхватываю ее за талию и притягиваю к себе.