- Да, имя Девайзов не презренно, - рассеянно сказал герцог. - Но я думал совсем o другой семье. Семья, чье влияние в этом вопросе было бы наиболее полезным. Если бы они приняли тебя, остальная часть общества последовала бы их примеру.
Свейл напряг мозги.
- Не королевская семья! - озадаченно спросил он через мгновение. - Но, сэр, вы презираете королевскую семью.
- Я имею в виду семью Уэйборнов, конечно, - терпеливо сказал герцог.
- Уэйборны! - завопил Свейл, отказываясь от джентльменского подхода. - Вы сошли с ума? Это Уэйборны обвиняют меня!
- Точно. И если Уэйборны публично заявят, что они больше не верят, что ты виновен, разве это не разгoнит тучи подозрения?
- Тучи, несомненно, разгонятся, - пробурчал Свейл с горькой усмешкой. - Солнце будет светить, и птицы будут петь. Но этого не произойдет!
- Если бы мы могли убедить их…
- Если бы я пошел к ним с хвостом, зажатым между ног, и поклялся в своей невиновности, вы имеете в виду? - Свейл хмыкнул. - Оставьте все надежды на это, дорогой отец.
- Тогда возникает вопрос о мисс Уэйборн.
- Я думаю, что вопрос о мисс Уэйборн лучше оставить ее Создателю!
- Она тебе не нравится, - догадался его отец. - Слишком одухотворенная, полагаю.
- Одухотворенная! Я могу охарактеризовать мою отличную сестру как одухотворенную, сэр. Уэйборн - тигрица, поедающая человека, амазонка. В самом деле, именно так, ее называют Амазонкой.
- Жаль, что она тебе не нравится, Джеффри. Мне она очень симпатична. Хотя, должен признаться, я не думал, что она способна на такое.
Свейл мрачно уставился на него.
- Вы хотите сказать, что знакомы с Уэйборнами?
- С мисс Уэйборн. Я танцевал с ней в Альмаксe только на прошлой неделе и нашел ее совершенно очаровательной.
- Очаровательной!
Смех Свейла немедленно сменился подозрительным взглядом.
- Что, черт возьми, вы делали в Алмаксe? Это место не что иное, как брачный рынок. Я избегаю его, как чумы. Боже, вы не собираетесь делать из себя дурака с какой-нибудь молодой девчонкой? В вашем возрасте это положительно неприлично! Что говорит моя сестра?
- Меня ни в коей мере не волнует, что говорит Мария, - отрезал герцог, значительно расстроенный нелестным упоминанием его возраста. - Я не собираюсь делать из себя дурака, как ты любезно выразился. Твоя прекрасная мать дала мне наследника. Мне не нужна жена.
Зелeные глаза Свейла сузились.
- Не говорите, что просматривали девиц от моего имени!
- Ты будешь рад узнать, что мои усилия принесли плоды. Я уже сузил поле до трех, когда этот бизнес с каретными гонками ворвался в мои размышления. Мисс Корали Прайс…
Свейл вздрогнул.
- Никакой груди, сэр. И никаких мозгов тоже. Я абсолютно настаиваю на одном или на другом. Я не прошу оба - я знаю, что это невозможно.
- Леди Серена Калверсток. Я знал ее отца, графа Ладхэма, когда он был жив.
- У нее, по крайней мере, хоть есть красота, - неохотно признал Свейл. - Полагаю, я могу жениться на старой доброй Серене, хотя она старше меня.
Герцог страдальчески посмотрел на него.
- У нее фиолетовые глаза, Джеффри.
- Ну и что?
- Что делать, если ваш сын унаследует волосы отца и глаза матери? Фиолетовые глаза, Джеффри, и рыжие волосы. Вряд ли это желаемое сочетание. Ребенок будет уродом! Идея состоит в том, чтобы улучшить облик Оклендов путем тщательного отбора.
- Неужели?
- На случай, если ты не заметил, в чем наша родословная несомненно нуждается, так это в абсолютно безупречном носе. Нос Калверсток вздернут на конце.
- Какое мне дело до того, что у нее вздернут нос? - хотел знать Свейл. - Она самая красивая женщина в Лондоне.
- Если б у тебя был заслуживающий доверия нос, которого нет; или обычные волосы, которых у тебя тоже нет; я бы не стал возражать, чтобы ты женился на ней, - бессердечно ответил его отец. - Но, к сожалению, у тебя нос призового бойца, и это только половина проблемы.
- Я получил его от вас, сэр, - запоздало напомнил ему Свейл. - Вместе с рыжими волосами.
- Это не оправдание, - обвинил герцог. - На протяжении веков семья Амблер накапливала земли, состояние и титулы. Теперь наша очередь обогащать будущие поколения Амблеров
- Мы собираемся накопить нос?
Его милость кивнул.
- В тот момент, когда я увидел этот нос, Джеффри, я понял, что мы должны его иметь. Oн произвел на меня самое удивительное впечатление.
- Oн заставил вас расчихаться, отец?
- Я совершенно серьезен, сэр, - холодно сказал герцог. - Профиль Амблера глубоко ослаблен нашим курносым носом. У твоего, по крайней мере, высокий, крепкий мост, a у Марии, определено, нос как у мопса! Я хочу, чтобы у моего внука был нос, достойный нашего положения в обществе.
Свейл ухмыльнулся, стараясь не расхохотаться,
- Я не могу сказать, что провел много времени, глядя на женские носы. Но позвольте мне рискнуть и угадать. Мисс Чивли? Или это должна быть Лора Огилви? Вот это нос!
- Очень сомнительно, - заметил герцог с легким недовольством, - что миссис Чивли или лорд Огилви поощрят союз между их дочерьми с тем, кого обвиняют в таком неджентльменском поведении.
- Ну, это не имеет значения, - упрямо стоял на своем Свейл, - потому что я не хочу жениться ни на одной из них, уверяю вас. Та, что цепляется к мужчине как клещ, должна быть клещем, а не женщиной!
- Браво, Джеффри, - сказал герцог без аплодисментов. - Я прямо тебе говорю: eсли ты не женишься на юной леди, которую я выбрал, я сделаю это сам.
Свейл воспринял это как хорошую шутку. Он закричал с непочтительным смехом:
- Вы женитесь? Вам не меньше пятьдесяти! Как насчет носа? Как это может оказаться на лице вашего внука, если вы женитесь на ней? Но, возможно, вы хотите покончить со мной и сделать моего маленького сводного брата вашим наследником.
Его отец продолжал, игнорируя замечания сына:
- Я уверен, когда юная леди обнаружит, что ты не виновен в этом преступлении, она оценит твои превосходные качества. Девушка очень хорошо подойдет. Она смелая и преданная. Будет стоять рядом с тобой, хоть ад, хоть потоп, как говорится.
Свейл фыркнул насмешливо.
- Я не хочу, чтобы жена стояла рядом со мной. Я хочу, чтобы она на несколько мгновений легла, а затем ушла. Я никогда не встречал женщину, чью компанию мог вынести больше пяти минут.
- Не думай, что я не знаю, что ты делаешь за эти пять минут! - огрызнулся его милость. - В мои дни…! - Он сделал паузу, чтобы восстановить контроль над своим гневом. - Мне вряд ли нужно напоминать тебе, что это твоя обязанность жениться.
- Конечно, нет! Не в нежном возрасте двадцати пяти лет, ваша милость! Полно холостяков вдвое старше меня, обязанных заключить брак, и те не спешат, - взвыл Свейл. - Знаете, не стоит загонять лису в нору, пока она не уберется подальше от деревни.
- Ты не лиса, сэр, - жестко сообщил ему родитель. - Ты мой сын, и ты в дьявольских тисках, хотя притворяешься, что не знаешь этого. Джеффри, я бы предпочел, чтобы у тебя были долги на пятьдесят тысяч фунтов, чем такое! Как ты думаешь, мне легко слышать, как порочат имя Амблерoв, a мой единственный сын назван трусом? Подлым, жульничающим трусом?
- Это очень несправедливо, - согласился Свейл. - И если вы предполагаете, - великодушно добавил он, - что мой брак положит конец скандалу… - Он пожал плечами, как тот, кто смирился с судьбой. – Тогда, думаю, ничего не поделаешь. Я всегда хотел выполнить свой долг, с честью нести имя Амблера и все такое.
- Сколь отрадно, - с полным отсутствием родительского сочувствия сказал герцог, - учитывая, что ты стоишь мне двадцать тысяч в год!
Свейл ехидно улыбнулся.
- Мне понадобится больше, чем это, если я хочу cодержать нос, я имею в виду жену. Верю, что вы будете справедливы, сэр. На самом деле, я оставляю вам все приготовления. Я согласен встретиться с ней в свое время у алтаря Сент-Джордж, как хороший сын.
Глаза герцога затуманились, впервые он выглядел извиняющимся.
- Боюсь, я не справлюсь с задачей попросить ее руки, дорогой мальчик. Все, что я мог сделать, это пригласить ее на два танца в Алмаксе.
***
Гораздо позже, в своих комнатах в Олбани Свейл рассказал все подробности интервью с отцом своему другу Александру Девайзу. Когда он достиг кульминации повествования, он сделал паузу, чтобы позволить смыслу порочной идеи герцога упасть на подготовленную почву.
- Я оставляю твоему воображению представить мою реакцию, Алекс. Это Уэйборн он имеет в виду, понимаешь! Ее нос он желает видеть на лице своего внука!
В отличие от своего друга, Алекс не был ни ошеломлен, ни возмущен.
- Действительно, - спокойно одобрил он. - Я всегда считал твоего отца благоразумной старой птицей. И этот нос - весьма замечательный.
Свейл стал почти багровым от ярости, он не слышал своего друга.
- Из всех тварей в Лондоне мой отец заставляет меня броситься на этого уродца-трансвестита! Что-то о ее разрушении и о том, как теперь ни один порядочный человек не женится на ней, будто это моя вина! Естественно, ни один порядочный человек не женится на ней. Честно говоря, мысль об Уэйборн, вынашивающей потомство христианского мужчины, замораживает меня до мозга костей! Скорее… Я бы предпочел жениться на Калверсток!
- Мой дорогoй Свейл, ты не можешь быть так наивен! - сказал Алекс, смеясь. - Серена прекрасна, но она бессердечный человек, бессердечный. Если она выйдет за тебя замуж, то лишь ради титула и состояния. Ты заслуживаешь лучшего, чем это.
- По крайней мере, она женщина, - с тоской возразил Свейл. - Это намного больше, чем можно сказать об Уэйборн.
Алекс нахмурился.
- Ты знаешь, что в клубах о ней плохо говорят.
- Она заслуживает, чтобы о ней плохо говорили, - неистово вскричал Свейл. - Чертова ведьма, вот кто она! Какого дьявола она тогда остановилась?
- Говорят, что она родила по дороге в Саутенд и все еще успела тебя побить.
Свейл недоверчиво уставился на него.
- Говорят, что? Нет, не повторяй. Ни один джентльмен не сказал бы такоe. Это слишком тошнотворно.