ИГРА С ЛЕГО
Что является нашим основным строительным блоком, то, что мы будем делать снова и снова, становясь с каждым разом все умнее и лучше? Этот вопрос должен задавать каждый руководитель проекта. Какую маленькую вещь мы можем собрать в большом количестве в большую вещь? Или огромную вещь? Что такое наше "Лего"? Задайтесь этим вопросом, и, возможно, вы будете удивлены тем, что обнаружите.
Возьмем, к примеру, гигантскую плотину гидроэлектростанции. Может показаться очевидным, что альтернативы нет. Либо вы запружаете реку, либо нет. Здесь нет места модульности.
Вот только есть и такой вариант. Вы можете отвести часть речного потока, пропустить его через небольшие турбины для выработки электроэнергии и вернуть в реку. Это называется "малая гидроэнергетика". Такая установка относительно крошечная и производит лишь малую часть энергии, чем крупная плотина. Но обращайтесь с ней как с конструктором Lego - повторяйте, повторяйте, повторяйте - и вы получите значительную выработку электроэнергии с меньшим ущербом для окружающей среды, меньшим протестом граждан, меньшими затратами и меньшим риском. Один из мировых лидеров в области гидроэнергетики, Норвегия, страна с населением всего 5 миллионов человек, проводит активную политику по развитию малых гидроэлектростанций, асайт с 2003 года ввел в эксплуатацию более 350 малых гидроэнергетических проектов, и еще больше таких проектов будет реализовано.
Гигантская фабрика тоже может показаться одним огромным объектом или ничем. Но когда Элон Маск объявил, что Tesla построит Gigafactory 1 (сегодня известную как Giga Nevada), самую большую в мире фабрику по площади, он представлял ее модульной. Его Lego был маленькой фабрикой. Постройте одну, запустите ее в работу. Постройте рядом другую и объедините их. Построить третью, четвертую и так далее. Построив Gigafactory 1 таким образом, Tesla начала выпускать батареи и получать прибыль уже через год после объявления, даже когда продолжалась работа над всем гигантским комплексом, который по завершении строительства будет состоять из двадцати одного "блока Лего".
Ключевые элементы модульности, похоже, занимают центральное место в общем подходе Элона Маска к инженерному делу, и он использует их в совершенно разных предприятиях. Казалось бы, Tesla не имеет ничего общего со SpaceX, созданной Маском компанией, которая совершает революцию в сфере космических перевозок и услуг. Но использование воспроизводимости для ускорения процесса обучения, ускорения доставки и повышения эффективности вплетено в модель планирования и доставки компании.
В космосе долгое время преобладали крупные, сложные разовые проекты, и цены на них были соответствующими: космический телескоп НАСА имени Джеймса Уэбба - 8,8 миллиарда долларов, превышение бюджета на 450 процентов - лишь самый свежий пример. Но есть многообещающие признаки того, что уроки модульного подхода приживаются. Для создания спутников компания Planet (бывшая Planet Labs, Inc.) использует коммерческую, готовую электронику, подобную той, что массово производится для сотовых телефонов и беспилотников. Она собирается в модули размером 10 × 10 × 10 см (4 × 4 × 4 дюйма) как можно дешевле и проще. Это их "Лего". Они собираются в более крупные модули, так называемые CubeSat. Соберите три модуля CubeSat, и вы получите электронику для одного спутника Planet Dove.В отличие от больших, сложных и дорогих спутников, которые уже давно стали нормой, каждый спутник Dove строится всего за несколько месяцев, весит одиннадцать фунтов и стоит меньше, чем 1 миллион долларов - по меркам спутников, достаточно дешево, чтобы неудача привела к обучению, а не к банкротству. Planet вывела на орбиту сотни таких спутников, где они образуют "стаи", которые следят за климатом, состоянием ферм, реагированием на стихийные бедствия и городским планированием. Несмотря на проблемы с конфиденциальностью, которые необходимо решить политикам, спутники Dove являются мощной иллюстрацией адаптивности и масштабируемости модульных систем, особенно в сравнении с индивидуальным подходом НАСА.
Казалось бы, метрополитен - еще более сложный случай для модульного строительства, но когда в период с 1995 по 2003 год мадридское метро провело одно из крупнейших в мире расширений метрополитена, оно использовало модульность в двух направлениях. Во-первых, семьдесят шесть станций, необходимых для расширения, были собраны как Lego: все они имели один и тот же простой, чистый и функциональный дизайн. Затраты снизились, а скорость строительства возросла. Чтобы усилить этот эффект, Мадридское метро избегало новых технологий. Использовались только проверенные технологии - те, которые имели большой опыт "заморозки".
Во-вторых, руководство метрополитена совершило важный концептуальный прорыв, рассматривая длину тоннеля как конструктор Lego. Сначала они рассчитали оптимальную длину тоннеля, которую может проложить один буровой станок и его команда - обычно от трех до шести километров за двести-четыреста дней. Затем они делили общую длину тоннелей, которые нужно было проложить, на это количество и нанимали необходимое количество бригад и машин, чтобы уложиться в график. Временами одновременно работало до шести машин, что было неслыханно для того времени. Обращение с длиной тоннеля как с конструктором Lego продвинуло проект дальше по кривой позитивного обучения, сократило общее время и сэкономило кучу денег. В общей сложности мадридское метро построило 131 километр (81 милю) рельсов и семьдесят шесть станций всего за два этапа по четыре года каждый. Это вдвое быстрее, чем в среднем по отрасли. И это при вдвое меньших затратах. Нам нужно больше такого поведения в управлении мегапроектами.
А еще есть грузовые перевозки. С незапамятных времен стивидоры вручную тщательно загружали корабль, по одному предмету за раз, чтобы груз не сдвинулся в море, а когда судно прибывало в пункт назначения, процесс менялся на обратный. Это была тяжелая, опасная и медленная работа. Но в 1950-х годах американский грузоотправитель по имени Малкольм Маклин подумал, что, возможно, грузы следует складывать в одинаковые стальные коробки, которые можно было бы укладывать на корабли и перегружать прямо на поезда и грузовики в пункте назначения. Это была скромная идея; Маклин считал, что она позволит несколько сократить расходы.
Но, превратив груз в Lego, он сделал перевозки чрезвычайно модульными и экономически эффективными. Штабели на кораблях стали выше. Корабли стали больше. Переход с одного вида транспорта на другой стал быстрее. Скорость и простота транспортировки товаров резко возросли, а затраты снизились настолько, что изменили экономику производства и распределения по всему миру. В коробке: How the Shipping Container Made the World Smaller and the World Economy Bigger", посвященной окончательной истории контейнеризации, экономист Марк Левинсон убедительно доказывает, что скромный морской контейнер был не чем иным, как главной причиной глобализации.
Радикально снизить затраты и увеличить скорость - не такое уж маленькое достижение. Но модульная система делает нечто большее: она радикально снижает риски - до такой степени, что модульная система может стать самым эффективным способом "отрезать хвост", как рекомендуется в главе 6.
ТОНКОХВОСТЫЕ ПРОЕКТЫ
Теперь вы знаете решение головоломки, о которой я говорил в конце предыдущей главы: Только пять типов проектов - солнечная энергетика, ветроэнергетика, тепловая энергетика, передача электроэнергии и дороги - не имеют толстого хвоста, то есть они, в отличие от всех остальных, не имеют значительного риска пойти катастрофически неправильно. Что же отличает эту удачную пятерку? Все они в значительной степени модульные, а некоторые - чрезвычайно.
Солнечная энергия? Она рождается по модульному принципу, а основным строительным блоком является солнечный элемент. На заводе несколько солнечных элементов собираются в панель. Отгрузите и установите панель. Установите еще одну и соедините их проводами. Добавьте еще одну панель. И еще одну, пока не получится массив. Продолжайте добавлять массивы, пока не получите столько электроэнергии, сколько захотите. Даже гигантские солнечные фермы состоят не более чем из таких панелей. Солнечная энергия - король модульности. Это также самый низко рискованный тип проекта из всех, которые я тестировал, с точки зрения стоимости и сроков. И это не случайно.
Энергия ветра? Тоже очень модульная. Современные ветряные мельницы состоят из четырех основных элементов, собираемых на месте: основания, башни, "головы" (мотогондолы), в которой находится генератор, и лопастей, которые вращаются. Скрепите их вместе, и у вас получится одна ветряная мельница. Повторите этот процесс снова и снова, и вы получите ветряную электростанцию.
Тепловая энергия на ископаемом топливе? Загляните, скажем, внутрь угольной электростанции, и вы увидите, что они довольно просты, состоят из нескольких основных заводских элементов, собранных для того, чтобы заставить закипеть большую кастрюлю воды и запустить турбину. Они модульные, как и современные грузовики. То же самое относится и к станциям, работающим на нефти и газе.
Передача электроэнергии? Детали, изготовленные на заводе, собираются в башню, и по ним протягиваются провода, изготовленные на заводе. Повторяем. Или изготовленные кабели вкапываются в землю, секция за секцией. Повторяем снова.
Дороги? Автострада стоимостью в несколько миллиардов долларов состоит из нескольких участков автострады стоимостью в несколько миллионов долларов, соединенных вместе. Повторяйте, повторяйте, повторяйте. Опыт, полученный при строительстве одного участка, можно применить к другому, подобно тому, как рабочие, возводившие Эмпайр-стейт-билдинг, учились, переходя от одного этажа к другому. Более того, после того как обучение будет внедрено, участки автострады можно строить одновременно, чтобы сократить время.