Драго проводит губами по моему запястью, чуть выше точки пульса, и, клянусь, мое сердце сбивается с ритма. Как будто по мне пробегает низковольтный электрический ток. Везде, где касаются его губы, будоражащая энергия распространяется по телу, поражая все нервные окончания на своем пути. Драго еще раз целует мое запястье и прижимает мою ладонь к своей щеке. Я делаю глубокий вдох и прислоняюсь спиной к его груди.
– Думаю, они поняли. – Драго опускает мою руку и подводит меня ближе к забору, за которым по-прежнему сидят собаки.
– Что именно? – спрашиваю я и поднимаю глаза, заметив, что он наблюдает за мной.
– То, что ты моя.
Не разрывая зрительного контакта, муж поднимает мою руку к решетке между железными столбами. Все три ротвейлера один за другим подходят и обнюхивают мою руку. Влажным теплым языком они лижут мои костяшки пальцев. Бонбон обожал лизать мои руки и лицо.
Я на секунду закрываю глаза, затем выдергиваю руку из руки Драго. – Ну что ж, я познакомилась с твоими собаками, так что теперь пойду по своим делам. Удачи в работе.
Поворачиваюсь к дому, но Драго обхватывает меня за талию и притягивает к себе.
– Прости, если они тебя напугали, – говорит он рядом с ухом. – Я скажу своим людям, чтобы они выпускали их побегать только ночью.
– Спасибо.
Видимо, он все еще думает, что я боюсь собак. Неважно. Я не собираюсь объясняться.
Драго
Она не боится собак.
Я замираю, держа руку на дверной ручке. Я не совсем понимаю, почему эта мысль вдруг пришла мне в голову именно сейчас, спустя несколько часов, но знаю, что прав. Какой бы ни была причина нежелания Сиенны, это не страх.
– Где моя жена? – спрашиваю Йована, который дежурит у входной двери.
– В комнате отдыха.
Я захожу и поворачиваю направо, к большой комнате отдыха, которая занимает большую часть первого этажа в доме. В комнате установлено несколько телевизоров с большим экраном и игровых приставок, а также бильярдный стол и автоматы для пинбола, которые Мирко купил в прошлом месяце. В одном из углов расположен мини – бар с разнообразными напитками. Когда под одной крышей живут около пятидесяти человек, необходимо предусмотреть развлечения, если вы не хотите, чтобы ваша жизнь превратилась в ад. Особенно по вечерам.
Войдя в зал, я ожидал увидеть свою жену за просмотром фильма или сплетничающей с парочкой женщин. Вместо этого она сидит с тремя моими мужчинами за покерным столом, рядом с баром, и полдюжины людей наблюдают за разворачивающейся игрой. Основное верхнее освещение выключено, и горит только подвесной светильник над столом, создавая в комнате атмосферу нуара. Я заглядываю в бар, наливаю себе напиток и, прислонившись к стене, наблюдаю за происходящим.
Жена сидит на стуле, скрестив ноги, и держит карты в левой руке, грызя правый большой палец. Справа от нее сидит Мирко с самодовольным выражением лица. По другую сторону Адам, и хотя по его бесстрастному лицу этого не видно, он уверен, что выиграет. Мы дружим еще со школы, и я знаю все его уловки. Напротив Сиенны – Релья. Я нашел его замерзающим на улице, когда тот был еще ребенком, и привел сюда. Как обычно, он очень загадочен. Я не уверен, что когда-либо встречал человека, которого было бы так трудно прочитать, как Релью.
В центре стола лежит мизерная кучка денег, вероятно, не более пары сотен баксов в мелких купюрах. Вряд ли это игра с высокими ставками; очевидно, они играют ради удовольствия. Мое внимание переключается на жену, когда она снимает свои большие золотые серьги – обручи и бросает их поверх кучи денег. Сиенна продолжает грызть большой палец, ее глаза быстро перебегают с одного мужчины на другого. Любой мог бы подумать, что у нее на руках плохие карты. Я кривлю губы в улыбке.
Все трое мужчин за столом считают, что моя жена проигрывает.
И все трое ошибаются.
Я оставляю пустой стакан на стойке и иду к группе, затем останавливаюсь позади Сиенны. Ухватившись за край ее стула, я поворачиваю его на сто восемьдесят градусов и ударяю спинкой о край стола. Должно быть, она слегка вскрикнула, когда я ее развернул, потому что смотрит на меня с немного удивленным выражением в глазах.
– Драго? – задыхается она. – Что...
Я опускаю руки на талию Сиенны. Поднимаю ее со стула и занимаю ее место, а саму усаживаю себе на колени. Моргая в замешательстве, моя жена прижимает карты к груди, чтобы спрятать их от взглядов соперников. Я слышу, как парни за моей спиной тихонько переговариваются, принимая наше новое положение, и краем глаза замечаю несколько любопытных взглядов.
– Не стесняйтесь и продолжайте, – говорю и перевожу взгляд на лицо Сиенны всего в нескольких дюймах от моего.
– Вот так?
– Да.
Она озорно улыбается, смотрит на свои карты, затем наклоняется ко мне и тянется к карте на столе. Притягиваю ее ближе, пока она не прижимается ко мне грудью, а пахом в мой быстро твердеющий член. Болтовня в комнате стихает. Внешне Сиенна остается невозмутимой, но не может скрыть от меня учащенное вздымание своей груди.
– Отвлекаешься? – Я слегка отклоняюсь назад, чтобы видеть ее ответ.
– Вовсе нет.
– Хм... – Взяв карты из ее рук, я бросаю быстрый взгляд на то, что у нее есть.
Флеш – рояль, как я и думал.
– Она выиграла. Можете уходить, – говорю и бросаю карты через плечо на стол.
За моей спиной раздается стук стульев по полу и торопливые шаги. Толпа вокруг нас тоже постепенно рассеивается.
– Ты испортил мне игру, – шепчет Сиенна, глядя мне в глаза.
– Испортил. – Поднимаю руку и глажу по скуле. – Сиенна, что у тебя с собаками?
Она замирает, но уже в следующее мгновение расслабляется и улыбается. – Что ты имеешь в виду?
Я наклоняю голову в сторону и просто наблюдаю за ее лицом. Ее улыбка кажется искренней. Но она не достигает ее глаз. И Сиенна точно знает, про что я говорю.
– Ну, мне пора идти. Нужно помыть голову, – выпаливает она и слезает с моих колен. – Увидимся позже.
Я провожаю жену взглядом, пока та торопливо забирает со стола серьги и деньги, а затем быстро выходит из комнаты. Скрестив руки на груди, смотрю на дверь, за которой она скрылась.
Я узнаю ее секреты. На это может уйти время, так как подозреваю, что давление на нее не принесет никаких результатов. Неважно. Я очень терпеливый человек.