Я пригвоздила его к месту пристальным взглядом.
— Эй, если ты хочешь моей признательности, держать меня на диетической коле — хороший способ добиться этого.
Он поднял обе руки.
— Сообщение получено.
— И что? — спросил Холден.
Я поиграла с этикеткой на содовой.
— Она мало что рассказывала мне об отце, но, казалось, она что-то почувствовала во мне.
Люк оживился при этих словах.
— Что именно?
Кин опустился на скамью напротив Лукаса.
— Она сказала что-то о том, что это невозможно. Что их больше не существует.
Рука Энсона замерла на полпути к пакету чипсов.
— Что, черт возьми, это значит?
Кин протянул мне миску с зеленым горошком и морковью.
— Не знаю. Ребята, вы слышали о даре, которого больше не существует?
Лукас покачал головой.
— Нет. Но как только я узнал, что я — эмпат, я не стал обращать особого внимания на разговоры о дарах.
Холден открыл крышку содовой и сделал глоток.
— На самом деле многих даров больше не существует. Мы не знаем, является ли это просто генетическим компонентом, который мы потеряли с течением времени, или чем-то, что отняла судьба.
— Например, что? — подтолкнул Люк.
— Раньше были перевертыши, которые могли принимать любую форму, какую пожелают.
У меня отвисла челюсть.
— Серьезно? Это было бы так круто.
Холден ухмыльнулся.
— Были те, кто мог определять местоположение воды. Мы думаем, что этот дар исчез, потому что в нем больше не было необходимости. У папы много книг и журналов на эту тему. Я посмотрю, сможем ли мы позаимствовать кое-что и начать просматривать их.
— Мы должны начать сегодня вечером, — сказал Кин.
Лукас оглянулся на сторожку.
— Тот, кто не помогает Ро с ее тренировками, должен начать прямо сейчас.
Остальные ребята согласились.
Хумус и морковь, которые я только что съела, превратились в свинец в желудке. Я не могла не задуматься, что они найдут на страницах этих книг? И смогу ли я жить с правдой?
— 36-
Я осознавала все — дуновение ветерка, несущего аромат сосен, траву, колющую мои ноги сквозь тренировочные колготки, даже звук приглушенных голосов в сторожке. Я приоткрыла один глаз.
Пристальный взгляд Холдена сузился на мне.
— Предполагается, что ты медитируешь.
Я вздохнула, откидываясь на руки.
— Не думаю, что все это «путешествие в другой мир в моем воображении» находится в рубке «мой дар».
Энсон фыркнул от смеха.
— Я тоже.
Холден шагнул в мою сторону и присел передо мной на корточки.
— Успокоить свой разум и соединиться с внутренней силой — это один из величайших инструментов для развития дара.
— Для тебя, может быть. Это просто заставляет меня нервничать. — Я осмотрела открытую площадку за домиком и окружающие леса. — Кстати, где все? — Субботним днем вокруг обычно бродило множество товарищей по стае.
Энсон бросил на Холдена быстрый взгляд.
Я села.
— Чего ты мне не договариваешь?
Холден издал звук разочарования.
— Ничего плохого, обещаю. — Он протянул мне руку. — Давай попробуем другой метод.
Я проигнорировала протянутую руку и поднялась на ноги.
— Мне не нравится быть не в курсе событий.
— Я же говорил тебе, что это плохая идея, — пробормотал Энсон.
Холден встал передо мной, обхватив ладонями мое лицо.
— Пожалуйста. Ты можешь просто довериться мне? Узнаешь через несколько дней.
Я перевела взгляд с него на Энсона и обратно.
— Отлично, но я от этого не в восторге.
Холден усмехнулся, целуя меня в лоб, а затем отпуская.
— Я прекрасно осведомлен.
— Ладно, каков план Б?
Холден указал на Энсона.
— Он — план Б.
Энсон демонстративно хрустнул костяшками пальцев.
— Если твоя сила хоть в чем-то похожа на мою, ты каким-то образом вставила в нее невидимую пробку, чтобы держать в узде.
Я поиграла с завязками на браслетах. Моя сила ощущалась совсем по-другому. Это было похоже на совершенно разные сущности в разное время. Исцеление требовало, чтобы я вливала в кого-то золотистую жидкость, но когда Крис прикоснулся ко мне, моя сила вырвалась наружу, казалось бы, по собственной воле.
— Что? — спросил Холден.
— Она похоже на две разные вещи. На одну я должна давить, другая работает полностью сама по себе.
Холден и Энсон обменялись взглядами.
Холден прочистил горло.
— Я должен развить свою способность замораживать. — Он повернулся к Энсону, и между его бровями появилась небольшая морщинка. Внезапно Энсон перестал двигаться, если не считать глаз. Морщинка исчезла, и Энсон чертыхнулся.
— Это действительно было необходимо? — Он преувеличенно вздрогнул. — Ты же знаешь, я ненавижу это чувство.
Холден ухмыльнулся.
— Это расплата за то, что ты назвал меня золотым мальчиком.
— Эй, я не называл тебя так уже несколько недель.
— Я просто выжидал удобного случая.
Я щелкнула пальцами.
— Мы можем сосредоточиться? Или мне нужно отправить кого-то из вас в комнату?
Холден выглядел немного смущенным.
— Прости. Я просто хотел, чтобы ты увидела, что это заставляет меня напрягаться. Это не происходит само по себе.
— Моя сила действует не так. Если я не буду осторожна, то могу шлепнуть по руке, давая пять, а вместо этого отправлю человека пробивать стену.
Я вздрогнула. Это было именно то, чего я боялась.
Холден постучал пальцами по бедру.
— Нам нужно найти спусковой крючок для твоих жестких даров.
— Это гнев или страх. Может быть, смесь того и другого.
Энсон покачал головой.
— Мы не пугаем ее и не выводим из себя во имя науки.
Холден шагнул ко мне.
— У меня есть кое-какие мыслишки.
Его рука скользнула под мои волосы к затылку, его губы встретились с моими в обжигающем поцелуе. Я потерялась в этом ощущении. Мир вокруг меня погрузился в тишину, пока Холден брал и брал. Я не знала, сколько прошло времени, когда он внезапно отстранился, слегка прикусив мою нижнюю губу.
Я несколько раз моргнула, приходя в себя.
— Мне неприятно тебя огорчать, но это меня не напугало и не разозлило. Я просто хочу сделать это снова.
Холден рассмеялся, но в его глазах таилось мрачное обещание. У меня было такое чувство, что когда Холден терял контроль, это было достойное зрелище.
— Я хотел посмотреть, смогу ли я придать тебе больше энергии.
— Все, что ты сделал, это вызвал у меня стояк, — проворчал Энсон.
Я прикусила губу, чтобы удержаться от смеха, и закрыла глаза. Этот золотой бассейн почему-то казался ярче, а силы определенно было больше.
— Думаю, сработало.
Холден посмотрел на Энсона.
— Поцелуй ее.
— Я фанат этого домашнего задания. — Энсон двигался так быстро, что я едва успела заметить движение, прежде чем он начал целовать меня так, что у меня перехватило дыхание.
Одна рука скользнула вдоль моей шеи, в то время как другая обхватила мою задницу, притягивая меня вплотную к его твердости. Я застонала ему в рот, углубляя поцелуй. Когда Энсон наконец отстранился, у меня немного закружилась голова.
— Как сейчас с электричеством? — спросил Холден.
Я быстро проверила, пытаясь взять свое дыхание под контроль.
— Оно определенно полностью заряжено.
— Идеально. — Холден покатил передо мной манекен для кикбоксинга. — Шваркни Боба.
Я выгнула бровь.
— Боба?
Холден пожал плечами.
— Ему нужно было имя.
Я шагнула вперед и ткнула Боба рукой в грудь. Ничего. Все, что произошло, — манекен слегка покачнулся.
Я прикусила губу и попробовала еще раз. На этот раз ударила сильнее. Манекен затрясся сильнее, но я не выпустила никакой энергии.
— Тебе нужно снова найти этого безумца, — сказал Энсон.
Я кивнула, закрывая глаза. Я представила, как мы с Касс разговариваем в школьном коридоре. Сэйди и ее грубые комментарии. Крис. Ощущение его руки на мне. Слова, которые он произнес. Я ударила, не открывая глаз.
Удар силы вырвался из руки, и я распахнула глаза. Манекен находился на расстоянии добрых тридцати футов, вмурованный в толстый сосновый ствол.
— Срань господня, — сказал Энсон. — Этот манекен спроектирован так, чтобы выдерживать силу перевертыша.
— Очевидно, не всех перевертышей, — заметил Холден. — Не теряй контроль над силой.
Я чувствовала, как щупальца силы обвиваются вокруг моей руки.
— Отправь ее сюда. — Холден бросил на землю нагрудный щиток для кикбоксинга.
На этот раз я не прикоснулась к нему, просто представила, как направляю на него свою энергию. Золотые лучи света вырвались из моей ладони прямо в щиток. Когда дым рассеялся, обнаружилась дыра. Я прожгла пещеру шириной в шесть дюймов в пенопласте, армированном металлом. Что это значило, что я могла сделать с человеческим существом?
— 37-
Лукас наклонился ко мне, передавая миску с хлебными палочками Кину.
— Ты в порядке?
Я кивнула, отрывая кусочек пепперони от пиццы и отправляя его в рот.
— Просто долгий день. — Один из самых долгих на моей памяти, и это о чем-то говорило, учитывая все, через что я прошла за последние несколько месяцев.
Вон сжал губы, отчего стал заметен шрам у него на лице.
— Что случилось?
Кин толкнул миску с хлебными палочками в грудь брату.
— Ты бы знал ответ на этот вопрос, если бы удосужился появляться время от времени.
Весь наш столик погрузился в молчание. Кое-кто из парней высказывал Вону по поводу его дерьма, но Кин никогда. Он видел, через какой ад прошел брат, и никогда не хотел давить. Я догадалась, что ситуация меняется.
Вон несколько раз моргнул.
— Мне нужно было пробежаться.
— Ты работаешь двадцать три часа в сутки? Потому что мы видим тебя только за ужином. Я понимаю, что тебе нужно перегореть, и что тебе чертовски трудно смириться со своей новой реальностью. Но новость в том, Вон, что ты не единственный человек в этой связи. Тебе никогда не приходило в голову, что ты можешь нам понадобиться?
Прежде чем Вон успел ответить, Кин оттолкнулся от стола.
— Теперь мне нужно пробежаться.
Он направился к задним дверям. Другие члены стаи смотрели ему вслед, а затем обратили свое внимание на наш столик. Коби и Жасмин уставились на меня. Я встретила их пристальный взгляд, не отводя глаз. Я отказывалась уступать. Как бы сильно они ни хотели, чтобы все проблемы в последнее время были моей виной, это было не так.