— Спасибо… тебе большое, — выдавила она и, кажется, истратила таким образом весь остаток сил. Черноволосая девушка с покрасневшим лицом спряталась за рыжей.
— Извини, она всегда была застенчивой, — объяснила девушка с косичками. — Но всё же набралась храбрости поблагодарить тебя за спасение на открытии, да?
Черноволосая девушка зарылась лицом в спину подруги.
Лейфон ничего такого не припоминал. Помнил лишь, как расталкивал людей, которых могли задеть в драке. Тогда, наверное, и спас.
— Как маленькая… — вздохнула рыжеволосая. — Но я ещё не представилась. Наруки Гелни, военный факультет.
— А я — Мифи Роттен. Эта любительница пряток — Мэйшэн Тринден. Мы обе с факультета общих наук. И все трое — из Йолдема. Транзитный город Йолдем — знаешь такой?
— Знаю. Точка сбора хоробусов. Проезжал на пути сюда. Я — Лейфон Альсейф из Копьеносного Города Грендана.
— А, родина Военного Искусства. Вот отчего ты такой сильный.
— Нет, дело не в этом… — неопределённо ответил Лейфон. Он задумался, как им объяснить, но тут…
![Стальной Региос. Том 1 i_005.jpg](https://litlife.club/books/315420/read/images/i_005.jpg)
— Слушайте, а чего мы стоим? Я есть хочу. Пошли, найдём что-нибудь перекусить.
— Опять? Ты и здесь карту рисовать будешь?
— А как же! Питание, одежда, территория — всё, что можно, я нанесу на карту. Мне тут ещё шесть лет жить, а без карты я чего-нибудь пропущу. О, сбор информации — моё любимое занятие. Хочешь что-то узнать — спроси меня. Даже если я чего-то не знаю, всё равно разузнаю.
— Да, есть хочется. К тому же у меня к тебе вопросы — про то, что у тебя в руках, например, — Наруки проницательным взглядом выхватила форму общих наук в руках Лейфона.
Ему даже не дали права голоса. Решение приняли без него.
— Но ведь… Слушайте, Мэйшэн же не захочет. Вы ведь сказали, что она стесняется.
— Я не против… — донеслось из-за спины Наруки.
— Вот и договорились.
Решение было принято.
Они переместились в расположенное неподалёку кафе. Кафе из красного кирпича было построено так, чтобы не слишком выделяться. Время обеда уже прошло, и в заведении почти никого не было. Однако они всё же ухитрились успеть к обеденному меню.
За едой Лейфон объяснил, почему перевёлся на военный факультет — не упоминая, что его вынудили перевестись.
Дело дошло до десерта. Не ел только Лейфон — вместо десерта он пил сок.
— Ой, я беспокоилась, что в школьном городе только «здоровая» еда для учащихся. Какое счастье, что мои опасения не подтвердились, — довольно заметила Мифи, набивая рот тортом. — Вот это точно стоит отметить на карте.
— А я всё гадала, на что похож город под управлением студентов, — с восхищением сказала Наруки. — Кто бы мог подумать, что всё так здорово организовано.
Вообще вдоль дороги от общежитий к школе заведений было много. Правда, город был школьный, и большинство закрыто в часы занятий, но когда занятия заканчивались, народу в заведениях становилось полно. Управляли ими старшекурсники с факультета общих наук со специальностью в торговле или менеджменте. Другие студенты приходили к ним на работу. Еду готовили старшекурсники с кулинарного факультета.
— Ещё полицейское управление и суд есть. Точно, не попробовать ли устроиться в полицию?
— Накки мечтает работать в полиции.
— Угу.
— А я — журналистом. Раз надо издаваться, надо найти, где издаются новости. А ты, Мэйтти?
— Сладости делать…
— Правда? Тогда придётся найти, где вкусно готовят. Ой, это же все кафешки обойти придётся… Так и растолстеть недолго.
— Это ты от жары такая красная?
— Фу, что это? Это оттого, что Накки вся потная после своих упражнений. Воняет…
— Пф, это запах молодости.
— Ох, не понимаю я тебя.
Разговор ушёл непонятно куда, и Лейфон наблюдал за происходящим с чувством отрешённости. Девушки приехали из одного города и, судя по разговору, были знакомы ещё там. Они обсуждали что-то своё, и Лейфону оставалось только потягивать сок.
— Ах да, а ты, Лейтон, где будешь работать? — внезапно обратилась к нему Мифи.
— Лейтон?
Перемена имени застала Лейфона врасплох, и он открыл рот, забыв проглотить содержимое, в результате едва не выплюнул весь сок.
— Да, Лейтон. Так удобнее произносить[3], — радостно пояснила Мифи. — Накки, Мэйтти, Лейтон и я, Мифи-тян[4]. О’кей?
— Себе-то ты имя сохранила. А наши как могла исковеркала.
— Самой себе прозвище выдумывать неинтересно. И потом, если я буду говорить «зовите меня Митти», тебе тошно не станет?
— Станет. Я бы с такой кокеткой дружить не хотела.
— Вот видишь. Значит, о’кей. Так что Лейтон теперь Лейтон!
— И не поспоришь. Будем знакомы, Лейтон.
— Да-да, Лейтон, Лейтон.
— Лейтон… — присоединилась даже Мэйшэн, и Лейфон почему-то ощутил, что он очень далеко от дома. Где он? В каком мире оказался?
Прежде ни одна подруга его так не называла. Даже самая близкая, Лирин, просто звала по имени. В крайнем случае «Лей». Лейтон, то есть Лейфон, был в растерянности.
— Так где будешь работать, Лейтон?
Он понял, что насчёт имени спорить уже бесполезно, и оставалось лишь ответить на вопрос. И вдруг осознал, что не знает, как ответить. Можно ведь и не работать — ему обещали повысить стипендию.
— Тебе что, не надо работать?
— Нет, работать надо, — тут же замотал головой Лейфон. — Буду работать в отделении центрального механизма.
Девушки издали возглас удивления, а затем нахмурились.
— Такая тяжёлая работа, зачем?
— Говорят, на военную подготовку уходит много сил. У тебя так здоровья не хватит. Ты уверен?
— Ты… не переутомишься?
Все трое высказали беспокойство. Лейфон только грустно улыбнулся в ответ. Он понимал, что работа тяжёлая. Но полностью полагаться на президента опасно. Случись Лейфону пойти против воли Кариана, стипендии могут лишить. Нет ничего хуже, чем остаться без денег и возможности продолжать учёбу.
— Знаю. Но ничего не поделаешь. Я сирота, стипендия — всё, что у меня есть.
Он не искал жалости — просто излагал факты. Но при слове «сирота» глаза девушек расширились. Они смутились и избегали встречаться с ним взглядом.
— А, вот как… Извини… Ну ты не унывай…
— Да, если что понадобится, обращайся, я помогу.
— Я тоже…
— Нет, что вы… Не переживайте, не надо.
От их реакции ему стало неудобно.
— Мне не так уж и тяжело, и я не люблю, когда меня жалеют.
Однако Мифи с Мэйшэн переглядывались очень обеспокоенно. Лейфона не особо расстроило их поведение — наученный горьким опытом, он знал, что сразу ему не поверят.
— Ну и ладно. Не буду, — тут же кивнула Наруки.
Незамедлительный ответ его удивил.
— А? Как это? Не будешь меня жалеть?
— Да, именно так, — подтвердила Наруки, и явно не просто из вежливости. Она говорила всерьёз.
Лейфон нерешительно кивнул, потом не сдержался и рассмеялся.
— Что?
— Просто ты будто в роли старшей сестры получаешься.
— В смысле? — нахмурилась Наруки, но Мифи его поддержала.
— А, точно, точно. У Накки характер старшей сестры. Она классная.
— Её девочки любят…
— Точно, ей всегда достаётся куча подарков и любовных писем.
— Да беда просто. Никогда не знала, куда всё это девать, — серьёзно сказала Наруки, но Лейфон опять засмеялся.
Хорошо здесь, думал он, смеясь. Произошедшее на открытии выбило его из колеи, но болтовня с девушками, казалось, вновь придала сил.
— Прошу прощения, — прервал их смех чей-то голос.
Взгляды обратились к обладательнице голоса, и у всех перехватило дух.
Возле столика стояла девушка. Спадающие до пояса серебристые волосы сияли, словно отражая освещение кафе. Кожа была белоснежной, а нижняя часть лица по форме напоминала сердечко. Из воротника выглядывала нежная тонкая шея, создавая почти гипнотизирующий эффект. Из-под длинных слегка опущенных ресниц смотрели серебристые глаза. Девушка была прекрасной и хрупкой, как кукла.