P.S.: Львы в безопасности. На моей территории охота на них из огнестрельного оружия запрещена – в Вашу честь».
Карэле задумчиво сложил письмо.
– Я рад, – произнёс он. – Кто бы мог подумать, что всё так удачно сложится! Ты привёз мне отличную новость, Джайс.
– Я и ещё кое-что привёз, – отозвался тот, вынимая из внутреннего кармана сюртука небольшой мешочек из плотного полотна. – Держи!
Мешочек, наполненный чем-то сыпучим, оказался довольно тяжёлым.
– Что это? Неужели ещё одна специя?
– Ну нет, хорошего понемножку, – рассмеялся капитан. – Это средство, которое позволит нам с тобой избавиться от того злополучного зомби.
– Хвала богам! Как ты его нашёл? Оно точно подействует?
Джайс Сангри рассмеялся.
– Карэле, дай мне рассказать всё по порядку. И лучше не здесь. Идём прогуляемся – это долгая история, а меня совсем развезло от пива. Не хотелось бы уснуть у тебя на диване.
– Тогда пройдёмся вдоль берега, – согласился кондитер. – Дай только убрать мешочек. Как его хранить?
– Всё равно, лишь бы в сухом месте, – махнул рукой капитан, с трудом выбираясь из мягких объятий дивана. – Основной компонент этой штуковины – соль.
Карэле кивнул, убрал мешочек в шкатулку и запер её на ключ. Затем спрятал банку с гиной в шкаф.
– Ну, я готов, – он надел шляпу и распахнул дверь. – Прошу, мой друг!
*
Зомби, которого Карэле в шутку называл своим самым неудачным приобретением, появился у него два с половиной года назад, снежным зимним утром.
Джайс Сангри привёз очередную партию какао-бобов и сахара, и возчики разгружали телеги. Мешки передавались прямо в подвальное окно. Капитан лично помогал с разгрузкой, принимая груз у возчиков вместе с Ронимом и Карэле.
Тягловые коты флегматично наблюдали за суетящимися людьми, свернувшись калачиком на подстилках, брошенных прямо на снег.
– Тут странное что-то, сударь, – озадаченно сказал молодой возчик, опуская мешок в окно. – Жёсткое, и на ощупь ровно туша какая. На барашка похоже.
– А, вот оно где! – радостно воскликнул Карэле, принимая мешок. – Это же чучело обезьяны, которое заказывал мой приятель. Почему вы положили его с грузом? Оно же могло помяться!
– Так я ни при чём, – испугался возчик, – капитан ни слова не сказал про чучело. Я не виноват!
Кондитер отмахнулся от его оправданий.
– Главное, что оно доставлено. Заканчивайте скорее разгрузку, холодно.
Возчик исчез. Карэле поспешно ощупал мешок – внутри угадывались формы окоченевшего человеческого тела. «У меня в кондитерской труп!» – понял он, и дыхание на секунду перехватило от паники, поднявшейся жгучей тёмной волной. Карэле сунул мешок в угол и обернулся к окну.
– Какое ещё чучело? – прошептал Джайс Сангри, с ужасом косясь на мешок.
– Тихо, – отозвался кондитер, не разжимая губ. – Они уедут, тогда и разберёмся.
В спешке закончили разгрузку. Карэле расплатился с возчиками и закрыл подвальное окно, плотно задёрнув занавеску. Испуганный Роним запер дверь.
Капитан вытащил мешок на середину подвала, где было посвободнее. Огонь, горящий в печи, бросал на него тревожные блики. Джайс Сангри разрезал верёвку, стягивавшую горловину мешка, и смело раскрыл его.
Внутри оказалось нечто, разделённое на две половины: синюю и чёрную. Чёрная половина была непонятной: тусклой и шероховатой. Синяя, напротив, представляла собой хорошо знакомую капитану ткань, из которой шили одежду хамайские туземцы.
Джайс Сангри моргнул и понял, что видит перед собой человеческую поясницу, а также нижележащие области, упрятанные в синие полотняные штаны. Он обошёл мешок, встряхнул его за уголки, и на пол с глухим стуком упало тело, неестественно сложенное пополам.
Все трое склонились над ним, с опаской рассматривая. Тело принадлежало невысокому темнокожему мужчине. Лица было не разглядеть – на виду оставался только безволосый затылок. Вытянутые руки касались босых стоп.
– Труп! – прошептал Роним.
– Кукла, – отозвался Карэле. – Смотрите!
Он указал пальцем на узкий зазор, отделяющий плечо от тела. Такой же зазор шёл по локтю. Этот человек был собран из отдельных деталей, как собирают подвижных кукол-марионеток.
– И верно, – отозвался капитан. – Но кому могло понадобиться делать куклу в человеческий рост и подбрасывать её в мой груз?
– Давайте распрямим её и рассмотрим внимательнее, – предложил Карэле.
Роним ухватил куклу за плечо и колено и тут же с криком отскочил в сторону так далеко, как позволила хромая нога. Кукла распрямилась сама. Секунду она смотрела перед собой мёртвыми, нарисованными глазами, а затем ловко отползла в угол, опираясь на локти и волоча за собой неподвижные прямые ноги. Наткнувшись на стену, кукла застыла, чуть покачиваясь на руках и слепо уставившись в пространство. Голову она держала неестественно прямо.
– Зомби, – констатировал капитан, доставая из ножен шпагу. – Проклятая зараза!
– Роним, где топор? – хладнокровно спросил Карэле. Старик трясущимся пальцем указал в угол.
Зомби неразборчиво замычал. Однако Карэле предпочёл сначала взять топор в руки, а уже потом прислушиваться к издаваемым звукам.
– Нее топоор, нее топоор, – пытался произнести зомби. Губы при этом не двигались, лицо так и оставалось неподвижным. Звук, казалось, идёт откуда-то изнутри.
– Он разговаривает?! – изумился кондитер.
– Чего это «не топор»? – вмешался Роним, на которого от страха часто находила болтливость. Вот и сейчас он, трясясь всем телом, норовил затеять дискуссию с зомби. – Чего «не топор»-то? Сейчас тебя хозяин упокоит, и будешь лежать смирно, как тебе и положено!
Зомби вжался в стену.
– Нее… покоит… – отозвался он, с трудом выговаривая слова. – Топоор нельзя убиить.
Карэле изумлённо хмыкнул. Дискуссия всё-таки состоялась.
– То есть ты утверждаешь, что если мы отрубим тебе голову, ты не умрёшь? – уточнил Джайс Сангри.
– Нее… умру… – подтвердил зомби. – Головаа тогда живаая… Тело тоже живоое. Нее топоор!
– А как тебя вообще можно убить? – спросил практичный Карэле.
– Нее… знааю… – пригорюнился зомби. – Каак нибудь убеейте.
Роним всплеснул руками.
– Самому надоело зомбём ходить, бедолаге!
Капитан придвинул к себе табурет, уселся и приступил к допросу.
– Как ты стал зомби?
– Нее… знааю…
– Как попал в мешок?
– Нее… знааю…
– Как тебя зовут? – влез Карэле.
Зомби дёрнулся, выпрямил спину, отчего его затылок громко стукнулся о стену, и рявкнул:
– Никли Байлис, сэр!
Карэле и Джайс Сангри переглянулись.
– Ты что, камбриец? – спросил капитан.
– Нее… знааю…
Больше Никли Байлис не ответил ни на один вопрос. Похоже, все силы ушли у него на то, чтобы вспомнить своё имя.
– Как-то не похож он на камбрийца, – заметил капитан. Карэле скептически хмыкнул.
– Зато похож на хамайца. И при этом определённо не может быть ни тем, ни другим, поскольку на самом деле он – кукла из чего-то вроде папье-маше.
– Я слышал, что какой-то ареморец недавно сделал механическую утку, которая двигается и клюёт зерно, – неуверенно сказал Джайс Сангри. – Может быть, это что-то похожее?
– Сомневаюсь, – ответил Карэле. – Та утка не отвечает на вопросы. Моя версия ближе к оккультным сферам, которые ты не любишь. Я бы предположил, что душа этого Никли Байлиса каким-то образом попала в эту странную куклу и застряла там. И, судя по тому, как он разговаривает, повредилась в процессе. Или же он с самого начала был слегка тронутым.
Роним приковылял от дальней печи, в которую он между делом успел загрузить новую партию угля. Зомби или не зомби, а кондитерская продолжала работать, и в подвале был слышен грохот противней с печеньем, отправляемых тётушкой Нанне в печь.
– Что же, господин Карэле, – спросил он, – не станем его покамест того… упокаивать?
– Сначала надо разобраться, – решил кондитер. – Как бы не вышло хуже, если мы поторопимся.