Он тяжело вздохнул.
— Если бы я мог быть для тебя нормальным мужчиной, я бы так и сделал.
Она села и натянула липкую толстовку.
— Я не могу спать в этом. И я не взяла с собой сменную.
— Не проблема, — он исчез.
Она вздрогнула.
— Черт, — она оглядела комнату. Он действительно исчез.
И она действительно любила вампира. Как это вообще могло получиться? Через несколько минут он снова появился с чем-то зажатым в руке.
— Ты ходил в мою квартиру? — Да. Я принес тебе кое-что из одежды, — он протянул ей пакет.
Это была ночная рубашка, которую он быстро снял в ту ночь, когда лишил ее девственности. Ее глаза наполнились слезами. Что же ей теперь делать? Было слишком больно просто отвергать его. Ей нужно было узнать о нем побольше.
Она глубоко вздохнула.
— Расскажи мне все.
Он рассказал ей о своей работе, о том, как он и его друзья сражаются с злобными Недовольными.
Вампир по имени Казимир был их лидером, и именно он пытал Робби.
— Казимир убил людей на ферме? — спросила она.
— Да. Он и его приспешники.
— А сколько у него… приспешников? — Мы полагаем, что всего лишь горстка. Ему нужно восстановить свою армию. Он либо найдет еще больше вампиров, либо сделает их сам.
Она поморщилась.
— А почему он не превратил людей на ферме в вампиров? — Наверное, они были хорошими людьми.
Хорошие люди превращаются в хороших вампиров.
— Как… ты? Робби кивнул.
— Смерть не меняет природу человека.
Она на мгновение задумалась, а затем резко вдохнула.
— Дети! О боже, после всего, что случилось, я совсем забыла.
— Какие еще дети? — В этих фермерских домах были дети, и они исчезли.
Робби побледнел.
— Черт побери! Должно быть, их забрал Казимир.
— Зачем? Зачем ему понадобилось похищать невинных детей? — Они легче и с ними легче телепортироваться.
Они — легкий источник пищи.
Оливия в ужасе ахнула.
— Они что, легкая закуска? Робби встал.
— Мне надо идти.
Она тоже поднялась на ноги.
— Ты сможешь их найти? Мы сделаем все возможное, — он коснулся ее щеки.
Она отступила назад.
— Не надо. Пожалуйста. За одну ночь на меня обрушилось столько всего. Я не уверена, что справлюсь с этим.
Он искоса взглянул на нее.
— Ты справишься.
— Как ты можешь быть так уверен? — ее сердце было таким тяжелым, таким отягощенным болью.
— Потому что ты любишь меня.
Он исчез.