- Это говорит лорд Далидж, а не джентльмен, - отозвался с обычной сдержанностью Алекс. - Далидж - такой печально известный дуэлянт, что даже Стейси Калверсток его не вызовет, хотя любой может увидеть, как он страстно этого желает.
- Калверсток, - издевательски усмехнулся Свейл, - задница. Не будь он другом Кэри Уэйборна, никто бы на него не посмотрел.
- Два младших сына, - пренебрежительно пожал плечами Девайз. - Они утешают друг друга.
- Погоди, у Уэйборн два брата, не так ли? - вспомнил Свейл. - Почему Уэйборн-старший не остановит это дикое поведение?
- У нее два брата, - вздохнул Алекс, - и на них теперь всего две действующие руки. Правая рука сэра Бенедикта была ампутирована, у бедняги.
- Сэр Бенедикт, - повторил Свейл, пытаясь определить имя. - За что он был посвящен в рыцари?
- Да ни за что, - ответил Алекс, развлекаясь. - Он баронет. Уэйборны - старое имя.
- Откуда ты так много знаешь о них? - подозрительно спросил Свейл. - Мистер Кэри Уэйборн и его гнедые, конечно, знамениты, но я никогда не слышал о сэре Бенедикте.
- Моя сестра, - признался Алекс, извиняясь. - Леди Шевиот думает, что я должен пораньше жениться. Тебе будет забавно узнать, что она основательно присматривалась к мисс Уэйборн в этом Сезоне.
Свейл рявкнул со смехом:
- Что такого в этой жалкой женщине, которая привлекает родственников мужчины, но отталкивает самого мужчинy?
- Я не сказал, что она оттолкнула меня, - укоризненно заметил Алекс. - Как джентльмен, я должен воздерживаться от критики по отношению к женщине. В любом случае, я посчитал, что у нее слишком мягкий характер на мой вкус.
Свейл потрясенно уставился на него.
- Мягкая! - сказал он недоверчиво. - Эта адская мегера!
- Она казалась мне тихой молодой леди с упорядоченным умом, - развеселился Алекс. - Очень серьезная и достойная. Книжный червь. Я думал, она подходит для брака с епископом.
Свейл впился в него взглядом.
- Эта проклятая гонка сделала меня посмешищем всего Лондона, а ее подлые обвинения сделали меня… анафемой!
- Мой дорогой Джеффри, - осведомилcя Алекс, - ты понимаешь, что глупая девчонка навредила себя больше, чем могла когда-либо навредить тебе? Твои проблемы скоро пройдут. Ее - никогда.
- Это ее личное дело, - упрямо настаивал Свейл.
- Ну-ну! – потерял терпение Алекс. - Такой брак оправдал бы тебя от подозрений в нанесении травм ее брату плюс дал бы власть над женщиной, унизившей тебя. Ты мог бы отомстить ей.
- Отомстить ей! - закричал Свейл, пораженный этой идеей. - Бить ее, я полагаю! - оскорбленно сказал он, нахмурившись. - Вот что ты думаешь обо мне.
- Прошу прощения, - сокрушенно произнес Алекс. - Если ты только укротишь свой нрав, тo увидишь глубокий смысл в том, что говорит твой отец.
Свейл уставился на него в немом ужасе.
- Некоторые в самом деле верят, что ты это сделал, Джеффри, но большинству все равно, правда это или нет. Им просто интересно поговорить о чем-то таком сенсационном! Нужны Уэйнборны на твоей стороне. И если мисс Уэйборн когда-нибудь вернется в общество, ей понадобится муж значительного ранга.
- Они все могут пойти к дьяволу, - наконец обрел дар речи Свейл. - Общество должно благодарить меня за то, что я избавил его от мисс Уэйборн, вместо того, чтобы в презрении кривить мне вслед губы.
В этот момент Боудич, камердинер его светлости, вошел в комнату. Он был одет для выхода на улицу и нес сумку, заполненную, как полагали друзья, всем его мирским имуществом.
- Боудич? - спросил Свейл, изрядно удивленный. - Куда, черт возьми, ты собрался?
- Я ухожу, мой лорд, - торжественно объявил камердинер.
- Не сейчас? Я ожидаю, что твоя мама больна или что-то подобное?
- Нет, мой лорд, - трагичным голосом сказал Боудич, выпрямляясь во весь рост. - Я больше не могу ни дня оставаться на службе у лорда Свейла. У меня есть репутация, которую я должен поддерживать.
То, что кого-то заботит мнение слуги - особенно слуги, отправляющим в свет хозяина, похожим на неубранную кровать - было за пределами понимания Алекса Девайза, но, очевидно, Свейл был привязан к своему камердинеру.
- Конечно, ты не веришь в эту чушь! - выразил сомнение Свейл. - Боудич?
Боудич скорбно покачал головой.
- Я не хочу верить этому, мой лорд, но мадемуазель Уппер выдвинула мне ультиматум.
- Кто такая, к дьяволу, мадемуазель Уппер? - пoтребовал Свейл.
Алекс, который был менее заинтересован в личности мадемуазель, налил себе еще один бокал отвратительной мадеры своего друга.
- Мадемуазель и я, - сказал Боудич с достоинством, - пришли к пониманию, мой лорд. Она - мисс Уэйборн femme de chambre, как Ваша светлость помнит.
- Нет, не помню! Позволь мне сказать тебе, старик, если твоя мать не болеет, ты никуда не пойдешь. Общаешься с врагом, боже мой, - Свейл стукнул кулаком по открытой ладони другой руки. - Убежден, что эта мадемуазель, с которой у тебя есть понимание, обрисовала меня самыми черными красками.
Боудич смутился.
- Не то чтобы черными, мой лорд, но мадемуазель говорит, что если я останусь на службе у лорда Свейла, наша дружба закончится. Я ожидаю, что найду другое место.
Алекс серьезно сомневался в этом, надеясь, что его друг благополучно избавится от одиозного Боудича.
- Неважно. Что тебе требуется, Джеффри, так это француз, как мой Лаваль.
Лицо Боудича стало несчастным, и Алекс почти ожидал слез, но Свейл опередил их.
- Нет, нет! - воскликнул он с неприязнью. - Француз! Ни за что на свете. Боудич знаeт меня всю жизнь, он служил лакеем в Окленде, когда я был мальчиком.
Боудич смотрел на своего лорда, и его водянистые глаза говорили только о благодарности и обожании.
- Поднимись наверх и немедленно распакуй все, - твердо заявил Свейл. - Предоставь мне уладить это дело.
- Да, мой лорд, - произнес Боудич преданно. - Спасибо, мой лорд.
- Джеффри, ты меня удивляешь, - сказал с досадой Алекс. - Я бы отправил его восвояси. Мадемуазель Уппер, действительно!
Свейл отмахнулся от него.
- Ты не понимаешь, старик. Когда мне было двенадцать, я украл ключ от подвала в Окленде, и… ну, боюсь, я выпил довольно много из лучших запасов герцога. Боудич - он тогда был всего лишь посыльным - поклялся, что разбил бутылки и смирился с бесконечными оскорблениями из-за меня, могу тебе сказать.
- Без сомнения, - буркнул Алекс, не впечатленный. - Но я не могу не задаться вопросом, почему ты готов сделать для слуги то, что не сделал бы ни для своего отца, ни для своего друга.
Свейл покраснел.
- Я поговорю с Кэри Уэйборном, вот и все. Если он примет мое слово как джентльмен, тем лучше. Если нет, он может пойти к дьяволу, и я скажу ему об этом в лицо. Но я не не считаю необходимым, даже ради мадемуазель Уппер, наносить визит Амазонке!
- Если ты будешь обращаться со мной так же вежливо, как со своим камердинером, - сказал Алекс с какой-то странной интонацией, - я бы согласился, что тебе не нужно жениться на мисс Уэйборн.
- Я рад, что ты так думаешь, - воспрял духом Свейл.
- Если ты предпочитаешь назвать ее мамой.
- Что???
- Сам говоришь, твой отец намерен просить ее руки, еcли ты этого не сделаешь. Ты ведь не против благословить мисс Уэйборн занять место твоей матери, стать ее милостью герцогиней Окленд? Позволить ей председательствaть в Окленд-Паласе. Сидеть на месте твоей матери. Спать в постели твоей матери. Кто знает? Она может даже подарить тебе несколько братьев и сестер. Как тебе такой вариант, старина?
Свейл упрямо стоял на своем, но лицо его стало огненно-красным, кулаки сжаты в праведном гневе:
- Если мой превосходный отец хочет корчить из себя дурака, мне безразлично.
- Нет? - с некоторой долей сомнения сказал Алекс. - Очень хорошо. Тогда поразмысль о следующем: ты делаешь ей предложение; мисс Уэйборн, скорее всего, бросит его обратно тебе в зубы. Твой отец не станет как последний болван просить руки женщины, которая отказала его сынy. Конец дилеммы.
- Я всегда восхищался твоими мозгами, Алекс, - надменно промолвил Свейл. - Но подозреваю, они слегка расслабились! Конечно, она yхватилаcь бы зa меня, сделай я ей предложение. Как она могла бы сопротивляться? Я - то, что эти хватающие женщины называют «супружеский приз»!
Алекс хмуро покачал головой.
- Ты ничего не понял о мисс Уэйборн?
Свейл фыркнул.
- Напротив, я знаю ее, как свою ладонь. Гарпия примет предложение, только чтобы сделать всю мою оставшуюся жизнь адом.
Алекс слабо улыбнулся.
- Возможно, - признал он. - Но тебе не нужно обращаться с предложением к ней лично. Это может иметь катастрофические последствия и неуместно, потому что ты никогда не был представлен мисс Уэйборн.
- Дай Бог, и никогда не буду.
- Сэр Бенедикт Уэйборн отклонит твое замечательное предложение о браке. Очень горд! Он абсолютно запретит тебе ухаживать за ней. Положись на это. Надеюсь, ты найдешь его грозным союзником.
- Союзником! - воскликнул Свейл недоверчиво.
- Дорогой мальчик, - сухо разъяснил Алекс. - Он должен проявить легкий интерес: кто - если это был не лорд Свейл - учинил такое с его братом.
На самом деле, интерес сэра Бенедикта к этому вопросу был значительнее, чем ожидал Алекс. Чуть позже, когда Свейл одевался для выхода, Боудич поскребся в дверь его светлости и тихим голосом доложил, что сэр Бенедикт Уэйборн прислал наверх свою карточку.