В последние же годы началась поспешная ревизия правила 26, которым в Олимпийской хартии регламентируется статус спортсмена-любителя. Из Олимпийской хартии были исключены сами понятия «любитель» и «любительство», что явилось грозным признаком сползания к профессионализму.
Проведенная сразу же после XI Олимпийского конгресса там же, в Баден-Бадене, 84-я сессия Международного олимпийского комитета приняла новую редакцию правила 26. Теперь право сформулировать и утверждать правила допуска спортсменов к олимпийским видам предоставлено каждой международной спортивной федерации в зависимости от тех специфических условий подготовки к соревнованиям и ее финансового обеспечения, которые существуют в каждом отдельном виде спорта. Правда, при этом МОК подчеркнул, что федерации в своих решениях должны исходить из основных положений правила 26.
К сожалению, меры, предпринятые реакционными силами в МОК и федерациях после XI Олимпийского конгресса во имя «уравнивания возможностей», уже принесли практические результаты. Главный из них — отход от принципов олимпизма, стирание фактических различий между спортом олимпийским и профессиональным.
Несколько лет назад в интервью французской спортивной газете «Экип» X. А. Самаранч подчеркнул: «С 1974 года Олимпийская хартия не содержит термина «любитель». Сегодня же вновь начинаются разговоры о любительском спорте. Это ненормально».
За профессионализацию также выступают комиссия МОК по допуску, возглавляемая Вилли Дауме (ФРГ), и ряд членов МОК из капиталистических стран. Все это говорит о том, что профессионализация будет усиленно насаждаться в олимпийском спорте, что грозит искажением его социальной и гуманистической сущности.
В чем же отличие профессионального спорта от любительского? В повышении уровня спортивного мастерства? Но к этому всегда стремились и стремятся все представители любительского спорта, лучшие же из них как раз его и определяли. В том, что спортсмены уделяют значительную часть своего времени спорту? Но сегодня спорт высших достижений требует от человека на определенный период его жизни практически полного посвящения себя ему. Только так он может исполнить свой долг перед обществом — показать физические возможности человека.
Так где же критерий, который четко дает возможность отличить профессиональный спорт от любительского? Таким критерием является цель, ради которой человек занимается спортом.
Для спортсмена-профессионала она заключается, по существу, только в одном — в деньгах (не тех, что необходимы для успешной и эффективной подготовки к соревнованиям или для компенсации того, что атлет некоторое время не работает). Деньги ради денег. Деньги, которые поднимают человека в эксплуататорском обществе на высшую ступень социальной и экономической иерархии.
Заработок более чем ста профессиональных спортсменов США за 1983 год, например, превышал 660 тысяч долларов (около 40 тысяч рублей в месяц). Ненамного меньше заработали ведущие профессиональные спортсмены в Западной Европе. В этом и заключается главное отличие спортсменов-профессионалов от спортсменов, которым государственные или общественные организации создают условия для полноценной подготовки в рамках любительского спорта высших достижений, причем только на период их спортивной деятельности. Это отличие является одной из причин того, почему прогрессивные силы в международном спортивном движении, а не только Национальный олимпийский комитет СССР выступают против участия профессионалов в олимпийских играх.
Заработки профессионалов позволяют большинству из них за период их спортивной карьеры обеспечить себя (да еще как!) на всю жизнь. Именно поэтому такая спортивная деятельность признается их профессией. Спортсмены же любители после прекращения спортивной деятельности начинают другую, действительно профессиональную, деятельность, которая и обеспечивает их последующую жизнь.
Конечно, среди профессионалов бывают неудачники. Но здесь речь идет о тех ведущих, которые претендуют на вторжение в олимпийский спорт.
Итак, в профессиональном спорте благородный стимул в занятиях им подменен благородным металлом — такова разница между спортом профессиональным и спортом олимпийским. В связи с этим напомню Олимпийскую хартию, которая гласит, что, кроме олимпийской медали, на играх не вручается никакая другая награда.
В защиту профессионализации международного спорта ее сторонниками приводятся аргументы, претендующие на объективность. Обратимся к ним.
Аргумент первый. Сверхстимул в виде супергонорара может заставить спортсмена добиться выдающегося результата, который и придает спорту социальную значимость.
Однако допинг тоже позволяет показать высокие результаты ценой здоровья, а иногда и жизни. Потому и осужден.
Аргумент второй. На определенном этапе капитализм был, как об этом говорит история, явлением прогрессивным. Для большинства стран этап капитализма неизбежен. Так не следует ли принять как неизбежное, исторически необходимое явление и профессиональный спорт?
Возразить на это не трудно: во-первых, можно назвать не одну страну, которая путь к социализму проделала или собирается проделать, минуя этап капитализма. Во-вторых, любительский спорт, свободный от социального неравенства и эксплуатации, неизмеримо ближе к спорту будущего коммунистического общества, чем спорт профессиональный.
Аргумент третий. В олимпийских играх должны принимать участие лучшие в мире спортсмены — независимо от того, являются ли они профессионалами или любителями. Речь идет о видах спорта, где наряду с любительской существует и профессиональная ветвь, например о футболе, хоккее на льду, теннисе. Они зачастую развиваются на различной организационной, финансовой, а порой и методической основе. Причем профессиональный спорт имеет явное преимущество перед любительским. Поэтому допуск «сильнейшего» означает в подавляющем большинстве случаев почти автоматически победу профессионалов над любителями. Что может в будущем привести к отмиранию любительской ветви в этом виде спорта, и, следовательно, стимулом к занятиям им станут только меркантильные мотивы.
К тому же допуск профессионалов к олимпийским соревнованиям в некоторых видах спорта создает прецедент и для других, например легкой атлетики, гимнастики. Тогда профессионализация может пойти очень интенсивно. И в конце концов олимпийский любительский спорт полностью будет замещен профессиональным.
Аргумент четвертый. Представители социализма возражают против профессионализации, так как в их странах нет профессиональных спортсменов и они могут потерять ведущие позиции в международном спортивном соперничестве.
Однако возможности стран социализма вполне позволяют за короткий срок создать у себя систему профессионального спорта не слабее западной. Напомню, что всего около 4 лет понадобилось, чтобы выполнить постановления Центрального Комитета нашей Коммунистической партии 1947–1948 годов, которыми перед советским физкультурным движением была поставлена задача завоевания ведущих позиций в мировом спорте. На XV Олимпийских играх 1952 года олимпийский новичок — делегация СССР — в неофициальном командном зачете поделила первое место с олимпийским гегемоном — командой США. Так что мы могли бы развить у себя профессиональный спорт. Но принципы, стимулы, мотивы профессионального спорта противоречат принципам социалистического общества и по моему глубокому убеждению для него неприемлемы.
В последнее время наблюдается стремление некоторых деятелей МОК сделать главным критерием допуска спортсмена к олимпийским играм его принадлежность к определенной организации. Это не может не привести к профессионализации олимпийского спорта. Ведь если следовать этому критерию, то любая профессиональная спортивная организация, добившаяся признания международной спортивной федерации, которая признана МОК, получает юридическое право добиваться, чтобы ее члены — настоящие, «контрактные» профессионалы — участвовали в олимпийских играх. Несмотря на то что их главной целью, не совместимой с духом Олимпийской хартии, является обогащение через спорт!