— Не повезло? — спросил он Пита, когда девушка ушла.
— Она должна вернуться к своим друзьям. Но у меня есть ее номер телефона.
— Она очень милая. — Он прислонился к стене, стараясь не уронить со стены пьяную зеленоволосую фею. Темная пена щекотала его губы, когда он сделал очередной глоток. Пиво по вкусу напомнило хмель и шоколад. Выпив половину бокала, он прижал его к груди.
— Итак, когда ты собираешься закупить все необходимое для вечеринки?
— В четверг. Довольно холодно, чтобы оставлять все на улице.
— Мясо нужно будет разморозить, Пит. В такую погоду оно будет твердым, как кирпич, я не хочу, чтобы оно сгорело на гриле.
Пит хлопнул его по плечу.
— О, успокойся. Эй, а вот и появились твои будущие родственники.
Пиво почти выскользнуло у него из рук. Господи, подумал он, увидев Таннера и Мередит.
Пит приподнял бровь.
— Значит, с семьей Джилл не все так хорошо? Должно быть очень тяжело. Я знаю, как много они для тебя значили, пока мы росли.
Он вспомнил о том разговоре в кабинете у дедушки Джилл.
— Ага.
— Ого! — У Пита отвисла челюсть. — У тебя появилась новая проблема. Горячая французская цыпочка без пяти минут будет здесь. Черт побери, все, кто раньше думал, что ты гей, потому что готовишь французские блюда, сейчас готовы съесть свои слова.
Брайан толкнул его локтем, когда к ним подошла Симка, одетая, как обычно, в черную юбку-карандаш, туфли с острыми носами на шпильке и накинутую красную кашемировую шаль поверх белой шелковой блузки.
— Привет, Брайан, — произнесла Симка с хрипловатым акцентом, но тут же остановилась, видно собираясь его по-французски поцеловать в обе щеки. Он улыбнулся тому, что она поняла его благодарность, что она этого не сделала.
Ее губы изогнулись в улыбке.
Он переступил с ноги на ногу. Все в баре уставились на них. И он почувствовал от этого дискомфорт, скользящий вниз по спине. Он отхлебнул еще пива. Как он думал о том, чтобы заняться с ней бизнесом в Дэа, если не мог справиться с невинной толпой, пялящейся на него, в «Хайерс»?
— Я решила поближе познакомиться с этим городом, поскольку, возможно, останусь здесь, — заявила Симка.
Пит кашлянул и сделал глоток своего пива.
— Прошу прощения?
Ну и отлично. Теперь ему придется все рассказать Питу, чтобы тот держал рот на замке. Брайан сверлил его пристальным взглядом.
— Может, мы откроем совместно ресторан здесь в Дэа, но пока еще ничего не решено, так что ничего никому не говори.
— Не буду... ты хочешь, чтобы я поклялся на мизинцах?
Брайан фыркнул.
Симка уперла руки в бока.
— Похоже, тебе можно доверять. Ты ведь лучший друг Брайана, Пит, верно?
У Пита задергался глаз.
— Да, а как вы узнали?
— Брайан много рассказывал о тебе в Нью-Йорке.
Его друг выглядел так, словно готов был рухнуть на колени от ее внимания к его персоне.
— Могу я предложить вам выпить?
Она наморщила нос.
— Мне кажется здесь вино просто ужасное, да?
— Отвратительное, — подтвердил Пит, содрогаясь.
— Может ирландский кофе? Спасибо тебе, mon cher.
Пит отправился выполнять ее заказ.
Еще один мужчина оказался под чарами Симки, и она это знала. Брайан кинул взгляд через плечо. Темные глаза Таннера даже не моргнули, когда их взгляды встретились. Мередит с отвращением покачала головой.
Брайан снова повернулся к Симке, загоняя ее в угол.
— Ну, это очень неловко.
Люди вокруг него притихли и подались всем телом к ним ближе.
— Я счастлива увидеть тебя. — Она открыла дизайнерскую черную сумку и протянула ему конверт из плотной бумаги. — Я составила меню в продолжение нашего разговора. Что подойдет… для Дэа. Я все еще работаю над рестораном, надеюсь в Нью-Йорке, в зависимости от того, что ты решишь.
Он просмотрел оба варианта, его сердце колотилось в такт сердитой ирландской музыке.
— Гениально. Мне нравится, твое сочетание мяса дичи с органическими продуктами. Прямо из ферма к столу — это отличный пункт продажи здесь.
— Я рада, что тебе понравилось. — Она придвинулась ближе, рассматривая меню. Взгляды и шепот исчезли, перед глазами появилась оленина с выращенной на ферме капустой с белыми бобами — дерзкий западный взгляд на французское блюдо «касуле».
Он отставил стакан с пивом в сторону.
— Это именно то, что я себе и представлял.
Их взгляды встретились. Он заметил, как забилась жилка у нее на шеи.
Она все еще была неравнодушна к нему, он понял по ее взгляду и языку ее тела. Он сделал шаг назад.
— Но не уверен, что это сработает, Сим.
Ее рука коснулась его плеча.
— Давай оставим решение не на сегодняшний вечер. Я найду Пита и выпью кофе. Здесь все следят за нами, не так ли? Нью-Йорк совсем другой. Я не уверена, что местные жители когда-нибудь перестанут пялиться на нас, даже если мы будем только вместе управлять рестораном. И хотя я не против внимания, но не такого.
Бинго.
— Согласен.
— Оставим разговор на потом. — И пока она шла, толпа расступалась перед ней.
Он направился в мужской туалет, подальше от глаз, чтобы вздохнуть пару раз воздуха. Никто не должен был так на него смотреть, в конце концов, он не мудак. Он постучал головой по желто-зеленой кафельной стене. Концепция и меню были всем, на что он мог рассчитывать, но Симка все еще испытывала к нему чувства, хотя больше он не мог ответить тем же. Джилл не была слепой. Если бы она увидела, как Симка смотрит на него, когда они готовили конфи с уткой, она бы разозлилась. А он больше всего на свете хотел вернуть доверие Джилл. Сможет ли Джилл поддержать его партнерство с Симкой, если он попробует ее убедить, что она может довериться ему?
Он расправил плечи, стараясь не обращать внимания на пристальные взгляды. На мгновение ему захотелось снова оказаться в Нью-Йорке или в любом другом большом городе, где он мог бы остаться незамеченным. Когда он вышел из туалета, Таннер стоял у единственного оставшегося телефона-автомата в Дэа.
— Мне пришлось удерживать свою жену, чтобы она не вломилась в мужской туалет, она хотела задать тебе вопрос — зачем ты разговариваешь с этой женщиной? Я не счастлив от этого.
Он упер руки в бока, позволяя праведному гневу скрыть обиду, которую чувствовал, что Хейлы ополчились против него и больше ему не доверяют.
— Я не сделал ничего плохого.
— Ты переступаешь черту, Брай, и делаешь Джилл несчастной, и это меня начинает бесить.
Брайан шагнул прямо к нему, сказав в лицо:
— Ты ни черта не знаешь, о чем говоришь. Все, что я сейчас делаю — это для счастья Джилл. — Разве он не переехал к ней? Разве он не пытается доказать, как сильно ее любит?
— Тогда тебе лучше поосторожнее так смотреть на Симку.
— Ты неправильно все понял. — Брайан сжал кулаки, чтобы не наброситься на него. — Может твоей жене лучше заняться своими делами, поскольку она не присутствовала при нашем разговоре с Симкой.
Скривив губы, как волк, готовый защищать свою пару, Таннер сказал:
— Мере переживает за свою сестру, и я тоже.
«Гиннесс» обжег ему желудок, словно он выпил полбутылки ирландского виски.
— Не переживай. У нас все хорошо. Оставь нас в покое.
И он ушел. Мередит поджидала его на выходе из коридора к туалетам.
— Брайан…
— Нет, — почти рявкнул он. — С меня достаточно Таннера. Я ухожу. — Он написал Питу, двинувшись на выход. Пит поймет, почему он должен был уйти.
Он выбрался сквозь толпу к входной двери. Когда холод ударил ему в лицо, он обрадовался. Расправив плечи, направился к Джилл, прекрасно осознавая взгляды, которые преследовали его, когда он пересекал Майн-стрит и сворачивал за угол.
Как он собирается остаться в этом городе, когда все ждут, что он в очередной раз облажается?
32
Пэгги бросила «Вестерн Индепендент» в мусорное ведро. Не слишком ли это по-детски, странное желание скомкать страницу с планом отеля Мэйвена, растоптать ее?
Она включила компьютер. Должен же быть какой-то способ остановить его план реконструкции отеля под казино. Он стал героем города после того, как спас Кита. Она испытывала конфликт сама с собой между благодарностью и досадой. Застучав по клавишам, вошла в полицейскую программу.
Работая, она вспоминала отца, когда тот вернулся домой пьяным и сломленным человеком после спонтанной поездки в Атлантик-Сити. Она не позволит разрушить другие семьи азартными играми. Ее пальцы стучали по клавишам, выискивая и анализируя. Во входную дверь позвонили, она закрыла крышку ноутбука и направилась вниз.
Увидела Джилл, и ее совесть словно змея скользнула вниз по спине. Она пыталась разрушить план своей подруги.
Пэгги резко распахнула дверь.
— Ну, привет.
— Эй, тебе уже лучше? — Спросила Джилл, вытирая ноги о половик.
— Потихоньку. Ну же, входи.
Когда Джилл вошла в гостиную, ее выдавала странная походка.
— У кого-то была уйма секса, — прокомментировала Пегги.
Голова ее подруги резко дернулась в ее сторону.
— Постой. А ты откуда знаешь?
Пегги фыркнула:
— Знаю, потому что так ходят проститутки. Закрой рот. Я привыкла наблюдать за подозреваемыми. Проститутки, которых хорошо поимели, ходят примерно так же.
Джилл тут же остановилась.
— Ну, большое спасибо.
— Не надо так быстро скидывать трусики. Хотя, наверное, за последнее время они не часто на тебе. Развлекаешься?
Ее улыбка напомнила гигантские подсолнухи.
— Ага.
— Тогда наслаждайся своим шагом, как у проститутки. Это не значит, что тебя следует арестовать или что-то в этом роде.
Джилл взяла Пегги под руку.
— Да, ничего противозаконного. Просто жаркие обжигающие ночи секса после того…
— Пожалуйста, не заставляй мать-одиночку рыдать горючими слезами. Я болею. И у меня не было секса в течение... даже не помню какого времени. — Она постучала себя по виску. — Должно быть, так сказывается лекарство от кашля. Я что-то разболталась, как преступник, попавший первый раз на допрос.
Она почти бросилась убирать все со стола. Салфетки «Клинекс» заполнили все мусорное ведро, как попкорн. Оранжевая лампочка грелки освещала диван. Ее квартира превратилась в настоящую больничную палату. Через мгновение она сдалась и устроилась на диване, похлопав по подушке рядом с собой.