- Старая ты для нас, - заметил он. - Трахать не будем, мы тебя рвать сейчас будем. Чтобы не слишком борзела...
Последним движением он сорвал с неё трусики. Вместе со стулом с завязанными за его спинкой руками её поставили на колени.
- Ну, вот теперь говори! - скомандовал высокий. - В такой позиции разговаривать очень удобно. Кто исполнял все эти преступления? И зачем тебе все это?!!!
- На второй вопрос отвечу, - прошептала Ирина. - Потому что я их ненавижу. И они уже трупы, ваши хозяева... На первый отвечать не стану...
- Станешь, падла... Еще как станешь... А ну-ка, хлопцы, найдите-ка в её хозяйстве утюжок. Сейчас мы тебя пометим на всю жизнь...
Утюг принесли быстро, включили в сеть.
- Ну что? - улыбался сквозь маску высокий. - Скажешь так или подогреть тебя?
- Не скажу ни так, ни эдак, - бледная от ужаса говорила Ирина.
В это время Федор очнулся и приоткрыл глаза. И тут же на столе зазвенел телефон. Когда-то в детдоме он играл в футбол вратарем и выделялся отличной прыгучестью. Резким движением он вскочил с места, прыгнул к столу и схватил трубку. Воистине, в этот момент на его стороне были небесные силы. Еще бы чуть-чуть и было поздно. На проводе были его ребята.
- Ко мне!!! - закричал в трубку Федор. - Я у Ирины!!! Немедленно!!!
И только тут ошарашенные головорезы бросились на него. Федор первым делом сильно швырнул в лицо одному телефонный аппарат и нырнул в открытую дверь. В другой комнате висел его пиджак, в котором был пистолет Макарова. Только бы добраться туда...
Вдогонку ему раздался выстрел. Правда, исполнитель не метился в него. Такого приказа они не получали, за это им не платили...
Федор совершил ещё один прыжок руками вперед, больно ударившись о пол. Оставался один шаг до висящего на стуле пиджака. Но в комнату уже ворвались двое. За ними бежал третий, оставив пленницу на произвол судьбы. Ирина же, не растерявшись, вскочила с колен со стулом, привязанным за спиной и бросилась на помощь Федору. С разворота она ударила стулом по спине третьего. Тот выругался, обернувшись на нее. На секунду отвлеклись и двое первых. И Федор успел выхватить из кармана пиджака пистолет. Как хорошо, что он не повесил пиджак в шкаф... Тогда бы добраться до оружия было значительно сложнее. Он не успел передернуть затвор, и ударил пистолетом в лоб ближнего нападавшего. Тот отключился. Федор успел отскочить к окну и передернул затвор. Второй нападавший выстрелил в него, но промазал. Федор же нажал курок, и коренастый с простреленной правой рукой рухнул на пол...
- На пол!!! - закричал он третьему. - На пол!!!
Тот, не ожидав такого развития событий, послушно выполнил приказ.
Федор бросился на него и приставил пистолет к его виску.
- Кто заказал?!!! - кричал он. - Говори, кто заказал?!!!
Ирина в своем странном виде, совершенно голая, со стулом, привязанным за спиной стояла рядом и презрительно глядела на своего врага.
- Что ты спрашиваешь, Федор? - усмехнулась она. - Заказал все это Эдуард Рубенович Григорянц, это и ежу понятно.
Федор сорвал с лежащего на полу маску. Обнажилась коротко стриженая светловолосая голова, крутой лоб, водянистые напуганные глаза.
- Так? - прошипел он.
- Чего спрашивать, если сами знаете...
- А за что же ты, грязная собака, женщину хотел утюгом жечь? Что она тебе сделала?
- Как за что? За деньги, понятно, - продолжала улыбаться Ирина. Вопрос только в том, за какие деньги... Но разве это так важно?
- Встать!!! - закричал Федор.
Тот встал.
- Развязывай ее!!!
Тот развязал. Ирина медленно пошла одеваться.
Уже через десять минут люди Федора ворвались в квартиру.
- Вот что, ребята, - скомандовал Федор. - Задача такая. Свезите этих шакалов на ближайшую помойку и бросьте там. Только вот еще, разденьте их догола. Чтобы им не было жарко в февральскую ночь... А дальше пусть сами разбираются, что им делать...
- Этот весь в крови, - указал один из них на раненого.
- Надо перевязать.
Перевязку своего потенциального мучителя осуществляла сама Ирина.
- Вы, ребятишки, ввязались в скверную историю, - говорила она при этом. - Неужели ради денег нужно рисковать жизнью и своей и чужой? Вы же не люди, вы шестерки, падаль вы... Мучить незнакомого вам человека, женщину, только ради денег... Не могу этого понять... Но жизней ваших на себя никто брать не будет, зачем нам лишний грех? С такими жизненными установками вы и сами долго не протянете...
- Это правда, - констатировал её слова Федор. - Вы ввязались в очень неприятную историю и связались совсем не с теми, с кем следовало бы. На нашей стороне сила, и что, самое главное, на нашей стороне Господь Бог. Справедливость - есть такое понятие. Или вы совсем забыли об этом в вашей погоне за баксами?
Трое мрачно молчали, стоя перед Федором и хлопая глазами. Тот был поражен, насколько все они были похожи друг на друга. Светлые, коротко стриженые волосы, круглые пустые глаза. Только один высокий, другой, с перевязанной рукой, коренастый, а третий худощавый. Вот и вся разница.
- Кстати, - вмешалась Ирина. - Один из вас задал мне не предусмотренный Григорянцем вопрос. Так я вам отвечу на него, для ясности. Связываться с Григорянцем я вам не советую. Связываться с ним все равно что переспать с человеком, заведомо больным СПИДом. Он преступник, этот крутой бизнесмен. И вовсе не потому что участвует в каких-либо махинациях и отмывании грязных денег, или ещё в чем-нибудь. Просто-напросто он убийца. Он лишил жизни моего сына и моего мужа. Последнее он осуществил вместе со своим папашей, заслуженным работником юриспруденции. И прежде чем вступать в это болото, вы бы хоть поинтересовались сутью дела. Так сколько же он вам пообещал, однако?
- По штуке баксов каждому, если ты ... вы расколетесь?
- Маловато, ребятишки. Впрягаясь в это дело, вы ведь жизнью рисковали. Впрочем, для таких дешевок, как вы, самое то, да и о том, что жизнью придется рисковать, как-то не подумали, самонадеянные вы очень, полагаете, что круче вас, бакланов, никого на свете нет... Откуда берется такая самонадеянность, понять не могу? Кстати, полагаю, что он и этих денег вам бы не заплатил, - заметил Федор. - Ладно, хватит базарить, везите их вон отсюда. И не раздевайте, не надо... Нечего внимания привлекать... Пусть живут на радость обществу. Только умоляю, не попадайтесь мне больше никогда. Не надо..., - скривился он. - Я мирный человек, я никогда не проливал ничьей крови, не заставляйте меня творить зло...