- О, можно использовать это, - Сатору снял с руки кровавый бинт.
Без бинта рана снова кровоточила, но не выглядела серьезно.
- Это поможет обмануть их. Бес подумает, что твое лицо пострадало при взрыве психобастера.
Киромару обмотал бинтом голову.
- Теперь мы готовы. Но, пока мы не ушли, я могу у вас кое-что попросить? вежливо спросил Киромару, выглядя как живая мумия.
- Мы постараемся помочь.
- Когда все кончится, все в деревне будут просить полного уничтожения бакэ-недзуми. Но, прошу, пощадите королеву колонии Шершня. Она жизнь и надежда каждого члена нашей колонии она наша мама.
- Хорошо. Это я могу пообещать.
- Я обещаю. Что бы ни случилось, я не позволю убить вашу королеву. И вашу колонию восстановят.
Хоть его лицо скрывали бинты, я ощущала, что Киромару улыбался.
- Теперь у меня есть ваше слово, и я уже не должен сдерживаться. Я хочу разорвать этого ублюдка с дикими заблуждениями на клочки.
Мы добрались до главного туннеля.
- Как и решили до этого, я буду считать до десяти. Начнем с нуля. Я буду считать по секундам. На один Сатору остановит ветер. На два, три, четыре он изменит направление ветра и создаст зеркала. На пять, шесть, семь я нападу. И мы побежим на восемь
- Хорошо.
- Понятно.
Я глубоко вдохнула.
Все решится за минуту. От этой мысли ноги ослабели. Я уже так долго прожила, что думала, что буду храбрее в этот миг, но я все равно была в ужасе.
Я могу умереть.
Я так много хотела сделать. Я не могла вынести мысль, что пропаду, и тело сгниет в земле.
Я не этого боялась.
Я боялась, что умру напрасно. Что не смогу остановить беса и погибну без результата. Что на грани смерти я услышу фанфары в честь победы Якомару, и смогу лишь извиниться перед людьми за свое поражение.
Моя голова кружилась, во рту пересохло от нервов.
Успокойся. Думай о том, что нужно сделать.
Я пыталась успокоиться.
- Готовы? Десять, девять, восемь, семь
Мое сердце забилось быстрее, пока я считала, тело напряглось, готовясь к бою.
- Три, два, один, ноль.
Ветер вдруг ослабел. Сатору создал стену на дальней стороне туннеля, остановив ветер. Он создал перед стеной вакуум.
- Раз.
Зеркало появилось в воздухе.
- Два, три, четыре.
Сатору занялся воздухом. Направление ветра изменилось, когда он отправил ветер в вакуум. Я его едва ощущала, но пылинки стали двигаться в другую сторону. Зеркало медленно крутилось, показало солдат справа от нас.
Я выбрала одного из солдат. Его смерть должна быть зрелищной. Я не могла тихо сломать ему шею. Я тихо произнесла мантру.
- Пять.
Голова солдата взорвалась с брызгами крови.
- Шесть.
Остальные солдаты стали испуганно стрелять из ружей. Они не слышали, как Якомару приказывал им прекратить. Как только аркебузы выстреливали, их нужно было перезарядить.
- Семь.
Стрельба прекратилась. Я выбрала двух бакэ-недзуми и ударила их об потолок. Камни, кровь и плоть посыпались на них. Осталось три солдата. Один повернулся и побежал, другие следом.
- Восемь!
Киромару вылетел из туннеля, а я за ним.
Он выглядел неуклюже, но был высоким бакэ-недзуми, и было сложно отличить его от человека, пока он бежал на задних лапах по темному туннелю.
Я смотрела поверх плеча Киромару, заметила фигурку впереди. Она была с рыжими волосами. Ребенок смотрел на нас с открытой ненавистью.
Киромару хорошо изображал человека. Он мог превзойти Инуи, играющего бакэ-недзуми. Он бежал, делал вид, что использовал проклятую силу, направляя руки на убегающих солдат.
Я тут же ударила по голове одного из солдат. Запах крови в узком туннеле мешал дышать.
Бес вой ребенка был скорее звериным, чем человеческим.
Киромару вдруг застыл, словно врезался в стену.
Дыра, что вдруг появилась в его теле, была такой большой, что я могла видеть сквозь нее. Кровь окатила меня с головы до ног, кишки Киромару вылетели в воздух и шлепнулись с громким хлюпаньем.
Ребенок понял, что что-то не так, прекратил колдовать и смотрел на Киромару.
Человек сразу умер бы. Но Киромару еще стоял. Он должен был сделать еще кое-что. Дрожащей лапой он стал разматывать бинты на голове.
В туннеле стало тихо.
Бинты упали, открыв, что он бакэ-недзуми, и ребенок застыл на месте.
Киромару произнес последние слова на своем языке и упал на землю. Я подбежала к нему, но было ясно, что он уже умер. Он удовлетворенно улыбался.
Раздался жуткий крик, я подняла голову.
Ребенок выглядел ошеломленно. Он задрожал, капли пота выступили на его лбу.
Я хотела отвернуться, но прикусила губу и заставляла себя смотреть.
Сын Марии и Мамору упал на колени, схватился за левую сторону груди.
Отдача смерти активировалась в тот миг, когда он понял, что убил одного своего вида.
Я прикусила губу до крови. Он не мог сбежать. Он
Резкая боль пронзила мою грудь. Холодок пробежал по телу, волоски встали дыбом.
Как гром среди ясного неба. Меня тоже накажут?
Я не думала, что активируется моя отдача, но, пока я хотела убить человека, возможность была.
Сатору бросился ко мне.
- Саки, что такое?
Мне было плохо. Когда я осознала, что ребенок умрет, грудь заболела. Я отчаянно думала, что не убью его. Я не убивала его. Не убивала.
И вдруг я задумалась, почему хотела выжить. Все, кого я любила, умирали один за другим. Почему я хотела жить с таким бременем?
Боль пропала. Я была еще жива? Я подняла голову, Сатору мне улыбался.
- Не переживай все в порядке.
Он обнял меня до боли.
Я устроила смерть ребенка, но не напала напрямую. Потому отдача за смерть не активировалась полностью, а боль была предупреждением.
Я снова посмотрела на ребенка. Он лежал неподвижно. Все было кончено.
Якомару стоял, склонившись в сторону.
Я заметила цвет волос ребенка. Такие, как у Марии.
Доказательство, что она жила Я не хотела его убивать. Но выбора не было.
Слезы покатились по моему лицу.
Если бы он родился в городе, он был бы добрым и умным мальчиком.
Ребенок не был виноват
Даже сейчас я порой сожалела о содеянном. И хоть я знала, что это не сбудется, я все равно желала. Я хотела, чтобы он умер как человек.
Война быстро подошла к концу.
Потеряв козырь, Якомару понял исход боя. Он уже не боролся, и мы поймали его и его отряды, захватили корабли и вернулись в город.
Многие люди решили убежать из города, были в процессе отбытия. Но, как только мы сообщили, что «бес» был мертв, все изменилось.
Томико и многие члены Комитета этики были мертвы. Временную организацию, принимающую решения, назвали Комитетом восстановления закона и порядка. Они собирались напасть на бакэ-недзуми.
Несмотря на юный наш возраст, мы с Сатору оказались членами комитета.
Многие лидеры в районе были мертвы, и у них не было возможности выбирать из старших. Многие были двадцати-тридцати лет, проявившие себя в боях с бакэ-недзуми.
Мои родители были среди мертвых. Сатору потерял всю семью.
Я расплакалась, когда узнала. Я думала, что слезы кончились, но плакала днями.
Позже я поговорила с людьми, которые видели моих родителей перед смертью. Они вернулись в район перед критической фазой войны.
По приказу Якомару труп Шисея Кабураги повесили на Священном барьере. Тех, кто это видел, охватывал ужасный страх. Они теряли волю к сражению, убегали в панике. Благодаря «бесу», бакэ-недзуми быстро поймали почти сотню людей.
На этом этапе Якомару стал брать заложников, а не просто убивать их. Их глаза были завязаны, это мешало им использовать проклятую силу. Их запирали в сараях.
Те, кто еще не сдался и боролся с бакэ-недзуми, избегали демона и вредили врагу.
Мои родители прибыли посреди этого и отправились к школам, чтобы выпустить нечистых котов.
Коты были умнее, чем я думала. Отслеживать людей по запаху было просто, но они запоминали лица с рисунков и правильно узнавали мишени недели спустя.
Мои родители отпустили всех двенадцать котов, и они скрылись в развалинах города и ждали шанса убить «беса». Они почти преуспели в один момент.
По словам людей, смотревших с крыш, нечистые коты действовали слажено, пока не обнаружили «беса».
«Бес» и его стража шли на юг, когда коричневый кот пришел с запада, а серый с востока. Запах коричневого кота бакэ-недзуми уловили, стали выстраивать защиту с запада. И серый кот смог напасть.
А потом появились третий и четвертый коты и напали с севера. Один из котов, пятнистый, зашел с юга. Коты, казалось, должны были победить, ведь, каким бы сильным и талантливым ни был «бес», он не мог биться с несколькими нечистыми котами сразу.
Но стражи смогли избежать атаки. Стражи были мутантами с острыми иглами на спинах, которые были опасными даже для котов. Пока коты сбивали стражей и распарывали их мягкие животы, «бес» успел разобраться с котами.
Нечистые коты не смогли одолеть «беса», но замедлили его, и больше жителей города успели сбежать.
Нечистые коты боролись с «бесом», а мои родители отправились в библиотеку и уничтожили все книги, что могли стать опасными в лапах врага. Но дым привлек внимание врага, и когда мои родители покидали библиотеку, они столкнулись с «бесом»
Как и все, кто пожертвовал собой, мои родители не умерли напрасно. Но стало ясно, у кого было преимущество. Наши шансы одолеть «беса» были почти нулевыми.
И тут «бес» стал вести себя странно, словно отвлекся. И многих успели спасти, но причина перемены была не ясна. Может, молитвы, изгоняющие «беса», все же работали.
Якомару узнал об этом от пленников с помощью пыток и отправил элитные отряды разбираться с ситуацией. Многие его отряды покинули город, отправились сжечь Храм чистоты. Мушин, Гёша и почти все монахи погибли. Никто не мог остановить беса.
А потом Якомару пошел за нами, используя информацию из храма.
Вернемся к настоящему. Новость о смерти «беса» разошлась как огонь, сжигая страх в сердцах людей, заменяя его ненавистью и желанием мстить.
В это время прибыло подкрепление из Таинаи-84 и Коуми-95.