49.
49.
КАДЕНС
— Не могу поверить, что вы женитесь в пентхаусе Бекса Дейна. — Говорит Вай, когда мы выстраиваемся перед дверью на балкон. — Одна из самых больших знаменитостей во всем мире, а мы просто... стоим в его гостиной.
У моей сестры такой вид, будто ее голова вот-вот взорвется.
— Это что, моя жизнь? — Визжит Вай.
— Это не твоя жизнь. Мы просто занимаем это место.
Она медленно поворачивается ко мне лицом.
— Я не понимаю. Ты такая спокойная.
— Я нервничаю.
— Нет, я имею в виду встречу с Бексом Дейном. И о свадьбе с сыном Джарода Кросса. Мы как... наша семья теперь будет королевской.
— Рок-звезды это просто люди. — Говорю я ей.
— Да, супербогатые, суперкрасивые, суперталантливые люди. Давай не будем вести себя так, будто все это, — она жестом показывает на комнату, — дело рук обычных людей.
Я обхватываю ее за руку.
— Богатые или нет, но без тебя я бы не захотела этого делать. Спасибо, что ты здесь.
— Конечно. — Ее глаза встречаются с моими. Искрящиеся карие. Мягкие и невинные. — Я всегда буду рядом с тобой, Кейди.
Моя нижняя губа дрожит.
Я чувствую странную эмоциональность.
Может, это нервы.
Огромность того, что я собираюсь сделать, наконец-то овладела мной.
Я стану женой.
Я стану женой Датча Кросса.
В мире еще так много препятствий на нашем пути. Кажется, что нужно подождать, пока мы их все преодолеем, прежде чем сделать этот шаг. Но я лучше буду преодолевать эти препятствия вместе с ним, чем в одиночку.
И это чертовски круто отличается от того, какой я всегда была.
Он изменил меня.
Думаю, в какой-то степени я изменила и его.
Звучит музыка. Звучат барабаны и бас-гитара. Я никогда не слышала такого красивого глубокого резонанса от инструмента.
Мои глаза расширяются.
— Это вживую?
— Думаю, да. — Говорит Вай.
— Наверное, это наш сигнал.
Я отряхиваю вспотевшие руки, принимаю букет от сестры и делаю первый шаг.
— Ты счастлива, Кейди? — Спрашивает Вай.
Еще один шаг.
— Да.
— Хотелось бы, чтобы папа был здесь. — Шепчет Вай.
— Он здесь. — Я улыбаюсь ей.
Она улыбается в ответ.
Никто из нас не упоминает о матери. Сейчас я просто хочу сосредоточиться на том, что могу. Мама... она та, с кем мне больше не придется справляться в одиночку.
И в этом есть утешение.
Я разберусь с ней, когда вернусь домой.
— Кстати, ты выглядишь потрясающе. — Вай подмигивает. — Датч собирается упасть в обморок.
— Будем надеяться, что нет. Его смокинг в прокат.
Вай хихикает.
Мы поворачиваем за поворот, и я наконец-то вижу, как украшен балкон. Ошеломленный выдох застревает у меня в горле.
Люди Бекса Дейна сумели превратить этот балкон в место для свадьбы. Нежные белые цветы. Красивые арки. Белая ткань, со вкусом задрапированная на белых колоннах.
Но ничто так не захватывает дух, как фон нью-йоркского горизонта. Я даже не хочу думать о том, сколько стоит видеть такой вид каждый день.
Финн и Зейн стоят в стороне. Зейн играет на электрической ударной установке и выглядит, как всегда, остроумно и озорно. Финн одет в белую рубашку и черные брюки, но этот простой наряд выглядит как модное заявление, когда он нажимает на бас-гитару.
Мой взгляд скользит по братьям и останавливается на мужчине, стоящем в конце прохода.
Датч.
На нем черный костюм и галстук-бабочка. Его волосы зачесаны назад впервые с тех пор, как я его встретила.
Когда наши взгляды сталкиваются, происходит что-то странное.
Все нервы в моем желудке успокаиваются.
Как будто я нахожусь именно там, где должна быть.
Мы с Вай подходим к проходу. Она отрывается, чтобы встать за мной, а Финн и Зейн встают за Датчем.
Священник — маленький человек с длинной бородой Санта-Клауса. Я не знаю, взяли ли они для этого Санту из благотворительной организации "Армия спасения" или он просто так отращивает волосы на лице. Да это и не важно.
Все мое внимание приковано к Датчу.
Пока священник говорит о любви, обязательствах и вечности, Датч наклоняется вперед и говорит достаточно тихо, чтобы слышала только я:
— После того как я женюсь на тебе, черт возьми, я собираюсь сорвать с тебя это платье.
Его пальцы сжимаются вокруг меня.
Мое сердце бьется быстрее, а по коже разливается тепло. Воспоминания о том, как он прикасался ко мне прошлой ночью, все еще остры по краям. Выхожу ли я замуж за человека или за зверя? И почему это больше не пугает меня?
— Сразу после этого мы отправимся домой. — Бормочу я.
— А потом у нас будет медовый месяц в самолете. — Бормочет он.
Я вздрагиваю, мое тело напрягается от обещания, горящего в его глазах. Я уже чувствую, как его тело вжимается в меня, и мое сердце трепещет в предвкушении.
— Датч. — Произносит священник.
Датч бросает на него тяжелый взгляд.
— Ваши клятвы?
Он кивает.
— Каденс Купер, я буду любить тебя, почитать тебя и служить тебе до конца жизни. Слова не имеют никакого значения. Так что прими это как первый день, когда я покажу тебе, а я буду показывать тебе каждый день, почему ты самый важный человек в моей жизни.
— Оу. — Говорит Вай позади меня.
Я ерзаю и толкаю свою вуаль.
— Я не писала клятву.
— Ничего страшного. Просто скажи то, что у тебя на сердце. — Говорит священник.
Я поднимаю глаза на Датча.
— Я не обещаю тебе, что всегда буду говорить то, что ты хочешь услышать. Или что я всегда буду делать то, что ты мне скажешь.
— Ты и так этого не делаешь. — Бормочет Зейн.
Вай смеется.
— Но я обещаю тебе, что буду с тобой и в горе, и в радости. Мир может нас не понять, но это и не нужно. Мы создадим свой собственный мир. И мы будем править им вместе. Никогда не будет Датч Кросс без Каденс Купер.
Датч выглядит тронутым. Мое сердце трепещет, когда я понимаю, что я единственная, кто вызывает это мягкое выражение.
— Властью, данной мне, я объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать невесту.
Датч притягивает меня к себе и целует так, будто ставит на мне клеймо. Как будто он пьет из вечного фонтана. Как будто этого никогда не будет достаточно.
Я слабо слышу аплодисменты, но в глубине моего сердца взрываются фейерверки.
— Кейди.
Вай дергает меня за рукав.
Я понимаю, что то, что я приняла за фейерверк, на самом деле рингтон моего телефона.
— Кейди, кто-то давно звонит тебе на телефон. — Признается Вай. — Я не хотела говорить тебе об этом до свадьбы, но они не перестают. Думаю, это важно.
— Кто это? — Ворчит Датч, выглядя так, будто собирается задушить того, кто находится на другом конце линии.
— Здесь написано мисс Джеймисон.
Зейн вскидывает голову и бросается к нам.
Я бросаю взгляд на Датча.
— Как думаешь, что ей нужно?
— Я не знаю.
Вай поджимает губы.
— Ты хочешь, чтобы я...
— Отвечай. — Говорю я, и мой желудок вздрагивает.
К нам присоединяется Финн.
Мы все столпились над телефоном, ожидая.
Меня охватывает предчувствие.
Датч чувствует это и хватает меня за руку, сжимая мои пальцы в знак поддержки.
— Включи громкую связь. — Рычит Зейн.
Вай делает то, что он говорит.
— Я здесь, мисс Джеймисон.
— Каденс? — Мисс Джеймисон звучит взволнованно и нервно. — Слава Богу. Наконец-то ты взяла трубку. Где ты?
— Я в Нью-Йорке.
Я смотрю на любопытного официанта, на потрясающий горизонт и ярко-голубое небо.
Это мой последний шанс насладиться видом. Яма в моем животе не проходит, и у меня такое чувство, что вся эта красота рухнет вокруг меня, когда закончится звонок.
— Тебе нужно успеть на обратный рейс. Немедленно. — Настаивает мисс Джеймисон.
Датч обхватывает меня за плечи.
Я улыбаюсь ему. Я не одна. Датч здесь. Вай здесь. Короли здесь.
— Почему? Что случилось?
— Я не хочу говорить тебе по телефону...
— Вы можете сказать.
Она глубоко вдыхает и выдыхает.
— Я не знаю, что происходит, но твоя мама...
Глаза Вай расширяются, и она бросает на меня отчаянный взгляд.
Мисс Джеймисон бурчит:
— Твоя мама умерла.