— Презервативов нет, — заявила она, дыхнув на Руслана острой жареной курицей. — Выпивка через дорогу — в круглосуточном магазине. Для клиентов отеля скидка 5 %.
— Послушайте, — Руслан огляделся по сторонам. — Моя девушка — она себя плохо чувствует.
— И что? — потеряв интерес, администратор стала рыться в полках под окном.
Нарочно измененный голос, который, по задумке режиссера, должен был звучать смешно, орал из телевизора что-то о женщинах и роботах, не вызывая ничего, кроме раздражения.
— Вы не могли бы приглядеть за ней, пока я не вернусь?
— Нет, я не могу покидать своего места. Я тут одна на весь отель, и я не собираюсь бегать по номерам и справляться о здоровье каждого клиента, — голова администраторши покачивалась из стороны в сторону на толстой шее, когда она говорила.
— Я не прошу вас сидеть с ней. Просто… — Руслан достал из кармана бумажник и пытаясь не показывать этого собеседнице, стал пересчитывать деньги. — Просто сделайте кое-что для меня.
Поиски женщины увенчались успехом и она, с нескрываемым удовольствием, зажевала сразу две подушечки найденной жвачки.
— Что? Если она больна, вези ее в больницу. Мне тут такая ответственность ни к чему.
Тем временем, рассуждения телегероя достигли абсурда и в любой другой момент Руслан бы удивился тому, что такую ерунду могут показывать по телевидению, но он даже не слушал, о чем говорил комик.
— Вы могли бы просто приглядеть за тем, чтобы она никуда не уходила?
— Я не могу запереть ее, не борзей.
— И чтобы никто не входил сюда ближайшие пару часов, пока я не вернусь.
— Мальчик, — женщина положила локти на подоконник и слегка склонила голову, — хочешь VIP сервис — иди в Риц Карлтон, а это, — она даже указала рукой на прайс у окна, — отель, где люди любят друг друга, принимают холодный душ и уходят.
Руслана больше опечалило то, что денег в бумажнике оказалось не так много, как он предполагал. Около семисот долларов, не считая мелких купюр местной валюты и столько дел, за которые нужно будет заплатить. Вынув всю имеющуюся мелочь, Руслан положил ее перед женщиной.
— Возьмите это и закройте, пожалуйста, дверь. Или зажгите на входе табличку, что мест нет, или просто не говорите никому, что она здесь, я прошу вас. И не выпускайте ее. Я приду позднее. Нам угрожает опасность, но вас это не коснется, просто помогите нам. Всего пару часов.
— Парень, ты же понимаешь, что мне не нужны проблемы, — тем не менее, администратор сгребла деньги и положила их в тумбочку.
— У вас не будет проблем. Я просто страхуюсь.
— В случае чего, я вас не знаю, и вы угрожали мне, чтобы вселиться.
— Просто сделайте то, о чем я вас прошу, — Руслан попытался заглянуть ей в глаза, но она упорно избегала встречи взглядов. — Я вернусь очень скоро.
Под звон колокольчика, пробуждавшегося при открытии двери, Руслан покинул отель и поспешил к дороге, в надежде перехватить отъезжающее такси. Водитель, хоть и заметил его, тем не менее, предпочел не ждать, по всей видимости испугавшись бегущего незнакомца. Надавив на педаль газа, он умчался в ночь. Вдалеке мелькнул автомобиль патрульной полиции и Руслан, на всякий случай, скользнул в темноту улицы, куда не падал свет фонаря. Бродячие псы, встревоженные неожиданным вторжением человека, оставили раздербаненные пакеты с мусором и тихо поскуливая, отбежали на безопасное расстояние. Некоторое время Руслан стоял в абсолютной тишине. Ни одного автомобиля больше на этой разбитой дороге, но прежде чем он решил выйти на другую улицу, вдалеке показалось несколько огоньков. Завидев их, он несколько раз выскакивал на обочину и голосовал, но желающих подзаработать среди них, не оказалось. Только спустя пятнадцать минут Руслан, наконец, запрыгнул в дребезжащий VOLVO и назвал необходимый адрес. Руслан и понятия не имел, на месте ли в середине ночи тот человек, который ему нужен, но хоть кто-то должен был оставаться для охраны недешевого автопарка. Сонный старик за рулем VOLVO поначалу пытался взбодриться, затевая пустые разговоры, но получая односложные ответы на свои вопросы, отчаялся разговорить Руслана и включил радио. Голос парня из ночного радио шоу для людей, одолеваемых бессонницей, показался Руслану смутно знакомым, но он так и не вспомнил, что совсем недавно слышал его из телевизора в отеле. Он не отводил глаз от установленных над приборной панелью часов, словно это могло замедлить ход времени. 700 долларов. Автомобиль напрокат обойдется ему, примерно, в триста и, возможно, придется доплатить, чтобы избежать лишних формальностей.
Остается четыреста. Это все, на что можно рассчитывать, пока не удастся связаться с Мурой и получить свои вещи из комнаты, включая три банковские карты с суммой, достаточной для того, чтобы продержаться в новом месте до тех пор, пока не найдется источник стабильного дохода. На секунду Руслана охватил ужас, когда он подумал о том, что найти этот источник будет не так уж и просто, учитывая тот факт, что ничем в жизни, кроме работы на Кайрата, Руслан никогда не занимался. Но, тревожные мысли быстро отошли на второй план. Самое главное — покинуть город вместе с Асель и не умереть. Тем временем VOLVO успешно прокатился мимо полицейских, которые пытались утихомирить кричавшего на них человека.
— Можем ехать быстрее?
— На этой машине вряд ли, — ответил старик и на этом диалог исчерпал себя.
Монотонное бормотание радиоведущих, сменившее крики комедианта, погружало Руслана в какое-то пограничное состояние. Он протер глаза и повернулся к окну. На стекле, отражающем подсветку приборной панели, стали проплывать кадры пережитых часами ранее мгновении и Руслан, вдруг, почувствовал себя тесно в собственном теле. Защемило в груди. На какое-то время все произошедшее показалось нереальным. Все слишком ужасно, чтобы быть реальностью, но затем, потрясение охватило Руслана с такой силой, что он едва усидел на месте. Вопреки собственной воле, он стал представлять те ужасные минуты, а может быть и часы, проведенные Асель в комнате, наедине с Ерланом. Как ни пытался Руслан переключиться на другие мысли, он в мельчайших деталях представлял, как Ерлан закрывает дверь, как улыбается, глядя на Асель и предвкушая то, на чем просто помешан. Наверное, она долго сопротивлялась, прежде чем он смог напичкать ее теми препаратами, которыми привык пичкать всех проституток. Или, когда ее привели к Ерлану, она уже не имела никакой возможности трезво оценивать ситуацию. Руслан содрогался, когда в его фантазиях руки Ерлана срывали одежду с Асель, когда они скользили по ее нежному телу, когда губы Ерлана, искривленные самодовольной улыбкой, касались ее губ, ушей, скользили вниз по шее. Руслан сжал ручку двери. Неужели все это правда? Неужели тот плод, который он считал запретным для всех, настолько легко сорвала и опробовала такая мразь, как Ерлан? Неужели для него все это создавалось? Разве для этого Асель дарована и бережно в ней взращена эта, однажды и навсегда лишившая Руслана покоя, красота? Ерлан словно вошел в маленький храм, построенный Русланом из заветной мечты и осквернил его, даже не почувствовав при этом, что посягнул на сам смысл существования, обретенный Русланом в момент их первой с Асель встречи. Шум, который слышал Руслан, ожидая Ерлана у двери комнаты, вновь послышался ему в салоне VOLVO. Но на этот раз он четко слышал голос Асель, ее рыдания и мольбы не делать с ней того, что Ерлан собирался сделать. Если бы Руслан только прислушался к шуму в тот самый момент. Если бы он мог помешать Ерлану. Меньше всего Руслан хотел думать о том, что произошло дальше. Разве мог он уважать себя после того, как молча сбежал, даже не попытавшись отстоять честь девушки, которую любил? Мура, не имевший личной неприязни к Ерлану и не соприкасавшийся с ним ни по одному из вопросов, и тот осознавал, как должен поступить мужчина, оказавшийся на месте Руслана. Не поэтому ли он протянул свой пистолет, беря на себя смелость пожертвовать собой ради того, чтобы Руслан мог очистить запятнанную честь? А что сделал он? Он взял пистолет? Спустился вниз и вышиб остатки мозгов лысому ублюдку? Заставил его просить у Асель прощения? Заставил его испытать то же чувство беспомощности и пресмыкаться в ногах всех, кого он обидел? Попытался ли он хоть как-то восстановить справедливость?