— Я не Единый… Увы, но медицина здесь бессильна. Началось заражение крови, гной пошел по сосудам, когда он доберется до сердца, то парень умрет, — увидев, как отчаянно зарыдала Орлинка, он чуть смягчил тон, даже обнял девушку одной рукой, но тут же отстранился и покинул лачугу, оставив Ольгу и Эда наедине.
— Эд, Эдик, как же так? А Рур? А Москва?! Ты говорил, говорил что любишь меня?! Почему теперь все так?!
Паника охватила девушку, но она не могла остановиться. Она бросилась Эдварду на грудь и зарыдала, но вдруг тело Суворова свело судоргой. Он несколько раз выгнулся дугой и застонал. Ничего не понимая, девушка отстранилась от него, считая, что задела его рану в боку, но, видимо, он просто на секунду вышел из забытья.
— Оля… Ольга… Орлинка моя… — зашептали очень быстро на пределе слышимости его губы. — Я … я очень очень тебя… люблю… Знай… ооо… об этом!
— И я тебя люблю, Эд! Очень люблю! Слышишь?! Я никого не любила, как тебя! — почти закричала Орлинка. — Боялась признаться не только тебе, но и себе в этом! Да! Я тебя люблю Эдвард Суворов! Да я не могу без тебя! — Орлинка, повинуясь своему секундному порыву, жадно бросилась к губам Суворова.
Она ощутила насколько горячи его губы. Коснулась их своими, представив, что она поток холодной родниковой воды, из которой Эд пытается напиться. Прикрыла глаза, поняв, что парень отвечает на ее ласку.
Со стороны было видно, как сквозь плотно касающиеся губы перетекает синеватый свет, как рана на боку затягивается сама собой, повинуясь волшебной силы любви. Девушка отдала практически всю свою энергию любимому, лишь для того, чтобы он жил.
— Задохнемся… — тихо проговорил Эдвард, легонько отстраняя от себя девушку. Его глаза открылись. Он чувстовал себя нормально и даже выглядел прилично. Орлинка скользнула взглядом по обнаженному торсу парня и разглядела, что рана от ножа затянулась сама собой.
— Пускай задохнемся… — весело проговорила она, погладив его по голове. — Только с тобой!
— Значит это мне не приснилось? — Эдвард приподнялся на локте, одной рукой обнимая Орлинку.
— Что именно? — лукаво улыбнулась та.
— Ты сказала, что любишь меня…
— А ты как думаешь? — хитро прищурившись, она с улыбкой разглядывала Суворова, не желая признаваться в своих чувствах.
— И я тебя, Оля! — Суворов коснулся снова ее губ своими. Ее дурманящий запах сводил с ума. Он опрокинул ее на спину, продолжая покрывать все тело поцелуями. В угол полетела одежда и они слились в едином порыве. Им было безразлично, где это произошло. Жалкая лачуга или дворец? Это не имело ровным счетом никакого значения. Они всю ночь с упоением любили друг друга.
ГЛАВА 16
«А не послать ли нам гонца?»
Редгорд быстрым шагом заскочил в кабинет. Все уважительно привстали и поразились тому, насколько за последнее время он сдал. Волосы расстрепаны, мантия кое-как накинута на плечи, рот искривился от бешенства, превратившись в оскал какого-то обезумевшего животного из детских страшилок. Почти добежав до своего места, он резко развернулся и схватил за обшлаги парадного камзола полковника Крида. Тот попытался дернуться в сторону, но хватка Редгорда была стальной. Брызжа слюной в лицу своего гланого шпиона, он заорал:
— Какого черта, Крид! Где данные о Виктории и ее прихлебателях?! Почему они еще не в Башне Смерти, а разгуливают где-то на свободе?! Зачем ты мне нужен, если ты болван?!
Глаза полковника испуганно забегали. Он попытался что-то сказать в ответ, но с его губ срывалось только неразборчивое бормотание. Крид был перепуган. Он не знал чего ждать от своего господина. Обычно такие настроения заканчивались у бывшего старейшины виселицей. Видя, что Крид не способен ответить ничего вразумительного, Маркус Флеминг быстро пришел ему на помощь. Он аккуратно подошел к Редгорд сзади, обнял того за плечи и оттащил от испуганного начальника Комитета Тайных Дел.
— Редгорд, старина… Да что с тобой! — как можно спокойнее проговорил Флеминг. — Это же Крид — наш добрый старый дружище Крид! Он ни в чем не виноват!
— Как не виноват?! — снова взъярился старейшина. — Где его хваленая шпионская сеть? Где его стукачи? Почему мы ничего еще не знаем о пермещениях наших врагов?
— Мы подняли на ноги всех, — наконец смог совладать с собой Крид, — в каждой таверне, на каждом углу самой захудалой провинции есть наши люди, которые оповещены. Если появиться хоть кто-то подходящий под наше описание, то нам обязательно сообщат, но пока…
— Пока вы ничего не делаете! — заорал Редгорд, впрочем уже немного потише, скорее ворчливо. — По моему Руру разгуливает Виктория вместе со своим щенком, а я ни сном ни духом ни где они, ни что они задумали. Так может лучше мне поменять начальника Комитета, чем тратить нервы на пустую болтовню, на которую вы так горазды?
— Я…
— Редгорд, — мягко перебил Крида Флеминг, — история с цветком еще не показатель. Возможно он еще не успел переправить их из прошлого в будущее. Потому и наблюдатели молчат. Остается ждать.
— Ждать чего? Пока нам всем снимут головы? — ощерился старейшина. Сйечас он более всего напоминал загнанного в угол зверька, готового биться до последней капли крови за свою жизнь.
— Им еще надо…
— Им ничего не надо! — стукнул кулаком по столу Редгорд. — Им стоит появиться, как все хамье и быдло помчиться за ними вприпрыжку. Какие настроения царят в народе? — он резко успокоился и заговорил нормальным голосом, снова повернувшись к полковнику Криду.
— Самые негативные. Налоговые карваны попрежнему не едут на юг. Боятся. В других районах банды несколько поутихли, но ситуация напряженная.
— Ты мне зубы казенщиной не заговаривай, — рыкнул старейшина, — я спросил про настроения!
— Народ не доволен. Практически девяносто процентов жителей Рура желают смены правящего режима, — Крид опустил голову, отводя глаза от упрямого ненавидящего взгляда своего правителя.
— Отлично! А Комитет ничего не делает! — он обвел взглядом сидящих за столом. — Только учтите, что если снимут королеву Катрину и меня, то и вам не поздоровится. Болтаться в петле будем вместе.
— Редгорд! — подал со своего места голос Олау, который как всегда держал на руках своего маленького щенка Кроху, который все это время сидел тихо, изредка обнажая кривые зубы, острые как бритва, и тихонько поскуливал.
— Говори! — быстро развернулся к некроманту старейшина.
— Есть один способ их обнаружить… — Олау встал со своего места, посадив туда щенка, которые с интересом принялся рассматривать собрание. — Помниться о том, что придет истинный наследник нам сообщил Оракул. Так почему бы нам не спросить, где искать этого самого истинного наследника?
— А ведь он прав! — воскликнул радостно Маркус. — Только для этого нам необходимо присутствие королевы…
— Она согласна! — быстро ответил старейшина, вставая со своего места. — Маркус быстро в свою башню Мудрости. Неси, камень сюда. Крид, а ты позови нашу Катрину. Я думаю, что ей тоже не хочется снова умирать.
Через секунду кабинет опустел. Все, кроме Олау, убежали прочь, исполнять распоряжения своего правителя. Прошло всего четыре минуты, как первым ворвался обратно Флеминг. Он поставил камень на стол, пока накрыв тряпкой. Следом величественно вплыла повсегдашнему обыкновению бледная королева Катрина, следом уныло плелся получивший очередной нагоняй от венценосной особы полковник Крид.
— Редгорд! Когда ты поймешь, что меня нельзя отвлекать, когда я нахожусь в Башне Смерти. Эта чертова служанка никак не хотела признаваться в государственной измене. Тянула время, а мне так было хорошо! Еще чуть-чуть и палач приступил бы снятию кожи!
— Прости, дорогая, — улыбнулся одними глазами старейшина, словно речь шла о какой-то шалости, — но сегодня без тебя нам нельзя было обойтись!
— Что случилось? — она окинула взглядом кабинет совершенно грустным и отрешенным взором. — Опять надо подписать какой-то закон?