Эта пристройка не была, если можно так выразиться, большим строительным достижением, и для ее возведения требовалось участие небольшого количество строителей. Она была проста по конструкции и состояла из двух или трех средних по размеру помещений.
Мы стояли совсем близко от группы архитекторов и каменщиков, возглавляемых правителем сферы. Мне особенно бросилось в глаза, что все они выглядели счастливыми и радостными и обменивались шутками.
Эдвин уже видел такое раньше, а для нас с Рут было удивительно, что здание должно было появиться за короткое время. Со времени моего перехода в духовный мир я нигде не видел никаких признаков строительства. Все дома были уже возведены, и мне никогда не приходило в голову, что для этого что-то требуется. Однако, поразмыслив, я бы понял, что здания в духовном мире строятся постоянно, в то время как другие сносятся, если в них больше нет необходимости. Для моего непривычного глаза все дома учения выглядели такими постоянными и законченными, что мне и в голову не приходило, что может возникнуть необходимость что-то к ним пристраивать.
Наконец, появились признаки того, что работа начинается. Следует напомнить, что строительство в духовном мире это, по существу, мыслительное действие, поэтому неудивительно, что нигде не было видно никаких материалов и инструментов, которые ассоциируются с земными строителями, никаких лесов, кирпичей, цемента и других привычных предметов. Фактически, мы должны были стать свидетелями акта творения с помощью мысли, поэтому никакого «физического» оборудования не требовалось.
Правитель сферы вышел на несколько шагов вперед, и, стоя спиной к нам и лицом к тому месту, где должно было появиться новое крыло, произнес краткую, соответствующую случаю молитву. Простыми словами он попросил Великого Создателя о помощи в том, что они собирались предпринять.
Его молитва вызвала мгновенный ответ в виде яркого луча света, который спустился на него и тех, кто собрался за его спиной. Как только это произошло, архитекторы и каменщики придвинулись ближе к нему.
Все взоры были обращены к свободному месту за главным зданием, к которому направился второй луч, исходивший от правителя и каменщиков. Когда он достиг места, где должна была появиться пристройка, он принял форму сияющего ковра, расстилающегося по земле. Постепенно он начал расти в длину, ширину и высоту, но в нем, казалось, не было ничего, что напоминало бы материю. Он лишь сочетался по цвету с основным зданием, и это было все.
Форма увеличивалась в размерах, пока не достигла необходимой высоты, и мы уже ясно видели, что она в основных очертаниях соответствует главному зданию.
Пока она находилась в таком состоянии, архитекторы подошли ближе и стали ее внимательно рассматривать. Мы видели, как они передвигаются внутри нее, пока, наконец, не исчезли из виду. Через несколько минут они появились и сообщили правителю, что все в порядке.
Эдвин объяснил нам, что это призрачное здание было в действительности лишь наброском окончательного сооружения, прежде чем с помощью концентрации мысли оно должно было превратиться в законченное строение. А пока оно находится в таком разреженном состоянии, все ошибки и дефекты сразу обнаруживаются и исправляются.
В нашем случае никаких исправлений не понадобилось, и работа была сразу же продолжена.
Поток света сверху стал более интенсивным, в то время как горизонтальный луч, исходивший от правителя и его коллег, через несколько мгновений приобрел ту же степень интенсивности. Мы уже могли заметить, как туманная форма обретает материальность, благодаря концентрации объединенной мысли, которая слой за слоем с возрастающей плотностью накладывалась на видимую структуру.
Из того, что я видел, казалось, что правитель снабжает каждого каменщика определенным количеством и видом энергии, необходимой для выполнения его задачи. Фактически, он действовал как распределитель магнетической энергии, которая спускалась на него сверху. Она делилась на множество отдельных лучей света различного цвета и интенсивности в соответствии с его обращением к Великому Архитектору. Этот мыслительный процесс, казалось, происходит плавно и с неослабевающей интенсивностью, потому что здание приобретало плотность с удивительной равномерностью.
Через короткое, как нам с Рут показалось, время здание перестало уплотняться, вертикальные и горизонтальные лучи исчезли, и перед нами появилось законченная пристройка, безупречная в каждой детали, точно соответствовавшая основному зданию, прекрасная по цвету и форме и достойная той высокой цели, которой она служила.
Мы прошли вперед, чтобы поближе рассмотреть результат чудесного действа, которое только что завершилось. Мы проводили руками по гладкой поверхности, чтобы убедиться, что она действительно твердая. Мы с Рут были не единственными, кто так делал. Здесь были и другие, впервые и с изумлением наблюдавшие огромную энергию направленной мысли.
Метод строительства наших индивидуальных домов и коттеджей немного отличается от того, что я только что описал. Необходимое условие владения домом в духовном мире – это право обладать им, право, которое зарабатывается тем образом жизни, который мы ведем, будучи инкарнированными, или нашим духовным прогрессом после перехода в духовный мир. Как только мы заслужили это право, уже ничто не помешает нам иметь такое жилище, если мы этого пожелаем.
Часто говорят, что мы строим свои духовные дома в земной жизни или после нее. Это надо понимать в широком смысле. Мы зарабатываем лишь право их построить, потому что чтобы возвести дом, который бы соответствовал своему названию, нужна помощь специалиста. Мой собственный дом строился во время моей земной жизни такими же искусными строителями, как и те, что помогали создать пристройку к библиотеке. Мои друзья под руководством Эдвина следили за всеми деталями работы. Они нашли людей, чтобы выполнить ее, и те действительно создали замечательное произведение искусства.
Когда я продвинусь вперед в процессе своей духовной эволюции, я покину свой дом. Но только от меня зависит, оставлю ли я его другим или уничтожу.
Как мне сказали, обычно его оставляют в дар правителю, чтобы он распорядился им по собственному усмотрению.
IV. Время и пространство
Земные люди обычно думают, что в духовном мире время и пространство не существуют. Это не так. У нас есть и то и другое, но наши представления о них отличаются от земных.
Мы часто употребляем выражение «спокон веков», чтобы передать представление о прошедших эпохах, но мы и понятия не имеем о том, какой смысл заключается в этой фразе.
На Земле измерение времени основано на вращении Земли вокруг своей оси, в результате чего происходит деление суток на то, что известно нам как день и ночь. Смена четырех времен года в большем масштабе основана на вращении Земли вокруг Солнца. Изобретение часов и календаря дало нам средства измерения времени, которые всегда находятся у нас под рукой.
В духовном мире у нас нет часов и других механических приспособлений, показывающих ход времени. Для наших ученых было бы проще простого обеспечить нас такими приборами, если бы у нас была в них необходимость. У нас ее нет. У нас нет времен года, нет чередования дня и ночи, как внешних показателей времени, нет физических напоминаний, свойственных инкарнированным, таких как голод, жажда и усталость, а также старения физического тела. Как же тогда мы следим за ходом времени? И как оно вообще существует?
У нас есть две концепции времени, одна из них, как на Земле, чисто относительная. Например, пять минут острой физической боли могут показаться нам веком, а пять минут бурной радости и счастья – несколькими секундами.
Те из нас, кто в духовном мире живет в сферах счастья и вечного лета, не считают время тягостным. В этом смысле мы вообще не замечаем его ход.
В сферах мрака все наоборот. Для тех, кто там обитает, период тьмы может показаться вечностью. Эти души тоскуют о свете, но он им не является. Волей-неволей они должны сами сделать первый шаг на пути к свету, который ожидает их за гранью низшей сферы.