После смерти отца Артур начал использовать собственные деньги для субсидирования своих исследований с Рэймондом и Мортимером, и во многих опубликованных ими работах в строке авторства упоминалось, что работа стала возможной "благодаря грантам, выделенным в память об Исааке Саклере". Артур, как правило, был первым автором, первопроходцем. На фотографии в газете New York Herald Tribune братья запечатлены принимающими приз: Рэймонд с немного глуповатой улыбкой и нежной кожей младшего брата; Мортимер в очках с толстой черной оправой, его темные волосы зачесаны назад, полные губы сжаты, сигарета между пальцами; и Артур в профиль, в костюме с отворотами и благосклонно смотрящий на своих братьев. Саклеры выглядели так, словно находились на пороге чего-то. Они говорили людям, что их исследования могут в конечном итоге "предотвратить безумие".
Артур был женат с 1934 года, когда он еще учился в медицинском колледже. Его жена, Эльза Йоргенсен, , была эмигранткой, дочерью капитана датского судна. Их познакомил друг Артура по колледжу. Женитьба противоречила академической политике медицинской школы, поэтому поначалу Артур держал это в секрете. Эльза проучилась два года в Нью-Йоркском университете, но бросила учебу, потому что ей нужно было зарабатывать деньги. Они переехали в меблированную квартиру на Сент-Мэри-Плейс, рядом с больницей Линкольна в Бронксе, а затем в квартиру на Западной Двадцать пятой улице в Манхэттене. В 1941 году родилась их первая дочь, Кэрол, а в 1943-м - еще одна, Элизабет.
Тем не менее, когда Мариэтта узнала, что у Артура есть семья, что он живет совсем другой жизнью, она не могла не почувствовать, что его внимание по-прежнему сосредоточено на ней. Однажды вечером, вскоре после их возвращения из Чикаго, он пригласил ее в итальянский ресторан на Малберри-стрит в Маленькой Италии, Grotta Azzurra. Это было романтическое место, и Артур сказал Мариэтте, что хотел бы видеть ее чаще.
"Я слишком измучена", - запротестовала она. "Больница забирает у меня все силы".
Артур и слышать об этом не хотел. В конце концов, он тоже много работал - на нескольких работах, и у него была семья дома. И все же ему удавалось находить время для Мариэтты, и он хотел найти еще больше.
"Я хочу быть с тобой. Все время", - сказал он ей.
"Знаешь, Артур, ты тот человек, за которого я могла бы выйти замуж", - сказала Мариэтта. "Но я не хочу разрушать ваш брак".
Артура это не остановило. Он писал любовные письма, предлагая летом 1949 года "начать новую жизнь", жизнь, "полную надежд, радости и страсти". Артур предложил Мариэтте партнерство, причем с ярко выраженным общественным духом. "Мы объединимся и будем работать как одно целое, чтобы помогать людям, открывать новые области и вносить свой вклад... в развитие человечества". В конце концов его письма стали более настойчивыми. "Жизнь без тебя буквально стала невозможной", - писал он. "Я люблю тебя и только тебя... Я принадлежу тебе и только тебе".
Тем не менее, они оба чувствовали некоторую двойственность. Мариэтта была сосредоточена на своей карьере в медицине, и ей приходилось думать о своей семье в Германии. Ее бабушка недавно умерла, и Мариэтта унаследовала семейную фармацевтическую компанию. Она также начала понимать, что Артур был склонен к нерешительности и пускал все на самотек. Он всегда все делал, посещал все занятия, работал на всех работах. На любой выбор типа "или-или" он был склонен отвечать тем, что выбирает и то, и другое. Он был не из тех, кто хорошо воспринимает ограничения. У Артура была жена, дети и несколько начинающих карьеристов. Возможно, в каком-то смысле ему было бы удобно просто добавить Мариэтту. "Ему всегда было очень трудно сделать однозначный выбор", - вспоминала она много позже, добавляя: "Тот факт, что я была беременна , заставил его принять решение".