Если, конечно, они по какой-то причине никогда не развивали эту способность, - снова подумал он. - Это кажется нелепым, но это единственный ответ, который напрашивается сам собой. Может быть, они просто не привыкли нападать на продвинутые - по крайней мере, условно говоря - расы?
Он не собирался вкладывать огромную долю оптимизма в такого рода предположения, но он также напомнил себе не упускать из виду последствия военного самодовольства и недостатка воображения. Был тот небольшой вопрос о том, как американские военные были пойманы на том, что смотрели не в ту сторону во Вьетнаме, например, когда они внезапно обнаружили, что в ущелье Фульда сражаются с советскими танками вместо партизан в джунглях. Это было не так плохо во время "Бури в пустыне" или "Иракской свободы" - во всяком случае, не с чисто военной точки зрения, - но после уничтожения обычных вооруженных сил Саддама Хусейна все еще был болезненный процесс обучения. Опыт обеих этих операций привел (среди прочего) к реорганизации армии в ее нынешний формат модульных бригад, и это также сослужило хорошую службу США во время продолжающихся операций в Афганистане. Тем не менее, нельзя было отрицать, что военные организации также были бюрократическими, а бюрократия, как правило, оказывалась не на той ноге из-за меняющихся обстоятельств, особенно если они были слишком успешными слишком долго. Военные машины, которые не сталкивались с серьезными вызовами, не видели особых причин для изменений или адаптации. После достаточно долгого периода господства они - или, по крайней мере, фракции внутри них - стали слишком сосредоточены на охране своих собственных мисок для риса, чтобы рассматривать нелепую возможность того, что кто-то действительно может представлять для них угрозу.
Вот почему бедняги, служившие в таких вооруженных силах, так часто брали с собой ножи для перестрелки.
Возможно ли, что инопланетяне - шонгейри - находились в аналогичной ситуации? Проблема в более недавнем опыте США заключалась в том, что они слишком увлеклись передовыми, тяжелыми боевыми возможностями. Они медленно осознавали реалии "асимметричной войны", в немалой степени из-за своей обязанности планировать наихудшие сценарии. У них было слишком много изощренности для поставленной задачи - или, скорее, их изощренность была направлена не в ту сторону, - потому что она была разработана, чтобы победить наиболее способного возможного врага, а не использовать гораздо более ограниченные возможности тех, с кем они в конечном итоге сражались. Он ожидал бы, что такое же мышление поразит вид, совершающий межзвездные перелеты, поскольку казалось бы логичным, что любой, способный оказать сопротивление, обладал бы сопоставимым уровнем технологий.
Но если это было правдой, то, конечно, этого не было видно, когда их настигли военно-воздушные силы. Так означало ли это, что они пошли другим путем? Неужели их вооруженные силы так долго занимались тем, что эквивалентно сражениям в джунглях Вьетнама, что уже не были готовы к ущелью Фульда, когда оно нарисовалось? У него не было возможности сказать, и он не собирался полагаться на это, но глубоко внутри он надеялся - молился - что это так. Потому что если бы это было так, то у его батальона тоже мог бы быть шанс, когда они догонят его.
Что выглядело так, как будто это, вероятно, должно было произойти чертовски скоро.
- Хорошо, - сказал он, окидывая взглядом лица своих абсурдно молодо выглядящих командиров рот и взводов. - Похоже, Робинсон был прав. Они находятся на земле в Иране, и они направляются сюда. Ублюдки, вероятно, захватили Герат прошлой ночью, просто чтобы расчистить свой маршрут, и разведывательные группы говорят, что они направляются в нашу сторону по шоссе 77. Лучшая оценка численности - сто пятьдесят этих плавающих ублюдков, которые мы предварительно классифицировали как "танки", и около трехсот колесных транспортных средств. По-прежнему никаких признаков ракетных установок ни на одной из их машин, но не будьте слишком самоуверенны по этому поводу. Мы понятия не имеем, что за оружие... могло быть у этих людей, и у них могли быть всплывающие пусковые установки, которые носят под броней, где мы их просто не видели. Их текущая скорость сближения составляет шестьдесят три километра в час - это точное число, полученное с помощью удаленных датчиков и беспилотных летательных аппаратов, - что приведет их сюда почти ровно через девяносто минут после захода солнца.
И, - подумал он, - тот факт, что они даже не заметили, когда беспилотники следили за ними почти час - и все это время передавали нам - тоже говорит об интересных вещах. Во всяком случае, при условии, что они действительно их не заметили. Полагаю, что они могли просто игнорировать их по какой-то причине. Хочешь усыпить свою самоуверенность, Аластер?
- О том, что произошло, вы все знаете столько же, сколько и я, - продолжил он, не позволяя никаким признакам этой конкретной мысли повлиять на выражение его лица или тон. - И вы видели видеозапись того, что удалось с ними сделать военно-воздушным силам. Полагаю, у нас есть хорошие шансы попасть в верхнюю часть. После этого, будь я проклят, если знаю, что произойдет, но не ожидаю, что это будет необыкновенно хорошо.
Он обнажил зубы в невеселой усмешке, и почти к его удивлению, двое или трое из его подчиненных действительно усмехнулись.
- Я понятия не имею, почему эти люди направляются именно в Афганистан, из всех мест, - продолжил он, - но думаю, что мы задолжали многим другим людям месть за наш собственный народ. Помните о своих инструктажах. Никто не вступает в бой, пока я не дам команду. Все радиостанции на прием - только до тех пор, пока я не дам команду. Не поднимайте свои СПСБК (системы платформы совместного боевого командования, пришедшие на смену оригинальным FBCB2) до тех пор, пока я не проинструктирую вас об этом. И когда я скажу, что пора валить, мы немедленно встречаемся и танцуем буги-вуги, как и планировалось. Ясно?
Головы мрачно кивнули, одна за другой.
- Хорошо, люди. Давайте вернемся к нашим подразделениям. Но сначала, - он поднял одну руку, задержав их на минуту дольше, - позвольте мне просто сказать, что я горжусь, проклятье, всеми вами и всеми вашими людьми. Я всегда гордился, но сейчас особенно. Я знаю, как каждый из вас, должно быть, беспокоится о том, что происходит дома. Я тоже беспокоился об этом. Но прямо сейчас нам пора продолжать выполнять свою работу так же хорошо, как все вы и все другие всегда делали раньше. Насколько нам известно, мы - это все, что осталось у Соединенных Штатов. Я надеюсь и молюсь, чтобы это было не так, но если это так, то, клянусь Богом, мы дадим этим кровожадным ублюдкам пинка под зад, и я хочу, чтобы наши пальцы были так прочно держали их задницы, чтобы единственное, что они смогут попробовать, - это кожа для обуви сорта А, изготовленная в США! Я хочу, чтобы они, черт возьми, подавились этим!
Что касается исторически запоминающихся выступлений перед боем, то, вероятно, это оставляло желать лучшего, - подумал он. И все же, когда он оглядел молчаливые лица еще на мгновение, он увидел твердость в глазах, напряженность челюстных мышц, гнев, потрескивающий прямо под поверхностью, и он был доволен. Он оглянулся на них, позволяя им увидеть его собственные глаза, обещание его собственного гнева, затем кивнул им в ответ.
- Идите, - сказал он.
Командир бригады Харшейр проворчал себе под нос - но тихо, тихо! - когда его длинная, неуклюжая колонна (фактически три отдельные колонны колесных транспортных средств, движущихся в ряд, с одним батальоном более хорошо защищенных танков-антигравов бронетанкового полка, растянутых для защиты по флангам) ехала по "людской" дороге.
По правде говоря, дорога была лучше, чем он ожидал в таком малонаселенном регионе, хотя из-за большого количества машин, разбросанных по обе стороны от нее, пыль стояла буквально удушающим туманом. К счастью, его командная машина была герметично закрыта, но ему все равно приходилось время от времени открывать люк, и с каждым разом внутрь просачивалось все больше адской пыли. И, неизбежно, в изготовленные Кейнхарном вентиляторы охлаждения электроники.
Прошла почти тысяча стандартных лет с тех пор, как мы вышли в космос, а мы все еще не можем разработать эффективные пылевые фильтры! - Его уши дернулись в гримасе отвращения. - Или, по крайней мере, ни один из наших хваленых исследователей не может оторваться от драгоценных потребностей флота достаточно надолго, чтобы заполучить эту конкретную добычу для нас, бедных пехотинцев в полевых условиях. Они получают новые наборы датчиков каждые сорок лет или около того, а мы даже не можем достать что-нибудь, чтобы уберечь от пыли... системы с меньшими возможностями, чем у нас уже есть! Почему я не удивлен?
Тем не менее, он должен был признать, что сталкивался с худшими условиями не на одном мире на службе императора. И это было приятное (хотя и непривычное) чувство - для разнообразия собрать всю его бригаду в одном месте, вместо того, чтобы разбивать ее на крошечные группы размером с роту, взвод или даже отделение, каждая из которых сидела на корточках где-нибудь на огневой базе, присматривая за местными примитивами. В типичной колонизационной экспедиции командиры бригад - если уж на то пошло, командиры полков - больше, чем кто-либо другой, стремились стать администраторами, и было приятно для разнообразия побыть практическим командиром.
Даже если его нынешние приказы действительно показались ему немного глупыми.
Он знал о катастрофе, которая постигла шаттлы, перевозившие головной эшелон наземной базы два, и он слышал другие сообщения о бронетранспортерах и даже нескольких танках, попавших в засаду. Очевидно, некоторые командиры не уделяли должного внимания, если позволили застать себя врасплох таким образом. И он предположил, что, надо отдать должное Кейнхарну, оружие этих "людей" может оказаться несколько более эффективным, чем предполагала их разведка до высадки. Но даже в этом случае, позволить целой бригаде - бронетанковому полку, состоящему не менее чем из двенадцати по двенадцать танков и двух полных полков мотопехоты, плюс эшелоны поддержки - быть отведенной в засушливые, заброшенные Дейнтаром горы, к которым он направлялся, казалось слишком... чрезмерным. Кинетическая бомбардировка уничтожила все известные военные базы в районах, которые местные жители называли Ираком, Афганистаном и Ираном. Конечно, он лично подтвердил, что каждая база в Иране была превращена в руины, и что бы ни случилось со второй наземной базой, шаттлы, которые высадили его собственные силы, не встретили сопротивления, заслуживающего упоминания. Конечно, то же самое происходило в Афганистане и Ираке, но командование флота решило, что в этом необходимо убедиться.