Голос Харриса заполняет комнату, когда он уговаривает Сола заткнуться.
Я внимательно слежу за его лицом, но от того, что я там вижу, у меня по позвоночнику бегут мурашки. Харрис совсем не выглядит испуганным.
Более того, он смеется.
— И это все? Думаете, это что-то изменит, мисс Купер?
Он поднимается и смотрит на меня снизу вверх.
— Вы точно знаете, что вы сделали?
— Что именно? Побудили уязвимого ученика остаться в школе и получить хорошее образование? — Он сдвигает очки на нос. Свет из окна попадает на линзы и заставляет их блестеть. — Вот почему мы не должны открывать свои двери для таких, как вы.
Моя спина напрягается.
Я стискиваю зубы.
— Не думайте, что я не замечал всех тех неприятностей, которые вы причинили с момента вашего появления в Redwood Prep Маллиз и Джеймисон боролись за тебя. Джарод Кросс прикрывал тебя. Если столько людей подставляют свои шеи под удар, вы должны знать достаточно, чтобы быть благодарной за предоставленные вам возможности.
Сол бросается вперед, но я выставляю руку.
Мне не нужно, чтобы кто-то меня спасал.
— Одна эта запись, вероятно, не нанесет тебе достаточного вреда. Но это... — Я разворачиваю свой треснувший телефон и нажимаю «воспроизвёсти»
На экране появляется видео, на котором Сол выходит из музыкальной комнаты.
Глаза Сола расширяются.
Харрис в шоке показывает на него.
— Как вы это достали?
— Директор школы Redwood скрывает поджигателя, — Сол пришел к вам, чтобы признаться в своем преступлении, — а вы бросили невиновного человека под автобус, ради чего? Ради забавы? Дети-стипендиаты все заменяемые винтики в машине Redwood. Если только наша фамилия не Кросс, Миллер или что-то связанное со знаками доллара, вам на это наплевать.
— Мисс Купер!
— Не смейте подавать иск против Серены. Немедленно верните ее в Redwood.
Его глаза увеличились вдвое. Похоже, я не должна была знать об иске.
Я забираю оба мобильных телефона.
— Я предлагаю вам отказаться от иска и принести ей искренние извинения. Это самое меньшее, что вы можете сделать. Если она не подаст на вас в суд за клевету и эмоциональный ущерб.
Харрис глубоко вдыхает. Через некоторое время он, кажется, вновь обрел самообладание. Он снова поднимает глаза и улыбается.
— Давай. Выкладывай.
У меня отвисает челюсть.
Он хмурится.
— Вы хотите бросить одного из своих маленьких друзей под автобус, чтобы защитить другого? Давайте. Все, что я делал на той записи, — он указывает на телефон Сола, — это выполнял указания полиции. Я понятия не имел, что Сол — преступник. И копы тоже. Все, что я делал, было по правилам. Однако, — директор Харрис поправляет пиджак своего плохо сидящего костюма, — теперь, когда вы меня разозлили, все надежды на то, что вы и ваш маленький преступник, — он кивает на Сола, — останетесь в Redwood, сводятся к нулю.
Ярость кипит в моих жилах.
Я бросаюсь вперед.
— Ты урод!
— Каденс!
Сол набрасывается на меня.
Я бьюсь с ним, как банши.
Все, что я вижу, — это заплаканные глаза Серены.
Бледное лицо ее матери.
Обещание, которое я дала и которое никогда не выполню.
— Имейте уважение к своему директору! — Кричит Харрис, выгибаясь назад.
Пальцы Сола впиваются в мою руку, но я едва чувствую укол.
— Раз я больше не учусь здесь, значит, вы не мой чертов директор!
— Кто сказал, что ты здесь не ученица? — Рычит новый голос.
Я замираю, переведя взгляд на открытую дверь, за которой теперь сидят двое — Датч и...
— Миллер. — Лицо директора Харриса бледнеет. — Что ты здесь делаешь?
— Я пришел поговорить о делах. Я не знал, что ввяжусь в драку в баре.
— Они как раз уходили.
Харрис краснеет и опускает рубашку.
— Нет. Я так не думаю.
Датч говорит это для Харриса, но его взгляд устремлен туда, где Сол прижимается ко мне.
Сол не опускает руку, несмотря на предостерегающий взгляд Датча.
Я сама вырываюсь из его объятий.
— Датч. Миллер. Что это значит?
Датч наполняет комнату своим мрачным харизматичным присутствием, занимая захламленный офис так, словно это его личный военный кабинет. Он превращает свитер из Redwood Prep, плотные брюки и боевые ботинки в плащ и скипетр.
Я никогда не видела человека, настолько уверенного в себе. Начиная с его походки и заканчивая тем, как он проводит пальцами по своим светлым волосам, и тем, как он нагло улыбается, проходя мимо меня. Он олицетворяет собой высокомерие.
Председатель совета директоров занимает место перед столом.
— Обсудив все с советом директоров, нашими юристами и полицией, мы решили, что у тебя недостаточно доказательств, чтобы обвинить мисс Паркер в поджоге.
Харрис таращится как рыба, но я не могу его осуждать, потому что моя челюсть тоже падает на пол.
Я бросаю на Датча ошеломленный взгляд.
Он подмигивает мне, а затем обращается к Миллеру.
— А поскольку Криста уезжает из Redwood учиться за границу, в музыкальной программе освободилось еще одно место, и мистер Миллер великодушно предложил выделить стипендию имени Кристы для Redwood.
У меня подгибаются колени. Я даже не могу поверить в то, что слышу.
Криста навсегда покидает Redwood?
Ее место откроют для Серены?
Все ее расходы оплачиваются, пока она в Redwood?
Глаза Датча встречаются с моими.
— Серена была частью нашей музыкальной программы, и я представляю весь класс, когда говорю, что если кто-то будет с ней возиться, то он будет возиться с нами.
Мое сердце странно замирает. Я прижимаю руку к груди, пытаясь успокоиться.
— Это великодушно с вашей стороны, — директор Харрис шмыгнул губами, — но слухи распространяются. Как это будет выглядеть, если мы вернем человека, который устроил пожар?
— Сирена не устраивала пожар. — Жестко говорит Сол.
— Пожар - это старая новость. Ошибки случаются.
Миллер машет рукой, как будто его это не беспокоит.
Датч устремляет на Харриса свои темные, угрожающие глаза.
— Серену обвинили ложно, и мы готовы протестовать, выступать в СМИ и делать все, что нужно, чтобы доказать ее невиновность.
— Redwood Prep не нуждается в таком негативном внимании. — Говорит Миллер.
Харрис сильно потеет.
— Она всего лишь студентка, получающая стипендию. Разве не так ты сказал, Миллер?
— Она не просто студентка. Она одна из нас, и мы хотим ее вернуть. Восстанови ее. Сегодня же.
Слова Датча безобидны, но его тон ясен. На самом деле он не оставляет Харрису выбора.
Рот Харриса дрожит.
— С каких пор ты так тесно общаешься со студентами, Миллер?
— Не думаю, что это тот вопрос, на который нужно отвечать. — Миллер поправляет дорогой галстук и складывает руки на коленях. — Верни девочку в школу, Харрис. Она уже достаточно настрадалась.
Джинкс: Королевская просьба, превратившаяся в переворот
Простые смертные знают, что нужно уходить с дороги королевы, когда она в ярости, а Золушка заставила землю трястись по пути в правительственный офис.
Кто бы мог подумать, что наша тихая и неохотная принцесса способна навести такой шорох?
Но королева сердец ничто без своего короля войны. Чтобы исполнить самое большое желание Золушки, прекрасный принц заключил союз с врагом.
Оказывается, любовь способна покорить королевское сердце, но достаточно ли такой жертвы, чтобы покорить Золушку?
Только время покажет.
До следующего поста держите своих врагов близко, а свои секреты — еще ближе.
— Джинкс.