В ярости я содрал с себя и рубаху, представ перед всеми полуголым. В глазах противника появились искорки неуверенности. Высокий рост уже не казался таким большим преимуществом.
Мы медленно начали сходиться, я дополнительно накручивал в себе ярость, этот двухметровый детина теперь стал в моих глазах олицетворением всех моих бед. Когда мы встретились глазами, стало ясно, что он боится. Натурально боится. А ведь он явно опытен, не вчера взялся за опасное ремесло, участвовал в набегах, крушил врагов своей секирой. А теперь, посмотрев мне в глаза, он увидел там нечто такое, что страшнее даже обычной смерти.
Но отступать ему было уже поздно, он сам вызвался мстить за родственника, брата или свата, не знаю кого. Давать заднюю было невозможно, свои бы не поняли.
Бой начался. Противник мой, если бы он имел хоть какое-то представление о боксе, постарался бы держать меня на расстоянии с помощью длинных рук. Весили мы примерно одинаково, а потому его удары для меня тоже будут чувствительны, пропускать их нежелательно. Вот только молодой воин такими глупостями никогда не заморачивался, а потому попёр вперёд, даже не прикрываясь руками.
Увернувшись от прямо удара в голову (для этого даже особых талантов не потребовалось, просто пригнулся на несколько сантиметров) я прошёл на ближнюю дистанцию и врезал правой в район печени, не интересуясь результатом, проскользнул под его рукой и добавил сбоку ногой в колено. Но теперь наша разница в росте подвела уже меня, целился я в колено, удар, скорее всего, закончился бы вывихом или переломом, а попал ниже, отбив икру.
Мы снова разошлись, только теперь он хромал и пытался восстановить дыхание. Вообще, удивительно, что он ещё стоит, там явно рёбра сломаны и ливер отбит напрочь. Поняв, что спасение его в движении (неправильно поняв, нет для него спасения), он снова кинулся в бой. И снова допустил ошибку, подпустив меня близко. Целился я в подбородок, после такого удара он бы точно не встал, но голова мотнулась, поэтому мой кулак прошёл вскользь по щеке. Но и это принесло свои результаты, щека изнутри была разрублена зубами, он сплюнул кровь и сделал два шага назад. Его товарищи, что до этого кричали ему слова поддержки и били в щиты, теперь вдруг замолчали. А мы стали сходиться в третий раз.
Цирк этот начал надоедать уже мне. Надо было заканчивать, желательно быстро и эффектно. А для этого следует только перевести его в партер. Рискнув, я пропустил неуверенный удар в лоб, повис у него на руках, мы сцепились в клинче, после чего огромная фигура перелетела через плечо, растянулась на земляном полу, а сверху уже приземлился я, выламывая руку в классическом болевом приёме. Послышался громкий хруст костей, рука согнулась в обратную сторону, раздался крик боли.
На этом можно было и закончить, противник более не способен продолжать бой. Вот только цель поединка заявлена, и отступать от неё я не намерен ни на шаг. Он бы в аналогичной ситуации меня не пощадил. Не знаю, чего в моих действиях было больше, ярости или желания произвести эффект, а может, я просто слишком привык убивать.
Чтобы прекратить его крик, что плавно переходил в тонкий писк, недостойный воина, я нанёс удар раскрытой ладонью в корень носа. Нос, естественно, сломался, став похожим на утиный клюв, сознание он не потерял, но от болевого шока лишился возможности двигаться и произносить звуки.
А меня было уже не остановить. Я рванул рубаху у него на груди, а потом изо всех сил ударил в сердце, а потом ещё и ещё, разбивая рёбра в крошево, он кашлянул кровавой пеной, а я уже рвал кожу на его груди. Через небольшую рану моя рука залезла в горячие внутренности, схватила трепещущее сердце и рванула его наружу. Артерии оторвались с мокрым треском, а кровавый комок оказался снаружи. Встав на ноги, я поглядел на оторопевших викингов. Они были жестокими людьми и никогда не боялись крови, но, столкнувшись со мной, поняли, что их жестокость не идёт ни в какое сравнение с моей. На всякий случай рядом стояли стражники, предупреждая возможные глупости с их стороны, но, на мой взгляд, это было излишним.
Я подошёл к их старшему, тому самому, что так настаивал на поединке, бросил ему под ноги сердце, которое ещё продолжало биться, плюнул на него и, с трудом вспомнив забытую технику разговора, процедил сквозь зубы:
- Ты сам этого хотел.
Он понял меня и без переводчика. А я развернулся и спокойно пошёл в другую сторону, где сейчас Иерофант заботливо подбирал мои доспехи и одежду.
- Зря ты так, - спокойно сказал маг, видно было, что и он впечатлён. – Не следовало их злить.
- А то что? – презрительно спросил я. – Они захотят меня убить? На здоровье. Меня слишком многие хотят убить, как и тебя, кстати. Пусть становятся в конец очереди.
Глава шестая
Оставшиеся дни мы провели на осадном положении в том самом доке, где дневали и ночевали портовые рабочие и наша будущая команда. Пришлось отказаться от комфорта в пользу безопасности. Когда всё было уже готово, а корабли спущен на воду, у меня вырвался вздох облегчения. Оставалось ещё загрузиться, все необходимые припасы были закуплены капитаном сильно заранее, а теперь хранились в небольшом складе неподалёку.
Вечером седьмого дня корабль стоял у пристани, команда разбиралась со снастями и поднимала паруса. Портовые грузчики, словно муравьи, непрерывно таскали на борт ящики, мешки и бочонки с припасами. До отплытия оставалось всего ничего, отправив Аркона в каюту, мы с Иерофантом стояли на пристани, делая вид, что контролируем погрузку, хотя на самом деле просто ожидали от наших преследователей последней подлости.
А бояться было чего. Аркон со своей удивительной чуйкой все эти дни упрямо твердил, что нас уже обложили, как медведя в берлоге, следят днём и ночью и готовят нападение. Как бы то ни было, а после первой неудачи враги наши слегка присмирели и больше не показывались. Возможно, расправиться с нами своими силами они не могли физически, а нанять на это дело других уже не получалось.
Чем ближе было отплытие, тем больше я нервничал, всё крепче сжимая рукоять меча. Кроме нас в этот момент грузилось ещё несколько кораблей, среди которых был и корабль тех самых викингов, с которыми я успел так жестоко поссориться. Впрочем, они пока не высказывали никакой агрессии в наш адрес и вообще старательно делали вид, что нас не замечают. Да и никого из наших знакомцев среди них не было видно.
- Как думаешь, где они? – негромко спросил я у мага, не поворачивая головы.
- Рядом, - уверенно ответил он, пробегая глазами по окружающим строениям. – Совсем рядом, наблюдают за нами.
- Думаешь, дадут нам уйти?
- Люди короля Этельреда – это не армия и не взвод боевых магов, они не представляют силу сами по себе, это разведка, несколько человек с деньгами, скорее всего маскируются под купцов, имеют обширные связи с городской верхушкой и многочисленную агентуру в низах. Они могут нанять кого-то для нашего устранения, или натравить на нас власти.
- Уже попытались, - заметил я.
- Думаю, они просто ошиблись в выборе людей, при желании можно было выжать из драки с северянами больше, но те, верные своим традициям, упёрлись в требование поединка, а судью, как я понял, купить не удалось. Но это не значит, что они не попробуют снова.
- Поздно пробовать, - заметил я. – Через четверть часа мы отплываем и нас уже будет не найти.
- Не уверен, - Иерофант тоже ощутимо нервничал, озирался по сторонам, а между пальцев у него то и дело проскакивал знакомый огонёк. – Всё ещё может измениться в последний момент, боюсь, нам придётся прорываться отсюда силой.
- Прорвёмся, - уверенно сказал я, скрестив руки на мече.
И тут оказалось, что маг накаркал. По пристани стройной колонной маршировала городская стража, все в броне и с оружием, мечами и алебардами. И с очень решительным видом, так простой патруль не ходит, да и где вы видели простые патрули в полсотни рыл? А впереди, степенной походкой шагал пожилой господин в тёмно-фиолетовой мантии, на шее которого висела толстая золотая цепь с непонятным символом в виде восьмиконечной звезды. По всему было видно, что это чиновник не из последних. Он имел густую седую бороду почти до пупа, а на коротко подстриженных чёрных волосах красовался странный головной убор, напоминающий тиару папы римского.
- Вот и началось, - спокойно сказал маг, а я с удовлетворением отметил, что погрузка завершена, последние грузчики подошли к капитану за расчётом.
- Поднимайте паруса, - запоздало крикнул я капитану, но тот и без меня уже сообразил, что пора сваливать.
- Не спешите, - важным голосом заявил чиновник, когда колонна поравнялась с нами. – У меня есть постановление городского бургомистра о вашем задержании.
- Можно полюбопытствовать, в чём нас обвиняют? – спросил я, краем глаза наблюдая за суетой на палубе, моряки дело знали и о возможных осложнениях при отплытии были предупреждены. – Ведь инцидент с северянами теперь полностью исчерпан, так нам сказал главный городской судья.
- Та безобразная драка тут ни при чём, - заявил чиновник, вынимая из складок мантии бумажный свиток, видно было, что он нервничает, - бургомистр постановил задержать вас по запросу наших ближайших соседей, а именно, короля Этельреда. Сейчас вас проводят в городскую тюрьму, а после отправят с нарочным в королевство.
- А всё же, что насчёт обвинения? – спросил Иерофант, хитро прищурившись. – И с каких пор власти Вагруса выдают людей в другие королевства?
- Вы обвиняетесь в ереси и тёмных чарах, - заявил чиновник, видно было, что информирован он весьма поверхностно. – А также в поклонении древним богам и убийстве людей короля.
- Насколько мне известно, - маг уже откровенно издевался, солдаты попытались подняться на борт, чтобы остановить приготовления, но не смогли этого сделать и теперь просто бестолково топтались у трапа. – Вагрус всегда был веротерпимым городом, в котором разрешалось поклонение абсолютно всем известным божествам, запрещались только человеческие жертвоприношения, но в этом вы нас обвинить не можете.