Исход боя переменился.
Бакэ-недзуми лишились сил, «беса» и разума в виде Якомару одним махом. Все мутанты, которых они могли использовать, как монстры с порошком, тоже были потеряны. Им было негде прятаться, а отряд защиты дикой природы из других районов быстро окружил их и уничтожил.
Заместитель Якомару, Сквикер, вернул всех украденных младенцев и послал гонца для переговоров о мире. Но комитет отправил гонца обратно с вежливым письмом об отказе во рту. Он прислал еще гонца, заявляя, что сдается в обмен на жизни своих солдат, но в этот раз комитет вернул гонца в облике скопления мутировавших клеток рака.
Видя, что выхода нет, Сквикер повел оставшиеся отряды в бой, как самоубийц.
Но люди, желающие отомстить, не собирались давать бакэ-недзуми легкую смерть, и они медленно пытали каждого солдата до смерти.
Мы с Сатору участвовали в истреблении бакэ-недзуми, но я не хочу описывать это. Я не забуду две вещи. Первое: поле, выкрашенное в красный, полное запаха крови. Второе: крики тысячи бакэ-недзуми, очень похожие на людские.
Неделю спустя я увидела Якомару. Он осунулся, казалось, его лишили духа.
Он сидел в цепях на каменном полу и смотрел на нас.
- Якомару, помнишь нас?
Ответ был непонятным.
- Я Саки Ватанабэ из отряда экзовидов Отдела здоровья. Это Сатору Асахина с ферм Лотоса.
- Помню - донесся хриплый ответ после паузы. Вы убили нашего мессию и поймали меня в туннелях под Токио.
- О чем ты? Мы его не убивали! рявкнул Сатору. Ты придумал тот жуткий план убить Марию и Мамору, да? Их осиротевший ребенок убил сотни людей из-за тебя! Все это из-за тебя.
Якомару не ответил.
- Скоро тебя будут судить. Но до этого я хочу спросить, - тихо сказала я.
Обычно экзовидов не судили, но комитет решил заняться этим особым делом. Они проверили случаи судов над зверями в Европе тысячу лет назад, чтобы провести первый суд, где обвиняли не-человека. Но Якомару не сможет толком говорить, да и вряд ли он рассказал бы правду.
- Зачем ты все это сделал?
- Все это? Якомару слабо улыбнулся.
- Твои преступления не счесть. Я хочу знать, зачем ты безжалостно убил всех тех людей.
Якомару неудобно повернул голову, чтобы посмотреть на меня.
- Это было частью стратегии. Как только началась война, нам нужно было сделать все, чтобы победить. Если бы мы проиграли я был бы в том же положении, чем и сейчас.
- Так зачем ты пошел против людей?
- Потому что мы не ваши рабы.
- О чем ты? Мы просили вас платить налог и работать на нас, но мы всегда признавали вашу полную автономию, так ведь? резко сказал Сатору.
- Только когда господа в хорошем настроении. Но стоит нам вызвать гнев по малейшей причине, как колонию стирали. Может, мы были даже ниже рабов.
Я вспомнила, как Киромару сказал почти такое же.
- Истребление колонии высшее наказание. Оно только для худших случаев. Если бы вы не убивали людей и не выступали против нас
Я вспомнила о наказаниях, которые выполнял отряд экзовидов.
- Что было раньше: курица или яйцо? Так или иначе, наши жизни похожи на пузыри на поверхности пруда. Разве не естественно желать избежать такой судьбы? сказал Якомару, скаля зубы, высоко подняв голову. Мы очень умные создания. Мы не уступаем вам ни в чем. Разница лишь в том, что у вас есть эта мерзкая сила, а у нас нет.
- Твоих слов уже хватает для смертного приговора, - сказал Сатору, холодно глядя на Якомару свысока.
- Моя судьба все равно не изменится, - Якомару пожал плечами.
- Ты говоришь, что действовал так на благо колонии. Киромару думал по-другому. Даже если ты хотел объединить колонии, как ты оправдаешь то, что сверг королев, и как с ними обошелся после этого?
- Киромару знаменитый генерал, но держался старого образа мышления и не видел суть проблемы. Пока власть у королевы, реформы невозможны. Я не пытался начать революцию ради своей колонии.
- Тогда зачем? Чтобы утолить жажду власти?
- Мы зовем колонией не просто собрание личностей. Это было ради моего вида.
- Вида? Это громко. Ты послал своих солдат умирать, не моргнув глазом.
- Как я и говорил, это все было частью стратегии. Все бесполезно без нашей победы. Как только мы победили бы, все жертвы были бы не напрасными.
Сатору цокнул языком.
- Ты громко говоришь. Но ты проиграл. Ты сказал, что без победы все бесполезно, но ты все равно проиграл.
- Да, потому я заслужил умереть уже сто раз. У меня был сильный козырь, мессия, но я все потерял из-за простой уловки, - Якомару опустил голову. Мы могли изменить историю мы могли достичь большой мечты, свободы своего вида. Такого шанса может больше никогда не быть.
- Идем, Саки. Разговор с ним трата времени.
- Постой, - я задержала Сатору. Якомару.
- Меня зовут Сквилер.
- Сквилер. Я хочу тебя кое о чем попросить. Извинись от всего сердца за всех людей, которых ты убил.
- Хорошо, - с сарказмом сказал Якомару Сквилер. Только если сначала вы извинитесь перед моим видом, который топчете ногами, как червей.
Суд был фарсом.
Преступления Якомару перечисляли, и зрители (все в районе, кто не был больным или раненым) гневно повысили голоса.
Когда прокурор Кимото, которая была помощницей Томико, увидела, что толпа взволнована, она повернулась к Якомару, прикованному к стулу.
- Якомару, это твой шанс объясниться.
- Меня зовут Сквилер! громко закричал он. Зрители громко загудели.
- Ты нагло отрекаешься от имени, милосердно подаренного тебе городами, зверь?
- Мы не звери или рабы!
Гнев толпы был на пике. Утечка проклятой силы была такой большой, что давление в комнате вызывало головную боль. Хоть он знал, что смерть неминуема, Якомару был подготовлен и не дрогнул.
- Если вы не звери, то кто вы?
Сквилер медленно оглядел всех. Мое сердце дрогнуло, когда я поймала его взгляд.
- Мы люди!
Зрители затихли. А потом рассмеялись. Смех продолжался, даже Кимото улыбалась. Толпа утихла, и Сквилер заговорил, не дав Кимото открыть рот:
- Смейтесь, сколько хотите. Зло не будет безнаказанным! Даже если я умру, найдется тот, кто продолжит мое дело. И тот день станет концом вашей тирании!
Комнату охватил хаос. Многие кричали, чтобы Сквилера разорвали на части, кричали так, что вены выступили на лбах.
- Постойте. Все, тише - Кимото пыталась перекричать толпу. Послушайте! Просто убить его слишком мягкое решение, верно? Подумайте о его преступлениях. Мы только подарим ему спокойствие. Я предлагаю для него вечные муки!
Толпа одобрительно заревела.
Я тихо вышла из комнаты, Сатору следом.
- Что такое? Не думаешь, что он получил по заслугам?
- А ты так думаешь?
- О чем ты? Твои родители, моя семья, многие люди района погибли из-за него.
- Да, но разве есть смысл в такой жестокой мести? Просто убейте его, и делу конец.
- Они не смогут принять это. Послушай их.
Их крики было слышно на мили вокруг. Крики стали воплями «Вечный!» и «Ад!».
- Я уже не знаю, что правильно, - прошептала я.
После суда, что длился полдня, Сквилера приговорили к вечному аду, включающему сигналы боли во всех нервных клетках его тела при постоянном восстановлении ущерба с помощью проклятой силы, лишая его спасения в смерти или безумии. Это было наивысшее наказание.
В таком состоянии Сквилер сможет жить сто лет.
Я вспомнила слова Томико об агонии, какой не испытывало ни одно живое существо, при медленной смерти.
Эти слова стали реальностью.
И в моем сердце осталась только безграничная пустота.
Я собирала овощи и листья, бросала их в миску. Этого не хватало для прожорливых землекопов, но еды было мало даже для людей, так что я ничего не могла поделать.
Я прошла по Отделу здоровья, где еще не убрали ущерб, и попала в разбитую лабораторию. Крыша здания пропала, открыв все стихиям, но почти все стены были целыми. Часть сети стеклянных трубок, что была их домом, была разбита, и их было опасно использовать, так что 35 голых землекопов теперь жили под землей, как в дикой природе. Стены тянулись под землю, так что они не сбежали бы.
Я высыпала еду в зоне кормления. Рабочие крысы, уловив вибрацию, стали собираться. Последней прибыла королева, Салями, и ее самцы. Рабочие крысы расступились, пропуская ее большое тело, и она забрала свою часть еды.
Когда я узнала, что землекопы выжили, я ощутила странное разочарование. Конечно, крысы были невинны. Мы не могли убить их, а если их выпустить мы навредили бы окружающей среде. Так что мы решили дальше заботиться о них.
Но они были неприятными. Они были некрасивыми, занимались кровосмешением. Было сложно развить к ним симпатию. Даже до этого я задавалась вопросом, почему мы выбрали такое жуткое создание и прекратили проклятой силой в нечто с разумом, равным людскому.
Покормив их, я вернулась в Отдел здоровья. Хоть здание было повреждено, оно не сгорело, почти все книги были на месте. Мне нужно было выбрать самые важные, которые через пару дней перенесут в новое здание.
При новом совете отряд экзовидов работал не при Отделе здоровья, а отчитывался Комитету этики. Я стала членом Комитета этики и первым главой отряда экзовидов. Мне нужно было убедить Комитет этики, что не стоит истреблять всех бакэ-недзуми в Канто. Как ни крути, не было смысла наказывать верные колонии из-за одной, что предала нас. И мне нужно было сдержать обещание, данное Киромару, и спасти его королеву.
Было непросто рассортировать 50 коробок документов, но я решила сделать это сама. Я рылась в библиотеке отряда экзовидов, листала бумаги, которые не успевала прочесть до этого, и с ними возникла волна вопросов.
Некоторые документы были скрыты от тех, кто не работал в отряде. Я понимала это.
И сегодня меня увлекли книги, которые я принесла проверить. У меня была гора документов для сортировки, но я не могла удержаться и заглядывала в каждый.
Но у меня еще были планы на сегодня, так что на чтение не было времени.
- Саки, - Сатору прошел в комнату через разбитую дверь.