- Кевин, какого черта ты приперся?! - Закричала Джессика.
- Блин, че за фигня, ты че творишь? – Парень согнулся, приходя в себя от удара.
- Ну я... это, - замялась девушка. – Думала, ты, типа...
- Типа я что?
- Ну не знаю, сначала я вижу какого-то чела на парковке, потом он исчезает. Затем кто-то несется за мной. Тебе что вообще нужно?
- Несется? Да я просто подошел, ты стала убегать, я всего-то хотел догнать тебя, не понимал, в чем дело, - пояснил Кевин, одновременно разрабатывая пострадавшую челюсть.
- Ты в порядке?
- Да, думаю, да, - ответил Кевин. – Мне повезло, что ты баба и удар у тебя девчачий.
Тут Джессика в очередной раз убедилась в правильности своего решения уехать из этого городишки со всеми его провинциальными заморочками.
- Кевин, что ты здесь делаешь? – Озабоченность в голосе Джессики сменило раздражение.
- Мы с Роем и Динджер сидели "У Фрэнки"...
Опять вранье. Девушка знала, что Кевин был с ней, своей пассией на стороне. Перед выходом из дома надел белье Ralf Lauren,которая она подарила ему на Рождество, хорошенько налакался брюта, которым еще и сейчас нереально сильно разило. Даже на расстоянии.
- И, прикинь какая тема, я там наткнулся на Лэйни! Помнишь такую? В школе с нами училась.
- Да, и что? – Джессика помнила Лэйни, которая училась с ними в школе.
- Ну так вот, представь себе, она сейчас работает в кассе автовокзала, и, по ее словам, ты сегодня купила билет во Флориду. В один конец.
- По всей видимости, Лэйни что-то перепутала.
- Вот и я засомневался, - продолжил Кевин. – А знаешь, что я сделал пото́м?
- Нет, Кевин, - Джессика скрестила руки на груди. – Что ты сделал пото́м?
- Я пошел домой и проверил шкаф, - Кевин начал отсчет, загибая пальцы. – Твоей сумки нет, половины шмоток нет, даже этого уродского медвежонка, который, поди, с твоего рождения на кровати валяется, даже этого засранца! Все куда-то пропало!
- Может, плохо искал?
- О нет, я хорошенько все осмотрел.
- И что теперь? Зачем ты сюда пришел?
- Я хочу услышать правду. От тебя.
- Я купила билет на Грэйхаунд. В семь утра я уезжаю. Навсегда.
Пусть Кевин и знал все это, услышать это от Джессики напрямую было определенно неприятно. При этом девушка отнюдь не старалась смягчить удар, напротив, ее тон был холодным и резким.
- А мне ты вообще когда-нибудь собиралась рассказать? – в голосе Кевина звучала искренняя боль.
- Нет, - Джессика не была намерена поддаваться на манипуляции и чувствовать себя виноватой. – Не собиралась.
- Ты это серьезно? Скажи, что это шутка.
- Нет, Кевин, - Джессика покачала головой. – Никаких шуток.
- Нет, это невозможно! Я люблю тебя, Джессика, мать твою! Я, типа, даже это... собирался сделать тебе предложение! Во!
- Что? – Засмеялась девушка. – И когда, позволь спросить?
- На следующей неделе. В открытом кинотеатре!
- В кинотеатре?
- Да, там "Пропащих Ребят" будут показывать.
- Ты вообще идиот, что ли?
- А что? Мне нравится Кори Хэйм.
- Но это не означает, что мне понравится, когда мне сделают предложение в летнем кинотеатре во время просмотра фильма с Кори Хэймом! – возмутилась Джессика. – За что мне такое счастье? Предложи Молли Хэндерсон под "Пропащих Ребят"!
- В смысле?
- Ты прекрасно понимаешь, о чем я, - закончила разговор Джессика, бросив последний взгляд на парня, на которого потратила десять лет своей жизни, после чего повернулась и направилась к дверям в госпиталь.
- Я женюсь на тебе Джессика Хопкинс! – кричал Кевин. – Ты моя женщина. Запомни мои слова. Мы будем...
Джессика вошла в здание больницы, закрыв за собой двери, и не услышала его последние слова. Правда заключалась в том, что девушка прежде просто не осмеливалась сказать своему парню о принятом решении. Значительно проще было свалить по-тихому: просто купить билет, собрать шмотки и исчезнуть. И дело не в том, что Джессика боялась, что Кевин начнет распускать руки, она опасалась, что не сможет от него уйти, если придется сказать об этом в глаза, что даст слабину и так и останется с ним. Но, как выяснилось, все оказалось не так уж и сложно.
Девушка даже не оглянулась, чтобы в последний раз посмотреть на парня, которого когда-то любила. Что было весьма кстати, поскольку в данном случае она бы увидела не только Кевина, но и зловещего монстра, возвышающегося за спиной ее бывшего парня.
А Кевин, этот несчастный засранец, даже не заметил, как слэшер приблизился к нему. Пока огромные пятерни Урагана, диаметром с обеденную тарелку, не стиснули его череп. Ногти впились в кожу и через считанные секунды черепные кости пошли навстречу друг другу. Голова Кевина превратилась в костлявый фарш, а парень, на свою беду так некстати заявившийся на встречу с Джессикой, пополнил и без того внушительный список жертв Урагана Уильямса.
Ей сказали расслабиться, закрыть глаза, просто полежать и постараться уснуть. Вполне очевидные рекомендации для человека, который совсем недавно чудом избежал смерти от рук страшнющего психопата, но, несмотря на все попытки следовать данным рекомендациям, сон так и не шел к Нэнси. Девушка ворочалась, периодически пыталась отвлечься, включала MTV, вновь старалась поспать, но прошло уже два часа, а она все еще бодрствовала.
Ладно, нет – значит нет, - решила девушка. За исключением саднящих порезов и синяков, Нэнси ощущала себя совершенно здоровой. На сто процентов. А с этими мелкими ранениями наилегчайше справятся диетическая пепси-кола в комбо с теплой ванной.
Девушка свесила ноги с койки, подняла с пола больничные тапочки, надела их и подошла к дальней стене палаты. Всю одежду забрал помощник шерифа Грейди.
- Это улики, - важно сказал он и унес с собой, пообещав взамен дать ей вещи своей младшей сестры, которая была приблизительно одного возраста и комплекции Нэнси.
Но Грейди куда-то пропал, и медсестры подыскали ей пару шорт "Левайс" и футболку "Эспирит".
Из обуви нашлись лишь пара кроссовок "Рибок" сорок четвертого размера да "Конверсы" сорок второго. Они определенно не подходили Нэнси, и девушка решила, что проще пока походить босиком или в тапочках, кроме того, она была уверена, что быстро удастся связаться с мамой, которая сразу приедет и заберет ее.
Но шли часы, а звонки Нэнси домой оставались без ответа. Наверно, отец опять выключил звук, - предположила девушка. Папа всегда жаловался, что звонок очень громкий и от его звука он словно из кожи выпрыгивал. По всей видимости, отец вырубил громкость перед сном, а пото́м забыл включить.
Нэнси скинула больничный халат, надела шорты, футболку и хотела было подойти к сестринскому посту, но вовремя одумалась, предположив, что сотрудницы госпиталя не дадут ей уйти. Поэтому девушка набросала записку, что все в норме, она чувствует себя во сто крат лучше, и оставила послание на койке. Утром она позвонит в Управление Шерифа Хэппидейла, сделает официальное заявление, ответит на вопросы и уладит все иные формальности, но сейчас девушка была преисполнена решимости убраться подальше от этого места.
Нэнси на цыпочках бесшумно прокралась к отделению неотложной помощи, где ее ранее подлатала Джессика. С сестринского поста доносился разговор двух дежурных сотрудниц больницы. Нэнси прикинула траекторию, по которой можно пробраться мимо этих дам незамеченной и без каких-либо проблем прошмыгнуть к выходу и выскользнула за двери. Девушка осторожно прикрыла их, подошла к телефонному аппарату на улице и набрала номер своей лучшей подруги.
Лучшие подруги навсегда! Так когда-то решили для себя шестилетние Хизер и Нэнси и с тех пор таковыми и оставались. Миновав двенадцатилетний рубеж, каждую субботу либо Хизер оставалась у Синклеров, либо Нэнси гостила с ночевкой у подруги. Иногда девчонки вместе делали маникюр, в другой раз могли печь кексы, но в основном проводили время в беседах о парнях или смотрели кино.
И вот как раз в предстоявшую субботу Нэнси должна была приехать к Хизер на, наверно, уже сотый сеанс "Легенды о Билли Джин". Таков, по крайней мере, был план в общих чертах. Однако в назначенное время преимущественно крайне пунктуальная Нэнси не появилась, что спустя полчаса отметила про себя Хизер. Еще час спустя хозяйка начала волноваться. Спустя час с четвертью Хизер позвонила Синклерам, но трубку никто не поднял. Бо́льшую часть вечера и наступившей ночи Хизер просидела, уставившись на свой телефонный аппарат в форме кота Гарфилда в надежде, что вот-вот раздастся звонок, и, конечно же, она услышит голос подруги с рассказом о причинах опоздания и извинениями. И через пару минут Нэнси приедет, и девушки с улыбкой обсудят это досадное недоразумение. Однако пошел уже третий час ночи, и Хизер поняла, что случилось что-то нехорошее.
Девушка лежала на кровати, нервно переключая каналы с помощью пульта телевизора под аккомпанемент урчащего живота (подруги сидели на диете), когда наконец-то зазвонил телефон!
- Алло, - воскликнула Хизер, даже не успев поднести трубку к губам.
Это была Нэнси. Из больницы Хэппидейла. Ее нужно было забрать. Хизер не спросила, что стряслось, вообще не потратила времени ни на один вопрос. Просто сказала, что будет через пятнадцать минут, и повесила трубку.
Родители Хитер в это время спали, но в любом случае они ни за что не пустили бы дочь за руль после наступления их семейного комендантского часа, поэтому будить их и отпрашиваться было бессмысленно, и девушка тихонько спустилась по ступенькам на первый этаж дома, миновала кухню, сняла с крючка задней двери связку ключей и тихонько вышла на подъездную дорожку. Хизер уже случалось проделывать подобное, она по собственному опыту прекрасно знала, что звук двигателя разбудит родителей, поэтому девушка поставила машину на нейтралку, сняла с ручного тормоза и выкатила автомобиль на дорогу, откуда его можно было завести, не опасаясь, что семейство Россов что-то услышит и всполошится.